Мегаварево. Вдохновленная алкоголем антология экстремальных ужасов. - Рэйчeл Нюссбaум

- Прекрати!

Он повернулся и увидел Дэрила, нацелившего на него пистолет. Холт отметил, что оружие дрожит в его руке и что ствол слегка наклонён вниз. Внимание Дэрила металось между Холтом и его раненым сотрудником.

- Ты уверен, что хочешь участвовать в этом? - спросил Холт, небрежно беря пивную бутылку со стола рядом с ним.

- Ты выбрал не то место, засранец!

Холт подождал, пока Дэрил взглянет на вышибалу, и разбил бутылку ему об лицо. Он бросился на дезориентированного хозяина паба и воткнул битое стекло ему в глазницу. Он скрутил зазубренные края, разрезав мужчине глаз пополам, как спелый виноград. Дэрил закричал и произвёл несколько выстрелов в потолок, прежде чем Холт выхватил пистолет из его руки.

Завсегдатаи соскользнули со своих табуретов и поспешили к выходу. Они толкались и пинались, используя друг друга как живые щиты, пока пробирались к двери. Холт усмехнулся и открыл огонь. Они рухнули, как домино, один человек падал на другого, когда пули пробивали их тела.

Холт никогда не чувствовал себя таким живым.

Вышибала вытащил из кармана сотовый телефон. Холт какое-то время изучал его, испытывая отвращение к тому, насколько жалко он выглядел. Здоровяк, унизивший его несколько часов назад, был ничем иным, как хныкающим куском плоти.

- Пытаешься вызвать кавалерию?

Холт наступил ему на запястье, зажав пяткой, и спустил курок. Пластмасса, изорванная кожа и фрагменты костей разбрызгались во все стороны. Холт поморщился и вытер с края глаза кусок хряща.

Его голова закружилась, а мышцы наполнились адреналином. Он чувствовал себя сильным, неудержимым. Он хотел разорвать всех на части, вскрыть их и заглянуть внутрь. Член Холта затвердел, и он понял, что их стоны боли сводят его с ума.

Он оседлал Дэрила и всадил обойму ему в горло. Холт хихикал, как школьник, писающий в снег. Он попытался обезглавить бармена, но всё, что ему удалось сделать, это беспорядок из искорёженного мяса с всё ещё прикрепленной головой.

- Дерьмо! Я действительно думал, что это сработает!

Вышибала зарыдал, когда Холт навис над ним.

- Не убивай меня, чувак. Пожалуйста…

Холт прошёл за стойку и немного покопался, вернувшись с ножом для очистки овощей.

- Я буду с тобой честен. Это действительно будет больно.

Он воткнул нож в живот вышибалы и протащил лезвие от грудины до пупка. Кровь брызнула, когда нож прорезал толстые слои жира. Вышибала пинался и корчился, но Холт легко удерживал его на месте. Крики мужчины только усилили желание Холта вытащить его внутренности. Он работал в лихорадочном темпе, рубя и разрезая мягкую середину вышибалы. И, как разрезанная оболочка колбасы, из ран выдавились пурпурные кишки и рассыпались на пол.

Холт поднялся на ноги и наблюдал за своей работой, упиваясь резнёй и желая, чтобы она никогда не закончилась.

Он вздохнул и направился к женскому туалету. Холт постучал в дверь - три медленных, тяжёлых удара. Он представил, как они съёживаются в углу, слёзы текут по их красивым лицам, и прикрывал рот, чтобы подавить смех.

- Маленькие свинки! Эй, маленькие свинки, впустите меня!

Дверь распахнулась, и худая блондинка с татуированными руками держала в руке баллон. Прежде чем Холт смог интерпретировать то, что он увидел, струя перцового баллончика попала ему в глаза. Он кричал и ощупывал лицо, вытирая обжигающую жидкость. Расплывчатая фигура проскочила мимо него. Он потянулся к ней, но она была слишком быстрой.

- Беги, Тиффани, беги!

Тиффани выскочила из туалета и обежала Холта, но ему удалось схватить прядь её волос. Он дёрнул назад и швырнул её на пол. Она закричала от боли, взывая к помощи подруги.

Блондинка побежала вперёд, огибая лужи крови и лежащие тела. Она толкнула дверь, впуская яростный порыв холодного ветра, и оглянулась. Слёзы навернулись на её глаза, но она проигнорировала неистовые мольбы подруги и исчезла в ночи.

Холт затащил Тиффани в туалет и ударил её об стену. Он вдохнул её дешёвые духи и посмотрел на её лицо, покрытое тонной косметики. Она была всего лишь мусором, и теперь он взял верх.

- Помнишь, как ты относилась ко мне? Помнишь, как ты смеялась надо мной?

- Подожди, подожди, подожди! - умоляла Тиффани. - Я позволю тебе сделать что угодно. Только не убивай меня!

Холт усмехнулся.

- Держу пари, ты говоришь это всем парням!

Он затащил её в пустую кабинку и сунул головой в унитаз. Она пиналась и корчилась, не в силах оторвать голову от воды. Тиффани была грязной шлюхой, как и его мать. Это были две голодранки, вырезанные из одной ткани, и Холт поспорил бы на свой последний доллар, что она приводила домой вонючих мужиков, как и его мать. Вонючие мужики, которые пробирались по ночам в комнату маленького мальчика и творили ужасные вещи.

Холт заменил руку каблуком ботинка. Он присел ей на голову, используя стены кабинки для равновесия. Туалетная вода начала вспениваться красным, и это его поразило. Холт расслабился и надавил, направляя весь свой вес на пятку. С слышимым треском что-то поддалось, и его ботинок вошёл в её сломанный череп. Она обмякла, если не считать случайных подёргиваний ног.

Далёкий вой полицейских сирен вытащил Холта из мрачной задумчивости. Он поморщился и помассировал виски, пытаясь избавиться от внезапной головной боли, пронзившей его череп. Во рту пересохло, а желудок жаждал новой выпивки.

Холт поднялся на ноги и вылетел из туалета. Медный аромат крови больше не волновал его. Он почувствовал, как побелел, и кислый укус тошноты лизнул заднюю часть его горла. Его бедро, поражённое артритом, напряглось, от чего острая боль прошла через пах. Холт снова почувствовал свою хрупкость, но знал, что ему больше ничего не причинит боли. Ему больше не придётся страдать.

Всё, что ему нужно, - это ещё выпить.

Красно-синяя вспышка полицейских огней пронеслась по всему пабу. Холт подошёл к окну и увидел, как две патрульные машины остановились у тротуара. Офицеры присели за своими машинами с обнажённым оружием. Холт скрылся из виду и направился к задней двери.

Карлик стоял в коридоре и попыхивал трубкой. Он вышел из тени, его обсидиановые глаза горели злобой.

- Направляешься куда-то?

- Это место кишит свиньями, - сказал Холт. - Вытащи меня отсюда.

- Боюсь, мы подошли к концу нашего соглашения.

- Чушь несусветная! Ты сказал, что я могу получить всё, что захочу.

Карлик развёл рукой.

- Месть была твоей наградой. Возможность устроить резню тем, кто тебя обидел. У нас