Ненормальность - Нина Море

я наблюдаю, как там гуляют люди: как всегда, много молодежи. Сквер недалеко от главного корпуса моего универа, еще работает центральный фонтан, и все лавочки возле деревьев забиты парнями и девушками. Кто-то катается на скейте и самокате. До сессии еще есть время, поэтому молодежь расслаблена. Завтра выходной, наверное, нужно ехать домой к родителям, но я не хочу. Знаю, что ждут меня. Но я не вынесу всех разговоров…

Троллейбус сворачивает на центральную улицу, движется медленно, попадая в небольшую пробку, а я на миг замираю, теряюсь и не верю своим глазам.

На встречу троллейбусу идет высокий парень во всем черном. Он в капюшоне, но виднеются его черные волосы. Руки в карманах брюк, но рукав куртки закатан, что заметна часть татуировки. Троллейбус ускоряется, и парень остается позади, он направляется к скверу. А я подрываюсь с места, не чувствуя своих ног, и бегу к водителю, видя через окна удаляющийся силуэт парня в черном.

- Пожалуйста, высадите меня сейчас, – слишком эмоционально произношу, а курящий сигарету водитель, даже не одаривая меня взглядом, притормаживает, открывает двери и выпускает меня, почти на ходу. И я бегу, огибая прохожих. Жду светофор, который, как назло, запрещает пешеходам переходит дорогу слишком долго. Перебегаю на противоположную сторону и несусь в сквер. Я уже не вижу того парня. Но иду по наитию, удерживая предательские слезы.

Иду по дорожке сквера, огибая катающихся на самокатах подростков. Понимаю, что забыла свою куртку в троллейбусе. Но осенней прохлады не ощущаю. Верчусь по сторонам. И я вижу…

Недалеко от меня, на длинной лавочке сидят молодые люди, и рядом с ними стоит тот парень, во всем черном. Он стоит спиной ко мне, но я словно знаю… И я иду. Медленно. Словно собираюсь идти вечность, я не знаю, что со мной станет, если окажется, что я обозналась. Я близко, уже слышу чей-то смех.

«Это он!» - бьется сердце.

Я почти дошла, и узнаю, среди парней Юзернейма, он сидит рядом с беременной девушкой, улыбается, о чем-то рассуждая. А среди девушек я узнаю ту Алину… Иду еще немного, остается несколько метров, и эта Алина подходит к парню в черном и обнимает его, почти целуя в щеку, а я останавливаюсь в ступоре. Я чувствую, как на сердце образуется трещина. Я стою слишком близко, почти рядом, и смотрю в упор на парня в черном, растерянная и потерявшаяся в прострации… Не удивительно, что вся компания меня замечает. А я не могу пошевелиться.

- Де-вуш-ка! – тянет манерно мое имя Алина. Она заметила меня, как и остальные. – Ты потерялась что ли? – смеется, все еще касаясь парня в черном, который оборачивается.

И мое дыхание пропадает… я пытаюсь вспомнить, как дышать. Вся кровь куда-то утекла из моего тела. Потому что я…

Я вижу Матвея. Это он. Он смотрит мне в глаза… Его серые глаза смотрят спокойно и безмятежно, скользят по моему лицу.

- Э-эй! Алле! – Алина щелкает пальцами, привлекая мое внимание. И я отрываю взгляд от Матвея, пытаясь понять, что происходит…

Алина все также льнет к Матвею, вцепившись в его предплечье, облокачиваясь головой о его плечо… А Матвей. Просто осматривает меня. Так смотрят на человека, которого впервые видят. Видимо… Это конец нашей истории.

Юзернейм делает вид, что не знает меня, а остальные уже ухмыляются. Но мне все равно. Слишком как-то больно, чтобы переживать о том, как обо мне подумают чужие люди. А вот Матвей…

- Рада… что все хорошо, Матвей… - отмираю, говорю эти слова дрожащим голосом. Я совершенно потеряна. Я не это собиралась сказать. Вернее, я не знаю, что мне делать. Я так долго думала о том, что скажу Матвею, когда снова увижу. Но, видимо, я чужая для него.

Я не вынесу больше этого. Это невозможно, и я просто разворачиваюсь, и спешно ухожу. Ускоряюсь, чувствуя взгляды в спину и смех Алины, почти перехожу на бег.

- Глупая! – ругаю себя, убегая из сквера. Я ведь желала и молилась так, что пусть будет Матвей жив и здоров, даже если и не вспомнит меня. Но это оказалось ложью. Я не вынесу того, что он…

«Он не твой, Катя!»

«Матвей не мой!»

Мы уже в реальном мире. Ничего не было у нас. Матвей жив! Все хорошо! Просто нужно радоваться этому. Этого уже достаточно!

Я бегу к церкви, где служит отец Олег. Мне так больно. Больно моему глупому сердцу. Мне нужно поговорить с друзьями, излить душу, которая сейчас плачет навзрыд. Слышу сообщения, приходящие на телефон. Это многочисленные голосовые от мамы. Я знаю, что в них: попытки меня образумить и позвать домой. Пытаюсь отключить, но одно все же нечаянно включаю:

«Катя, я дала твой телефон тете Гале, она тебе позвонит вечером, ты ответь обязательно, уважь человека. Она поговорит с тобой. У нее была такая же ситуация, и она потом жалела, что не довела до конца…» - обрываю голосовое.

Это так не важно сейчас. Голосовые и сообщения не перестают приходить. Мне пишет уже мамина сестра, задавая вопрос «издалека»: «как жизнь?», «как университет?», «как твоя мама?», «видела, она устает сильно, приехала бы к ней на дачу…».

Не выдерживаю и отключаю телефон. Не могу на все это отвечать!

Я хочу бежать дальше… Но, почему-то останавливаюсь. Я чувствую…

Мгновение… Чтобы обернуться и увидеть перед собой…

Его!

Матвей… Он стоит напротив, недалеко, в нескольких шагах. Снимает капюшон со своей головы. Он смотрит на меня иначе, но прямо и с долей тоски… Лицо его все также без эмоционально, словно он… Неужели, он не может… Неужели, лекарства нанесли ему урон, и как-то повлияли. Какая же я дура! Я убежала, поддавшись импульсу и обиде. А о нем не подумала… Проношу все эти мысли в хаотичном вихре, а Матвей уже подходит ближе.

- Матвей? – спрашиваю, словно хочу подтверждения, что он не иллюзия. Я вижу его. Это он. Но все равно не верю…

Почему он догнал меня?

Сдерживаю себя в руках, не позволяя коснуться его. Хотя очень хочу. Матвей все так же спокоен, смотрит на меня безмятежным взглядом. А я отмечаю, что он почти такой же, как и в нашем мире. Только волосы немного длиннее, и есть небольшой шрам на щеке. Матвей выглядит лучше, чем в последнюю нашу встречу. И мое сердце ликует.

Думаю, все это, осматривая его, а Матвей все приближается ко мне, бегая взглядом по моему