Водяной 4 - Константин Паули

Василиса бросила телефон на кровать. Он подпрыгнул на покрывале, как живой.

— Он заблокировал мой номер, — констатировала она. — И с юридической точки зрения действует правильно. Сказать ему открыто, что нам нужно, мешает принцип «Маскарада». Официального повода заставить — у меня нет, а соврать… Мы слишком мало о нём знаем.

— Слушай, ну начало положено, — подбодрил я. — Давай ещё раз сходим к нашему Илье Муромцу… то есть к Илье-кладовому? Попросим незаметно подсмотреть в базе данных домашний адрес пещеры Горыныча?

— Нет, ни в коем случае — отрезала Василиса. — Мы потратим целый день впустую. Монету опять будешь заговаривать, ждать закрытия банка. Не хочу терять время на ерунду.

— Тогда что? — спросил я, разводя руками. — У нас есть имя, может быть, ты сможешь пробить его по служебным базам данных? Тебе для этого надо сгонять в Колдухин или есть способ сделать это дистанционно?

— Нет, там специальные электронные сертификаты… — Василиса встала и подошла к зеркалу, поправляя выбившуюся прядь. — Но даже если мы узнаем адрес, что это нам даст? Будем караулить его у подъезда? Ворвёмся к нему домой, пока он пьёт утренний кофе? Вадим, если это наш двоедушник класса «катастрофа», он может среагировать враждебно, как на нападение и оставить от нас только обгорелые ботинки, — её тон оставался спокойным, но уверенным. — Как говорил один бородатый дядька, мы пойдём другим путём.

— Каким? — насторожился я.

Она усмехнулась.

— Вчера ты водил меня, Вадим, показывал фокусы с монетами. Сегодня я покажу тебе достопримечательности Сочи. Но не те, что на открытках.

— Интересное место? — уточнил я.

— Место магического притяжения, — кивнула Василиса.

— Бар? — предположил я.

— Не совсем. Ты готов? Тогда пошли.

Мы вышли из отеля. Сочи зимой — прекрасен. Конечно, летом я его ещё ни разу не видел, но зимой он определённо хорош. Наверняка весной расцветает во всём очаровании.

Здесь пахло не снегом и полями, как в Колдухине, а мокрым асфальтом, морским йодом, кипарисами и специями.

Море мерно шумело где-то слева, словно огромный зверь, погружённый в зимний сон, неспешно переворачивался в своей каменной колыбели.

— Ты уверена, что нам туда? — спросил я, когда мы свернули в Октябрьский сквер.

Василиса шла уверенно, цокая каблуками по плитке. Я не знаю, бывала ли она в Сочи в прошлом, но она тащила меня вперёд с уверенностью матёрого экскурсовода.

Мы прошли мимо ряда ларьков, закрытых на зиму рольставнями. Летом здесь, должно быть, продавали чурчхелу, надувных дельфинов и магниты с надписью: «Я пережил отпуск в Сочи».

Даже сейчас часть заведений была открыта, сочинцы резонно полагали, что турист зимой тоже покупатель, а насколько мы видели, туристов здесь и в это время года хватало.

Мы пересекли реку Сочи и прошли по улочкам противоположного берега.

— ОЭБ и ПК при УВД Сочи, — прочитал я вывеску, когда мы, наконец, добрали до нужного здания. Оно пряталось в листве деревьев, часть которой не облетела на зиму. Этот камуфляж было словно иллюстрацией к строкам: «Наша служба и опасна, и трудна. И на первый взгляд как будто не видна».

Мы поднялись по стёртым ступеням.

Здание дышало казёнщиной. На вахте сидел полицейский, который при нашем появлении не пошевелился, вообще остался неподвижен как статуя.

— Здравствуйте, — обратилась к нему Василиса.

— Вы к кому? — спросил он.

Василиса достала удостоверение и показала его. В её руках эта красная корочка выглядела не как документ, а как артефакт-допуск в мир МВД. — Мне бы с оперативниками пообщаться.

— С кем именно?

— Пока не знаю. У нас тут идёт разработка одного гражданина.

Дежурный вздохнул, всем своим видом показав, что ему не нужны детали, подвинул журнал, переписал из удостоверения ФИО, записал время, отложил ручку.

— Прямо по коридору, четвёртая дверь, — проворчал мужчина, быстро нажимая кнопку пропуска. Турникет мягко щёлкнул, открывая путь в чрево системы. — Зайдите туда и спросите, может, кто возьмётся Вам помочь.

Мы пошли по коридору. Линолеум под ногами был истёрт тысячами подошв.

Из-за нужной двери доносился приглушённый шум, глухие удары, кряхтение и смешки.

Василиса толкнула дверь.

Кабинет был просторным, заставленным столами, на которых громоздились горы папок. Но сейчас никто не работал.

В центре комнаты, двое парней в гражданском самозабвенно боролись. Это больше напоминало брачный танец двух пьяных медведей — захваты, подсечки, сопение. Один, коренастый и темноволосый, пытался скрутить второго, повыше. Трое других зрителей сидели вокруг них на столах, болтали ногами и давали советы, которые граничили с лёгким стёбом.

— Вано, не позорь отдел! — кричал один из зрителей. — Ты его как девушку обнимаешь, ломай!

— Мамку свою ломай! — пыхтел тот, кого назвали Вано, пытаясь вырваться из захвата.

Мы с Василисой вошли, она тут же закрыла дверь, стараясь, чтобы кроме нас это шоу никто не увидел.

Первым нас заметил тот, кто побеждал. Он мгновенно отпустил противника, который тут же отскочил в сторону, массируя шею и поправляя сбившуюся рубашку.

— Опа, — сказал победитель. Он явно не испытывал никакой вины или смущения. — У нас гости. Вано, ты почему дверь не закрыл? А мы тут, знаете ли, проводим учения по тактике задержания.

Василиса шагнула ближе.

— Привет, коллеги. Я из области. Может мне кто-то помочь?

Мужчины мгновенно подобрались. Василиса подействовала на них, как валерьянка на котов — они стали мягкими, пушистыми и немного глупыми.

— Красивой коллеге грех не помочь, — расплылся в улыбке коренастый «борец». Он протянул руку. Ладонь у него была широкая, настоящая лапища. — Руслан.

— Василиса, — она пожала руку, не моргнув глазом. — А это мой… стажёр, Вадим.

Я кивнул, стараясь выглядеть как можно более стажёроподобным, то есть молчаливым и слегка испуганным.

— Стажёр — это хорошо, — подмигнул Руслан. — Ну, рассказывай, Василиса Прекрасная, кто тебя обидел? Кого наказать? Кого в асфальт закатать? У нас сейчас акция — два задержания по цене одного.

— Никто не обидел, — Василиса присела на край предложенного стула. — Мне человечка одного найти надо. Побеседовать. Неофициально, просто уточнить пару деталей.

— Звучит загадочно. Имя есть у человечка? Или только особые приметы: красив, богат, не женат?

— Есть. Никос Константинович Хризантополус, —произнесла Василиса.

Имя повисло в воздухе, Руслан присвистнул:

— Хризантополус… Знаю такого, известная в городе личность.