Инопланетные ужасы - Тим Каррэн

и началось, лучи рассеялись. Все были свободны, кроме Чанга. Когда чернота в его луче исчезла и сам луч погас, он просто стоял, вытянув руки, словно все еще пытался освободиться.

Моуфали первой подошла к нему.

- Осторожно, - сказал ей Крист, чувствуя, что что-то не так.

Они все приблизились к нему. Он так и не пошевелился. Его лицо за прозрачным забралом шлема застыло в гримасе ужаса, боли или того и другого вместе. Глаза не моргали. Моуфали протянула руку, чтобы коснуться его, но в последний момент передумала. Она ткнула его тонким стволом фонарика с пояса. Он не пошевелился. Она постучала им по скафандру, и раздался звон, словно он был сделан из гранита.

- Он... он застыл твердый, - сказала она.

И как только эта мысль успела оформиться, он начал парить. Ничто не хватало его и не влияло на него (по крайней мере, они этого не видели). Он стал невесомым и поднялся вверх, вверх, пока не достиг потолка, затем открылось круглое отверстие, и его засосало туда. Отверстие бесшумно закрылось.

Остальные молча стояли несколько мгновений, а затем Дендро сорвался. Он словно затрясся внутри скафандра, а затем бросился на стены, ударяясь о них и отлетая. Снова и снова повторяя одно и то же.

- ВЫПУСТИТЕ НАС ОТСЮДА! - завопил он. - ВЫПУСТИТЕ НАС НАХЕР ОТСЮДА! МЫ НИЧЕГО НЕ СДЕЛАЛИ! ВЫ ПРИГЛАСИЛИ НАС! ВЫ! ВЫ! ВЫ!...

Он рухнул на пол, и Моуфали подошла к нему. Он был как желе, когда они поднимали его на ноги. Внутри шлема его глаза остекленели, а на лице застыла жуткая ухмылка.

- Его накачали, - сказала Моуфали.

Через несколько минут он смог стоять самостоятельно. Он был одурманен транквилизаторами, едва способный смотреть на них пустым взглядом. Но спокойный, очень спокойный, и когда он заговорил, то звучал на удивление рационально.

Он хихикнул.

- Мы как белые мыши в лабиринте в поисках сыра, - сказал он. - Мы слишком заняты, чтобы остановиться и подумать о том, что произошло и почему это произошло.

- И у тебя есть ответы? - сказал Крист.

Он снова издал этот дурацкий смешок.

- Это же очевидно, разве нет? Это был не астероид, который в нас врезался. Кто-нибудь его видел? Конечно, нет. Даже корабль не зафиксировал его на видео. Вам не кажется это странным?

- Что же это было тогда?

Он пожал плечами:

- Это был снаряд. Оружие. Они использовали его как рогатку, чтобы сбить птицу с неба. Они искалечили "Поли" этим снарядом, чтобы нас было легче собрать.

Крист посмотрел на Моуфали, ожидая, что она бросит на него взгляд, означающий: "Это лекарства, пройдет", но вместо этого она выглядела встревоженной и глубоко обеспокоенной.

- Отсюда нет выхода, - сказал им Дендро. - Мы идиоты, если правда думаем, что нас засосало сюда из благотворительности, потому что какие-то гребаные инопланетяне практикуют полупросвещенный гуманизм. Что они пожалели нас и захотели помочь. Дерьмооо, - oн отмахнулся от этой мысли рукой. - Вы знаете, что там, снаружи, вы знаете, что такое "инопланетяне". Нет никакого чертового альянса, как в сказках. Это все дерьмо собачье. Они либо ненавидят нас и хотят убить, либо используют, как скот. Они либо относятся к нам с полным презрением, либо игнорируют нас и желают, чтобы мы убрались, - oн снова рассмеялся. - Мне перечислить примеры?

Не нужно было; все они прекрасно знали об ужасах, которые несли инопланетные расы. Например, Вирмиды были враждебны и воинственны. С ними велись войны. Когда они захватывали людей, то помещали их в лагеря смерти для медицинских экспериментов. Империанцы тоже были воинственны и использовали захваченных людей как скот. Металлурийцы похищали людей (и любые другие расы, какие могли найти) и помещали их в зоопарки. Мегра убивали любого, кто отличался от них. А Эфириане? Может, они и не были открыто агрессивны или недружелюбны, но они питались человеческими эмоциями и воспоминаниями. Никакого обмена идеями или культурами. Люди были для них домашними животными.

- Нас привели сюда, чтобы коллекционировать, - закончил Дендро. - Нас больше никогда не увидят. Когда нас засосало сюда, это было с целью. С отвратительной целью.

Криста постепенно охватывал гнев, и в основном потому, что Дендро вслух высказывал все то, чего он боялся больше всего.

- Тебе нужно прекратить, сынок. Я не прошу тебя сейчас, я приказываю.

Дендро снова хихикнул. Он откинулся спиной к стене и сполз на пол. Через некоторое время он начал рыдать.

- Бред сумасшедшего, - сказал Крист Моуфали. - Это все наркотики. В том, что он говорит, нет никакого смысла.

Внутри шлема ее смуглое лицо осунулось и побледнело.

- А может, в этом есть весь смысл мира.

* * *

Час спустя их выпустили в другой темный коридор. Тот же шар синего света вел их дальше. Люки позади них закрылись - отступать было некуда.

- Как игрушки на веревочке, - сказал Дендро.

Если бы не шлем, Крист, пожалуй, просто ударил бы его. За все время командования он никогда не поднимал руку на члена экипажа, но этот Дендро... черт возьми, для него он сделал бы исключение. Дикий, неистовый Дендро был лучше, чем накачанный наркотиками. Он медленно приходил в себя... слишком медленно... и рано или поздно он снова сорвется. И его снова накачают транквилизаторами. Цикл будет повторяться бесконечно, пока...

...перед ними открылся не люк. Вся стена растворилась, как дым на ветру. Перед ними была непроглядная тьма. Затем сверху зажглись огни. Не привычный им яркий белый свет, а то же синеватое свечение, которое открыло им огромную камеру, - Крист решил, что она легко может быть размером с футбольное поле на Земле. Она тянулась и тянулась.

- Вот мы и добрались до сути, - сказал Дендро.

Да, несомненно... но до сути чего именно?

Крист шагнул туда вместе с остальными, но часть его разума отказывалась входить. Она все еще отрицала происходящее. Как ты думал, что это будет? - спросил голос в его голове. Он звучал немного истерично. - Ты думал, тебя встретят безобидные большеголовые инопланетяне с заостренными ушами и предложат тебе жест доброй воли и взаимного уважения, как в какой-нибудь дешевой телепрограмме двадцать первого века? Ты думал, будет слава и понимание? Что твои люди будут носить тебя на руках за то, что ты привел их к свету? Чужой корабль, казалось, смеялся над его глупой наивностью, и Крист слышал этот смех в своей