ЭКТАБОН. Теория Хаоса. Том I - Дин Констаповски

пустой, чистой и одинокой однокомнатной квартире Фредерика Миллса проводили обыск, пока с улицы слышался нарастающий ливень. Жильё выглядело бедно и в то же время винтажно-раритетно.

Констебли в своей фирменной тёмно-синей форме и синем шлеме обсуждали ориентировку и дальнейшие планы. Сержант стоял с рацией в руке.

В помещении нависла тишина, а в воздухе витал запах озона.

ТРЕСК. В окно со всей силы влетел ворон, оставив брызги тёмной крови на стекле и трещину.

* * *

В 2018-м ливень глушил все звуки, кроме одного. Яростно бьющей грозы, молнии которой разрезали тёмную небесную пелену.

В заброшенном доме семьи Энтроус этот звук резонировал с неимоверной силой. Воздух казался наэлектризованным. Пол вибрировал, как и стены. Как и прочие небольшие предметы. Как та картина Ван Гога «Церковь в Овере», которая с грохотом упала на пол со стены.

Эрик и две абсолютно идентичные друг другу девушки находились в кабинете, когда-то принадлежавшем дешифратору старинных исторических рукописей.

Мир был связан.

ГРОХОТ! Очередная гроза разразила небесную гладь.

* * *

В это же время, в 2018-м, в закусочной при гостинице всё ещё сидел бородатый старик в обносках. Он был за столиком у выхода. Его взгляд излучал печаль, любовь и страдания. Его руки, пребывающие в старческом треморе, закрывали фотографию. Он хотел продолжать смотреть на ту, но для него это было невыносимо…

ГРОХОТ! Прозвучала очередная гроза с яркой вспышкой от молнии в небе. Замигал свет. Музыка с кухни оборвалась грохотом, сменившись жутким мотивом в до-миноре «та да, та да». Престарелый мужчина, у которого затряслись губы, медленно обратил внимание на источник звука. На то место, где стояла официантка, перемывающая посуду. Как вдруг ТРЕСК. В окно с бешеной силой влетела тёмная птица, испугав официантку, которая тотчас выронила тарелку на пол, разбив ту и ахнув от неожиданности.

* * *

После очередного грохота, в 2018 году, довольно постаревший и полностью ставший лысым, инспектор Чейз Гловер смотрел из тёмной спальни своей квартиры в окно, наблюдая за ночной промозглостью главной площади Эктабона, смотря прямо на колокольню. БУМ. Раздались удары колокола.

Стоя в одних лишь брюках, инспектор смотрел в окно, по которому стучал дождь.

На журнальном столе, неподалёку от кровати, стоял стакан с выпивкой. Рядом пепельница с сигарой. И там же ароматическая свеча, малый свет от которой плавал по его спине, исполосованной глубокими шрамами. Запах свечей… Он напомнил ему начало истории.

* * *

Трагическая участь постигла ребят в 1668 году. Под шум дождя и возгласы народа, под треск костра и холод смерти, пятнадцатилетних и измученных Адама и Петро выволокли на эшафот. Под обвинения в ведьмачестве, парней затащили в петлю.

Запах гари, пота и прочего уличного смрада хлёстко бил в лицо, прорезая пелену дождя и предвещая смерть, что предначертана судьбой.

Палач не выглядел грозным. Не выглядел страшным. Он выходил из элитарных сословий. Строгий тёмный костюм с белым воротником и шляпа с полями.

Крики зевак подле эшафота и их ужасные гримасы, словно они упивались зрелищем казни, били прямо в сердце. Резали на живую. Эти взгляды и яростные высказывания в гуще необразованного сброда страшили парней больше смерти — они пережили ужас.

Вскоре на эшафот привели и Элизабет. Женщину, что помогла ребятам ранее.

Палач накинул петли на подростков и женщину. Те не страшились более. Они смиренно лишь переглянулись меж собой. Всё понимали. Выхода не было. Страху места не было. Ничего более для них не имело значения.

Законник, что был палачом, потянул рычаг и люк под ногами раскрылся. И треск последовал затем.

* * *

Детектив Гловер, промокший и отягощенный грузом невозможных находок, тяжело переступил порог управления. Не обращая внимание даже на подошедшую с документами Клару, он прошёл по тускло освещенному коридору, остановившись у кабинета. Он приоткрыл дверь и встретился взглядом с ожидающей его пятнадцатилетней Кейт Локфилд, успевшей уже привести себя в порядок. В её стеклянных, пустых глазах застыла та самая бездна, которую она принесла с собой из леса. Этот зрительный контакт длился всего секунду, но в нем пронеслась целая вечность. Безмолвное, леденящее понимание того, что их привычная реальность безвозвратно раскололась. И осознание того, что мир начал меняться. Но каким образом, когда и что послужило этому началом? Никто пока и не знал.

* * *

Эшафот на площади в 1668-м, где когда-то находилась толпа жаждущих крови обывателей, уже опустела. Остались только три петли виселиц, сиротливо покачивающиеся, и лишь усиливающийся дождь, постепенно заглушающий пламя костров по обе стороны улицы. И даже стократ тон воды не смыло бы ужаса этого времени и смрада, напоминающего о смерти, что всегда поджидает за углом.

И в этот же час, преподобный Олдри сидел в своём доме на окраине поселения Эктабона, рассматривая странные вещи: такие как плеер с наушниками, карту местности, где уже отстроен город и колокольня, и диктофон, который лежал осколками, казавшийся немыслимой магией для него. Рядом горела свеча тёплым пламенем. Лежала шляпа тёмная с полями. Он поправлял свой белый воротник священника, не отводя взгляда от бесовских вещей.

* * *

БУМ. Более глухой и меланхоличный бой колокола пробил вновь. Джо Олдри и Мигель Энтроус уже находились в разных комнатах допроса, ожидая детектива Чейза Гловера. Оба отца были в ловушке. Но не в тюремной. В ловушке осознания того, что детей они больше могут не увидеть.

Назойливый и холодный свет флуоресцентных ламп разъедал всё вокруг, делая белые стены ещё ярче. Гул сквозняка, забравшегося внутрь помещения и гуляющего по всему управлению полиции, проносился со свистом. А шум ливня за окном усиливал чувство безнадёги.

* * *

Лишь один день этот колокол молчал. И дождя не было. И жизнь казалась безмятежной. Конец августа 1980 года. За месяц до исчезновения подростков.

Воздух был сухим и душным. Из густой тени лесов Эктабона, раздвигая ветви, шагнула фигура в плотном плаще. Она откинула капюшон, явив пепельные косы и фиолетовые глаза. На её щеке бледнел старый шрам. Она подошла к кирпичной стене на окраине, где висели разные объявления и рекламные плакаты, такие как новая мода, продажа новых стационарных телефонов или подготовка к учебному году.

Мимо проходили люди, озираясь на таинственную девушку в странном плаще, но последнюю это мало беспокоило. Ведь скоро она исчезнет.

Поверх прочих листовок, презентабельно висело объявление о том, что треть земли в лесу Эктабона выкупила частная корпорация. И рядом, информация о двухмесячной подготовке к фестивалю с нетривиальным названием «Армия Теней».

Нужно было подготовиться