Семеро Красной Реки - Энтони Райан

настолько неподвижна, что луч Хаксли сначала без паузы скользнул по ней, а затем резко вернулся назад, когда его глаз уловил очертания человеческой фигуры. Он увидел пару блестящих глаз на лице, обильно вымазанном чем-то темным и вязким. Пристальные, немигающие глаза.

"Не двигаться!" крикнул Хаксли, что, как он предположил, было рефлексом полицейского. Фигура дернулась от этого звука, издав короткий вздох, пугающе близкий к рычанию. Если вы встретите еще кого-нибудь, немедленно убейте его раздался в голове громкий и безэмоциональный голос спутникового телефона. Они представляют для вас опасность.

"Хаксли, - начала Рис, переместив палец на спусковой крючок.

Он убрал руку с цевья своего карабина, махнув ей рукой, чтобы она замолчала. "Подожди". Он сделал длинный, медленный шаг вперед, держа руку поднятой, с широко расставленными пальцами. "Мы здесь не для того, чтобы причинить вам вред", - обратился он к фигуре. Слова вызвали еще один вздох, глаза впервые моргнули, а почерневшая фигура присела еще ниже. "Я - Хаксли. А это Рис. Можешь ли ты сказать мне свое имя?"

Фигура вздрогнула, и Хаксли различил капли застывшего вещества, стекающие с ее подбородка. Она была настолько искаженной, настолько нечеловеческой, что когда заговорила, слова потрясли своей четкостью: "Я не пойду домой". Женский голос, молодой, испуганный, но вызывающий.

Хаксли остановился, отвечая кивком. "Хорошо. Если это то, чего ты хочешь…"

"Я не пойду домой", - повторила молодая женщина, еще один каскад слизи сошел с ее лица, еще больше слов полилось стремительным потоком. "Вы не можете меня заставить. Мне все равно, что написано в вашей гребаной книге".

"Это прекрасно." Он попытался улыбнуться, но женщина становилась все более возбужденной, переминаясь с ноги на ногу, его фонарик выхватил пятна, оставленные ее руками на стене. "Все, что ты захочешь…"

"Это твоя книга". Рычание, которое он услышал в том первом вздохе, вернулось, глаза женщины теперь сверкали, голова выдавалась вперед на шее, которая казалась по меньшей мере на дюйм длиннее, чем нужно. Ее зубы стали видны, когда губы приоткрылись, невероятно белые на фоне сочащейся маски. Теперь она говорила с каким-то торжествующим отказом, определенная гордость окрашивала слова, которые она бросала в его адрес, как будто произносила давно вынашиваемое обличение. "Твое Священное Писание. Мне на это насрать. Знаешь что? Я никогда этого не делала…"

Позади него раздался всплеск; Рис меняла позу для лучшего выстрела. "Уйди с дороги, черт возьми!" - рявкнула она, когда Хаксли переместился на линию огня.

"Нам нужны ответы", - прошипел он в ответ.

Повернувшись к покрытой мерзостью женщине, он увидел, что она покачивается вверх-вниз, напрягаясь для броска, голова на ее слишком длинной шее повторяет движение. "Тебе не нужно нас бояться", - сказал он ей, нагло солгав. "Мы просто хотим помочь…"

Если бы в этот момент Пинчон не вынырнул из лестничного пролета размахивая руками и взбивая воду, сценарий мог бы развиваться иначе. Возможно, Хаксли и удалось бы извлечь что-то полезное из этой обезображенной, обезумевшей женщины, но он сомневался в этом.

Появление Пинчона послужило стартом для ее атаки: слишком белые зубы и яркие глаза, пылающие в центре массы извивающихся, когтистых теней. Она прыгнула с такой быстротой, что он понял: она поймала бы его, подойди он всего на несколько дюймов ближе. Как бы то ни было, ему удалось направить свой карабин на ее разинутый белозубый рот и сделать четыре быстрых выстрела, прежде чем она подобралась достаточно близко, чтобы нанести удар своими молотящими конечностями. Он увидел, как в сверкающей тени расцвел красный цвет, прежде чем она рухнула, конвульсивно извиваясь, в воду. Хаксли отступил назад, карабин по-прежнему был направлен на дергающуюся массу. Рис, видимо, не желая больше рисковать, выпустила в тело полный магазин - три длинных очереди, дуло вспыхнуло, и гильзы разлетелись сверкающим каскадом.

Когда она остановилась, чтобы перезарядиться, у Хаксли прошло несколько секунд, прежде чем гул в ушах утих, и он обнаружил, что Пинчон что-то кричит ему. Тот схватил свой карабин со стойки и размахивал им из одного темного угла каюты в другой, капли стекали с промокшей кожи и одежды. "Есть еще? Проснись, полицейский!" Он остановился, чтобы сильно толкнуть Хаксли в плечо. "Есть кто еще?"

Хаксли покачал головой. "Больше никого не видел".

"Хорошо." Пинчон поспешил забрать остальную часть своего снаряжения. "Заряды установлены. Думаю, нам пора сваливать отсюда, не так ли?"

Рис, не теряя времени, бросилась к лестнице, Пинчон следовал за ней по пятам. Хаксли двинулся следом, но обнаружил, что его взгляд прикован к безвольной черной фигуре, плавающей в центре каюты. Его фонарик осветил багровую воду, окаймленную черным, прежде чем заблестеть на поверхности изуродованного трупа. Когда его взгляд задержался, луч выхватил ровный блик среди мягкой массы.

"Черт возьми!" выругался Пинчон, поднимаясь по ступенькам.

Хаксли проигнорировал его и двинулся к телу, неуверенно протягивая руку к выделенному объекту. Тот торчал из покрытой слизью ткани, которая, когда он наклонился ближе, оказалась клапаном рюкзака. Рюкзак был почти полностью погружен в студенистую массу, но не этот твердый, явно искусственный предмет, в котором он в порыве волнения узнал край неповрежденного ноутбука.

"Хаксли!" крикнула Рис. Гнев в ее голосе смешался с неожиданной ноткой беспокойства.

"Минуту!" - крикнул он в ответ, разминая пальцы, прежде чем взяться за ноутбук. Когда он вытащил его из рюкзака, его кожа коснулась окружающей слизи, вызвав мгновенный приступ отвращения. Он поборол его и вытащил устройство - Apple MacBook Air с удивительно чистым и ярким логотипом. Выпрямившись с призом в руке, он заметил кое-что еще: глаз мертвой женщины, все еще открытый, смотрел на него из-под маски из черной слизи. Нет, не маска. Осознание отвращения пришло к нему, когда он снова уставился на этот глаз, отметив, что веки были полностью сформированы из этого материала. Кожа. Это ее кожа…

Приглушенная стрельба, донесшаяся из-за пределов баржи, отбила у Хаксли всякое желание мешкать. Хаксли повернулся и увидел Пинчона и Рис, притаившихся под люком. "Похоже, мы что-то разворошили", - воскликнул Пинчон, и еще одна вспышка выстрела эхом прокатилась по лестничному пролету. Он прижал карабин к плечу и кивнул Рис, чтобы та продолжала, бросив Хаксли последнее суровое предупреждение: "Оставайся или уходи. Мы не будем тебя ждать".

Хаксли, шлепая по воде, пробрался к ступенькам, когда Рис и Пинчон исчезли в люке, и почти сразу же раздалась стрельба. Он приостановился, чтобы засунуть ноутбук в сумку с детонаторами и привязать ее к поясу, прежде чем последовать за ними. Еще одна очередь из карабина, сопровождаемая звоном бьющегося