Операция Патагония - Уильям Микл

- Мы почти дома и в безопасности, парень, - сказал он Дэвису. - Давай, приложи все силы. Кофе и сигарета - меньше чем через час, если очень хочешь.

На несколько секунд он не был уверен, что Дэвис его услышал, но потом парень поднял голову, и его шаг стал увереннее.

- Добавь к этому бутерброд с беконом - и я в деле, Кэп, - сказал парень.

После этого они какое-то время шли быстрее.

Небо за их спинами начинало светлеть с наступлением рассвета, когда Бэнкс наконец позволил себе надеяться, что худшее уже позади; в течение часа не было никаких признаков преследования, в них не бросали камни, а берег у подножия долины заметно приблизился. С рассветом они также смогли более осторожно выбирать, куда ставить ноги, и ускорить шаг. Дэвис, хотя и был явно на грани обморока, теперь опирался на плечо спасенной ими женщины, а Вигго, очевидно, чувствовал себя увереннее; в руке он сжимал сигарету, а в походке снова проскальзывала прежняя бравада.

И уверенность самого Бэнкса укрепилась, когда он увидел, что яхта по-прежнему стоит на якоре у берега. До полуострова оставалось еще добрых полчаса спуска, но впервые за весь этот долгий путь он позволил себе немного надежды. Даже Дэвис, казалось, оживился, когда Бэнкс указал на лодку.

Все, казалось, складывалось в их пользу: лодка была видна, идти стало гораздо легче, когда они вышли на ухабистую тропу, по которой ходили рыбаки, и вскоре они даже смогли разглядеть резиновую лодку, вытащенную на берег. До места, где местность выравнивалась и переходила в полуостров и береговую линию, оставалось всего сто ярдов.

Его осенила мысль, о которой он должен был подумать еще раньше.

- Вы оставили кого-нибудь из экипажа на яхте? - спросил он женщину.

- Нет, - ответила она, и ее глаза наполнились слезами. - Они все были с нами, там, наверху, когда...

Он прервал ее, чтобы избавить ее от воспоминаний.

- И, полагаю, у тебя нет ключа от двигателя той лодки?

Она угрюмо покачала головой.

Бэнкс уже собирался ответить, когда большой камень с грохотом упал на землю у его ног. Еще один пролетел так близко над его головой, что он почувствовал, как воздух дрогнул.

- Летит! - крикнул он, когда инстинкт вновь взял верх.

Он резко развернулся на правом каблуке, одним плавным движением подняв винтовку и прицелившись. Он едва успел осознать, что за его спиной на высоком уступе стояла дюжина или больше гигантских чудовищ с поднятым оружием, как воздух наполнился дождем камней и свистящими копьями.

-Дэвис-

Крик капитана вырвал Дэвиса из полусонного состояния, в котором он мечтал о постели и кофе. Он услышал выстрел и обернулся - медленнее, чем ему хотелось бы, - как раз вовремя, чтобы увидеть, как старший офицер получил скользящий удар камнем по левому плечу, достаточный, чтобы выбить его из равновесия. Гигантские звери, находившиеся не более чем в двадцати ярдах вверх по склону, завыли от триумфа и спрыгнули с уступа, устремившись вперед в устрашающей атаке, которая, без сомнения, сражала с ног большинство противников, встречавшихся им на их собственной территории.

Однако они не были на своей территории. Им на пути встретились Дэвис, Вигго и Керри, стоящие в линию бок о бок, и сокрушительный залп огня, который сбивал их с ног, как холодные камни, которые они несли. Воздух наполнился грохотом выстрелов, рычанием чудовищ, к которому теперь присоединились пронзительные вопли боли, когда они падали.

Но даже тогда они продолжали наступать. Дэвису пришлось отскочить в сторону, чтобы увернуться от копья, летевшего ему в грудь, Вигго получил камнем в живот, от чего он согнулся от боли, но к тому моменту капитан уже пришел в себя и, стреляя одной рукой, вел поддерживающий огонь.

Керри расправилась с последним. Она стояла в классической позе снайпера, и на ее лице было видно полное сосредоточение. Чудовище, такое же высокое, как и все, что они видели до этого, с ревом рванулось вперед, но она даже не вздрогнула. Она всадила ему две пули в морду.

- Это за моих друзей, ублюдок.

Вокруг воцарилась мертвая тишина, которую нарушило лишь испуганное карканье чайки, которая, поняв, что представление закончилось, решила улететь. Они ждали, гадая, не придут ли еще гиганты, чтобы забрать своих мертвецов. Но, в отличие от того, что было в долине, никто не пришел, и тела лежали так, как их сбили.

Бэнкс подошел и пнул ближайшего. Тот остался лежать. Левая рука капитана явно причиняла ему боль; она беспомощно свисала вдоль тела, но на его лице читалась мрачная решимость, когда он повернулся к ним.

- Я уже натерпелся этого гребаного места столько, сколько готов терпеть. Давайте, на хрен, убираться отсюда.

К берегу добралась измученная четверка. Только сейчас в руку капитана начало возвращаться чувство, Вигго почти сгибался пополам от боли в том месте, где камень попал ему в живот, у Дэвиса болели все мышцы тела, а Керри так горько плакала, что у нее глаза были покрасневшие, почти в синяках.

Они боялись, что лодка может оказаться непригодной, но мотор оказался простым для запуска "на короткое замыкание", и Дэвис вскоре запустил его. Он стоял на страже, пока остальные поднимались на борт. Стая чаек спускалась на место, где они оставили мертвых гигантов; не было никаких признаков того, что тела будут обнаружены, никаких признаков какой-либо другой жизни вдоль долины и вверх, к леднику.

Мы их всех убили?

Он решил, что ему, по сути, все равно, и взялся за румпель, когда они направили лодку к яхте и домой.

* * *

Окончательный конец наступил позже в тот же день.

На яхте они нашли исправную радиостанцию, и пока Дэвис извлекал еду и кофе из хорошо укомплектованной кладовой и кухни, капитан доложил полковнику в Шотландии и включил в доклад просьбу об эвакуации. Постояв некоторое время на вахте на палубе, Дэвис проспал все послеобеденное время в слишком мягкой кровати и, проснувшись, обнаружил, что Керри прижалась к нему; это казалось самой естественной вещью в мире.

Они стояли, держась за руки, на палубе, когда самолет вылетел с дальней стороны полуострова и приземлился на том же участке земли, что и раньше. Дэвис достаточно отдохнул, чтобы безопасно довести надувную лодку обратно к берегу.

Они садились в спасательный самолет, когда услышали над головой рев реактивных двигателей.

- Аргентинцы не слишком