Самая страшная книга. Новые черные сказки - Майк Гелприн

– Это наш временный специалист. – Артем решил обойтись без имен, указав на меня пальцем. – А это… Это Саша. И сейчас Саша тебе расскажет, как и что. Правда, Саша? Давай, Саша, не стесняйся.

Каждый раз, как звучало его имя, парень будто бы становился ниже ростом и уже в плечах. Казалось, что, если Артем выкрикнет его имя раз десять подряд, он просто растворится в воздухе. А когда он заговорил, выяснилось, что меняется и его голос. Тоненько и жалобно Саша начал, скособочившись вправо:

– Короче, тут стройка идет. Во-о-от. И Евгений Михалыч…

Артем громко цыкнул, сплюнув на землю. Сашу перекосило в другую сторону, и он заговорил быстрее:

– В общем, тут что-то происходить начало. То сломается техника… Во-о-от…

– Тина! – перебил его Артем. – Кто-то экскаватору полный бак тины набил. В другой раз работяга в луже утонул. Трезвый. Трубы рвутся вообще постоянно. Еще один работяга поссать отошел вечером – трое суток искали, нашли на берегу реки. Тоже тиной набитый, как плюшевый мишка ватой. Питьевая вода тухнет и цветет.

Я пожал плечами:

– Может, здешние? Или другая бригада? Места-то, посмотри, как в сказке. Заповедные. И лесок тебе, деревце к деревцу, и речка…

– Думаешь, умный самый? Другая бригада нам в воду ссыт, что ли, что она зеленеет? – Артем оскалился. – И потом… Оставался тут браток на ночь. Из наших. Конкретный мужик, не бычок типа Буки. И не шланг.

Он замолчал, сжимая кулаки и зло глядя на лес. Я подождал немного, после чего спросил:

– И?..

– И все. Не нашли еще.

– Ясно…

– Короче… – Артем снова собрался и заговорил коротко и по-деловому: – После этого Евгений Михалыч сюда послал Сашу. Правда, Саша, тебя сюда послали? И Саша тут походил. Правда, Саша? А что потом было? Ну, Саша, что потом было? Рассказывай!

– Ну, я, короче, это… – Парень сглотнул. – Короче, сказал, что призраков тут нет…

– Этот козел сказал, что призрака он прогнал. Что можно строить. Мы пригнали работяг. И теперь из-за Саши двое детей не знают, что будут кушать, потому что мамка у них инвалид, а папка в реке утонул. Правда, Саша? А еще у нас трактор теперь на списание, да, Саша? Потому что кто-то в него столько речной тины накачал…

– Тут нет призрака. – Я уже некоторое время не слушал Артема, глядя в сторону реки, и почти не заметил, что перебил его.

– Да ты что?! Серьезно?! А мы-то думали…

– Это не призрак, Тем.

– А что тогда?

Я пожал плечами.

– Так, короче… – Артем подал знак двоим подручным, и побледневшего до зелени Сашу увели прочь. – Мне вообще плевать, что там есть, а чего нет. Твоя задача – сделать так, чтобы мы могли дальше строить. Осилишь?

Артем смотрел на меня, сжимая челюсти и дико вращая глазами. Что я получу, если признаюсь, что понятия не имею? Пулю прямо сейчас. Или вместе с дураком Сашей. Что я получу, если соглашусь попробовать? Тоже пулю, но перед этим – немного времени. В конце концов, я ведь могу пойти к реке один…

– Посмотрим, – ответил я. – Надо к реке идти. Если ваш друг тину так любит – значит, где-то там и обосновался.

– Пошли, чего…

– Нет. – Я решительно покачал головой и повторил: – Нет. Я один пойду.

– Никуда ты один…

Настала моя очередь долго и пристально смотреть на Артема.

– Хрен с тобой, – выплюнул он, махнув рукой. – Свалить попытаешься…

Артем снова махнул рукой, не договорив.

Старик сидел на корточках у самой кромки берега, склонившись так низко, что колени торчали выше плеч. Гулко хихикая, он ладонями зачерпывал воду и выливал ее в какие-то ямки, явно выкопанные руками. Призраком он, конечно, не был. Скорее походил на сумасшедшего.

Я быстро оглянулся. Не успела бы еще облететь листва – Артем наверняка скрылся бы за ближайшими кустами. А так ему пришлось по-честному остаться где-то под деревьями. Хоть небольшой, но шанс удрать. Знать бы еще, куда удирать…

Где-то в лесу щелкнула ветка. Я вздрогнул. Живо представил себе «бычка» в кожанке, переминающегося на месте. «Бычку» скучно. «Бычок» хочет, чтобы я побежал, – тогда он сумеет пострелять, как в тире.

А может, и не было там никого. Может, наступило на ветку животное, бродящее между мерзнущими стволами.

Ступая осторожно, плавно перекатываясь с пятки на носок, я приблизился к старику. На вид – самый обычный, замызганный, плюгавый. На голове – потертая серая кепка, на плечи накинута толстовка с надписью Abidashi на спине и четырьмя полосами на рукавах. У каждого вокзала таких сколько хочешь побирается. Даже и не верилось, что он мог кого-то там до смерти закормить тиной.

Но я почему-то не сомневался: это он. Один, без сообщников и помощников. И в баки, и в желудки накачивал жидкую грязь именно этот дед. И воду в канистрах заставлял цвести. Вот только что с ним делать, я понятия не имел. Это же не призрак. И не человек – в этом я тоже не сомневался ни секунды.

Словно услышав мои мысли, старик выпрямился и, не поднимаясь с корточек, обернулся. Из-под видавшей виды кепки с надписью Chicago Bulls смотрели живые, задорные глаза. Бездонные, темные, но не страшные из-за вспыхивающих в них искорок веселья. Длинный нос старика свисал чуть не до мясистой нижней губы, седая борода торчала лохматой паклей.

– Чего, внучек? – спросил он. – Заневолили?

Голос звучал странно, не соответствовал внешности. Ему бы гундосить из-за вечной простуды, неразборчиво шамкать беззубыми челюстями, но старик говорил глубоким, чуть хрипловатым басом, как проповедник с кафедры. Только без торжественности, вполне сочувственно. Я кивнул.

– Понимаю, понимаю… – Старик покачал головой. – И что делать будешь? Побежишь?

Я облизнул губы, огляделся. Берег выглядел пустынным, но это ничего не значило – бандиты могли прятаться.

– Нет тут никого, – успокоил меня дед. – Пока что.

С чего бы мне ему доверять?

Мысль мелькнула и погасла. С чего бы ему мне врать? Бросив старику едва заметный благодарный кивок, я рванулся с места. Побежал, как никогда не бегал раньше. Пошлепал подошвами по чавкающей грязи, перескочил, не сбавляя хода, через поваленное дерево, разбрызгал лужу… Слева от меня, у берега реки, промелькнула знакомая тщедушная фигура. Чавкнула грязь. Я едва не споткнулся о тоненькое деревце и набрал полные ботинки ледяной воды из лужи. Уже куда медленнее пробежал мимо старика, поскользнулся в грязи, переступил дерево, обошел лужу. Медленным шагом подошел к деду.

Тот захохотал со странным квакающим отзвуком, заходил под морщинистой кожей острый кадык:

– Кха-кха-кха-кха!

Он зачерпнул пригоршню воды из