ЭКТАБОН. Теория Хаоса. Том I - Дин Констаповски

— На самом деле время — это океан. И каждое наше действие — это камень, брошенный в воду.

Парень поднял на него тяжёлый взгляд, сделав небольшой глоток обжигающего бурбона из стакана, который держал в руке.

— К чему вы клоните, профессор? Очередная лекция о последствиях?

— Я клоню к теории хаоса, Адам. К высшей математике случайностей.

Мужчина выпустил тонкую струйку дыма и едва заметно кивнул в сторону стола, что проглядывался через пелену дыма и тусклый свет заведения.

— Посмотри туда. Внимательно.

Адам проследил точно за его взглядом и заметил. У столика группы серьёзных мужчин стоял пьяный, тщедушный клерк, что-то яростно доказывая.

— Видишь этого зачинщика? — голос профессора звучал ровно, как тиканье часов, идеально контрастируя с нарастающим шумом у стойки. — Сейчас он пьян и зол на весь мир. Но вскоре у тех, к кому он лезет, лопнет терпение.

Мотивы меланхоличного джаза делали картину весьма брутальной. Складные мужчины почти не реагировали на пьяного парня. Курили. Но среди них был волк, что просто глядел из-под сизого дыма от своей сигареты на клерка. Казалось, когда стлеет сигарета, он встанет и выволочет за шкирку пьяницу.

— Обычная ситуация для этих мест. Разве не так? — спокойно отреагировал Адам.

— Да, парень! Именно! — профессор слегка ударил костяшками по барной стойки. — Но давай отмотаем цепочку событий немного назад? Заглянем в истоки действия этого парня, а затем и в исход, который вот-вот последует за тем. Вот почему, по твоему, парень провоцирует драку?

— Он пьян, — Адам чуть сощурился.

В этот самый момент у того столика раздался звон бьющегося стекла. Здоровяк резким движением смахнул стаканы на пол и схватил агрессора-клерка за грудки. Началась потасовка. Стулья с грохотом полетели в стороны, кто-то из посетителей бросился разнимать дерущихся, женщины, коих тут было куда меньше, испуганно вскрикнули.

Профессор даже не повернул головы на шум. Он продолжал смотреть Адаму прямо в глаза.

— А почему он пьян? Всё потому, что пятнадцать минут назад, бармен, вопреки правилам паба, решил налить ещё одну пинту крепкого пойла, — объяснил мерным тоном профессор. — Если бы не нужда бармена в лишнем фунте, чтобы прокормить семью, думаешь, стал бы он лить очередную пинту бедолаге-клерку? Теперь ясен исход — уборка заведения падёт прямиком на плечи этого самого бармена.

Драка за спиной набирала обороты. Глухой удар кулака о челюсть. Хруст. Чей-то надрывный крик.

— Одно малейшее изменение в начальных условиях, Адам. Одна лишняя капля алкоголя. Одно не вовремя сказанное слово. И система выходит из равновесия, порождая совершенно новую ветвь реальности. В этом суть теории хаоса. Незначительный взмах крыла бабочки здесь порождает ураган на другом конце света. А теперь представь… — профессор подался вперед, понизив голос до заговорщицкого шёпота, — что произойдет, если ты получишь возможность вычеркнуть ту самую каплю алкоголя из уравнения?

Адам молчал, чувствуя, как внутри всё сжимается от холодной, неумолимой логики этих слов. Его собственное существование сейчас было таким же невозможным парадоксом. Это вызывало животный ужас, но его парализовал лишь диссонанс, ведь он прочувствовал эту теорию на своём опыте.

Профессор откинулся на спинку стула, плавно затушил сигарету в хрустальной пепельнице и, на фоне звуков сирен приближающейся полиции, спокойно спросил:

— Ещё остались вопросы? Кстати, ты вроде не похож на того, кто претендует на место в научной сфере. С чего такой молодой парень, как ты, вдруг заинтересовался теорией хаоса и понятием времени? — профессор не спуская взгляда с Адама, поднёс стакан ко рту и выпил остатки пойла залпом.

Адам лишь покачал головой, стараясь абстрагироваться от хаоса в пабе, где драка наконец заканчивалась. Математическая точность слов профессора заставляла глубоко задуматься.

Полицейские, в тёмно-синих мундирах и шлемах, уже врывались в двери, скручивая окровавленного клерка.

Взгляд его скользнул дальше, минуя толпу зевак, и остановился в самом тёмном, дальнем углу бара. Туда почти не пробивался свет жёлтых ламп.

За маленьким одиноким столиком сидел человек.

Он не смотрел на драку. Не обращал внимания на «бобби». Его лицо было наполовину скрыто в тени, но позу выдавала абсолютная, пугающая неподвижность. Он неотрывно, изучающе смотрел на парня, сидящего рядом с профессором.

В тусклом свете блеснули стёкла тёмных очков. Адам почувствовал, как сердце пропускает сильный, болезненный удар.

Этот взгляд, эту манеру держаться он узнал бы из тысячи, в любой из эпох. Там, в тени шестидесятых годов, наблюдая за ним сквозь сизый дым и разбитое время, сидел Фредерик Миллс.

* * *

«20 сентября 1668 года»

«Четверг»

«13:05»

«Дом Маргарет»

— Боже… — дрогнувшим голосом начала Фэйрис, сидя на табурете. — Боже, вы понимаете, что это означает, Эрик? — она, свойственно себе, посмотрела проницательно в глаза своего старшего товарища. Уголки её губ немного растянулись в микро-улыбке.

Сам Эрик, конечно, понимал. Рано выдыхать. Вокруг веяло смертью в буквальном и переносном смысле. Но смотря на улыбку девушки, в его груди потеплело, словно он получил от неё частичку надежды. Хотя душой он надеялся, что помощь подросткам поможет ему выйти на Дариса.

— Думаю, этой… Маргарет, ей можно верить, — отметил Эрик.

— Да, может вы и правы, — Фэйрис взяла кружку и отпила отварного чая. Эрик также выпил немного, поморщившись от вкуса.

— Сушит как-то, — отметил он, постаравшись улыбнуться.

— Зато греет. — Её глаза, видно было, слипались.

— Слушай, а ты вообще помнишь, что случилось в том подвале под школой?

— Обрывками. Кажется я… мне было очень больно. Будто в голову бьют током, — ответила девушка, скривив лицо, явно вспомнил прошлые ощущения.

— Ох. Главное, сейчас себя лучше чувствуешь?

— Ага, — сонливо ответила она, допив чай и поставив кружку.

— Фэйрис. Хочешь, приляг отдохни. Должно быть, тебе плохо после случая в яме. А как проснёшься, обсудим план по спасению твоих друзей.

— Хорошо, — она кивнула и подошла к небольшой, самодельной кровати из соломы, накрытой множеством тканей и вязаным одеялом. Перед тем, как лечь, Фэйрис обернулась к Эрику и проговорила: — Спасибо, Эрик.

— За что? — Он сощурился в неясности с этих слов.

— За то, что вы рядом.

Смущённый этой милостью, он только лишь кивнул ей, отведя взгляд прямо в сторону очага, тепло от которого стремительно нарастало в жилище.

* * *

Когда уставшая девушка-подросток уже находилась в кровати под одеялом, взгляд Эрика упал на тёмный, дубовый пол. Конверт с письмом выпал из кармана Фэйрис. Тот самый, что передала некая Сира.

Эрик встал со стула, пройдя чуть и подняв конверт. Сразу вспомнил письмо, которые скользнуло ему под дверь. Хотел вскрыть его, безусловно. Но что-то говорило ему: