Сердце Велисгара - Екатерина Новак

Существа были покрыты гладкой, блестящей кожей цвета обсидиана, влажно поблёскивающей в свете факела. Их перепончатые руки с длинными когтистыми пальцами жадно цеплялись за скользкие камни берега, а рыбьи головы с огромными, выпученными глазами без век медленно вращались, изучая пришельцев с холодным любопытством. От них исходил запах тины и гнили.

Внезапно существа синхронно раскрыли свои пасти, усеянные рядами острых зубов, и издали пронзительный, скрежещущий вопль.

Орина побледнела, отшатнувшись, её рука невольно потянулась к амулету. В её глазах мелькнуло узнавание – она видела этих существ раньше, но не в реальности, а в старых рисунках и на страницах материнских травников13.

– Водные твари! – выдохнула она, и её голос дрогнул. – Омутники… Обитатели глубоких вод, пожиратели утопленников…

Омутники, почувствовав страх людей, вздыбили на спинах гибкие плавники, похожие на жёсткие гребни, и, раскрывая узкие пасти, медленно двинулись к берегу. При свете факела отчётливо блеснули их острые, частые клыки. На их плечах и спинах колыхались ленты бурых водорослей, придавая им пугающий вид. Дарину охватил приступ паники: вступать в схватку сразу с двумя существами, да ещё и в узком, тёмном тоннеле, было крайне опасно.

– Не приближайтесь! – крикнула она, пытаясь вложить в голос угрозу. Но омутники не воспринимали человеческую речь. Опустив головы и выпустив когти, они настойчиво двигались вперёд, продолжая скрежетать.

Один из них резко прыгнул в их сторону, и Дарина инстинктивно вскинула нож, защищаясь. Существо метнулось к ней, замахнувшись перепончатой рукой с кривыми, жёлтыми когтями. Девушка отпрянула и попыталась ударить его клинком, но лезвие плашмя скользнуло по склизкой коже, не нанеся никакого вреда. Омутник раздражённо зарычал, приготовившись броситься снова.

– Орина! – закричала Дарина, чувствуя, как подкашиваются ноги от страха, да ещё и от дрожащего в её руке факела не было никакого толку. – Сделай что-нибудь!

Тем временем вторая тварь обошла их сбоку, целенаправленно направляясь к Данату, который с ужасом прижался к стене и пытался схватить валяющийся рядом камень. Орина судорожно сжала костяной нож, пытаясь призвать на помощь воду. Она вспомнила, как сумела разделить поток у водопада, и отчаянно взмахнула рукой. Однако здесь омутники находились в своей стихии, и поток не желал подчиняться ей. Вода зашипела, начала бурлить, но вместо того, чтобы отбросить тварей назад, лишь взметнулась бессильной волной и вновь опала.

– Они сильнее меня! – отчаянно выкрикнула Орина, чувствуя беспомощность и отчаяние. – Я не могу вытеснить их из реки!

Один из омутников стремительно приблизился к Орине, хищно оскалив зубы. Дарина мгновенно закрыла собой сестру и полоснула ножом по лапе существа. Пронзительный вскрик показал, что на этот раз удар серебряного лезвия был удачным. Нож, подаренный Петрием, рассёк скользкую плоть, и из раны хлынула густая чёрная жидкость.

– Серебро действует! – воскликнула Дарина, осознав случившееся. – Им больно от серебра!

Издав визгливый, полный боли крик, омутник отскочил назад, содрогаясь и извиваясь. Второй зверь грозно зарычал и бросился на Дарину, пытаясь свалить её с ног. Девушки одновременно бросились ему навстречу: Дарина снова ударила серебряным клинком, а Орина в последний момент со всей силой ударила тварь ногой в бок, пытаясь оттолкнуть её прочь. Омутник взвыл и попытался схватить Орину за ногу, но тут Данат, превозмогая боль, ударил тварь камнем по голове. Раздался хруст, и тварь, захлёбываясь собственным рыком, рухнула в воду.

Оставшийся омутник, истекая тёмной кровью, несколько секунд бился в судорогах и выплёвывал чёрные пузыри, после чего резко развернулся и устремился вниз по течению, спасая свою жизнь. Наступила тишина. Лишь плеск воды и тяжёлое, прерывистое дыхание людей нарушали её.

– Всё в порядке? – хрипло произнёс Данат, дрожа и опираясь спиной о стену.

– Да… – выдохнула Орина, глядя на чёрную ряску, плавающую в воде на месте погибшего существа. – Спасибо, что помог.

Дарина, с трудом справляясь с дрожью, медленно выпрямилась. Её рука крепко сжимала нож, да так, что пальцы стали каменными. Сердце бешено колотилось, в горле пересохло. Опасность миновала, но ей вдруг показалось, что в глубинах пещер вновь раздался слабый гул, будто кто-то ещё выдвинулся к месту их сватки. Впрочем, это могло быть всего лишь эхо.

– Всё, уходим отсюда, – решительно произнесла она. – Если там осталась стая омутников, они могут вернуться. У нас уже нет сил на новое сражение.

Стараясь не смотреть на мутную воду, поглотившую тело твари, сёстры и Данат медленно двинулись дальше вдоль русла. Каждый шаг они делали осторожно и напряжённо, ожидая, что из темноты снова вынырнет какая-то опасность. Однако тоннель оставался тихим и пустынным, только тихий плеск воды нарушал его гнетущую тишину, да изредка слабо поблёскивали в свете факела вкрапления кристаллов на влажных стенах. Водоросли так и не «зажглись».

Впереди замаячил простор: потолок заметно поднялся, а стены пещеры стали расходиться ещё шире. Откуда-то издалека лился серебристый свет, напоминающий то ли лунное сияние, то ли отражение дневных лучей в водной глади. Сердце Орины тревожно замерло – неужели они достигли того самого Грота?

– Кажется, мы на месте, – прошептала Дарина, оглянувшись на сестру. – Посмотри, там вода становится шире.

Тесный проход туннеля оборвался, и перед ними открылось нечто, что заставило замереть на полувдохе.

Пещера, раскинувшаяся перед ними, была идеально круглой. Её размеры поражали воображение – своды уходили ввысь, теряясь в полумраке. Там, в вышине, каменный купол прорезали тончайшие трещины, сквозь которые струились мягкие лучи дневного света. Эти серебристые нити тонули в неподвижных водах подземного озера, занимавшего большую часть пещеры, но у берегов переходившего в мелководье.

Поверхность воды была гладкой как зеркало, отражая призрачные блики света и очертания сводов. В центре клубился лёгкий туман. Этот полупрозрачный покров придавал всему пространству ощущение нереальности, будто сёстры ступили не просто в пещеру, а в место, где соприкасались мир людей и мир духов.

А там, у самого дальнего берега, возвышался над водой массивный силуэт. Частично погружённая в воду, будто выраставшая из его глубин, стояла огромная фигура. Цвет её – глубокий, малахитово-зелёный – казался неестественно живым среди серых камней грота.

Орина судорожно вдохнула, её пальцы впились в запястье сестры с такой силой, что оставили следы. В её широко распахнутых глазах отражался свет озера, а дрожь, постепенно переходила в трепет благоговейного узнавания.

– Это… это она? –