Октаверум. Сборник хоррор рассказов - Настя Полос

– В результате столкновения один из сотрудников оперативной группы погиб. Калеб Эванс скончался от потери крови в своем доме. Также рядом с ним обнаружен труп женщины, которая была опознана как Элинор Эванс. По предварительным данным, женщина умерла в родах около восьми месяцев назад. Ведутся поиски захоронений. Тело Амасии Гловера было позднее найдено в лесу, в двух километрах от поселка.

Амели сохраняла свой рабочий тон, а внутри все стягивало от отвращения. Каждый сантиметр этой земли тянул сладким, удушливым ароматом смерти. У Гловера не хватало глаз. Девушка жалела, что успела увидеть то, в каком состоянии его нашли.

– Расследование находится на начальной стадии. Устанавливаются хронология произошедшего. На данный момент это самое массовое убийство в истории округа.

Кивок оператору.

Камера опустилась. Только сейчас она разжала пальцы, оставив на ладони четыре полумесяца от ногтей. Амели прильнула к ближайшему дереву, не совладав с подкатившей тошнотой.

– Да твою мать, репортеров – за оцепление! – крикнул кто-то из оперативников. Ее локтя коснулись, предлагая воды. Сил хватило только кивнуть и сделать глоток.

Чиркнула зажигалка. Амели глубоко вдохнула, позволяя дыму обжечь гортань. Взгляд цеплялся за детали открывшейся картины, пока команда собирала оборудование.

Желтая лента трепетала на ветру. Один из санитаров, получив разрешение от криминалистов на вынос тела, выругался, когда с носилок свалилась сгнившая в плече рука.

Она раздавила окурок о каблук и вытащила из кармана переносную пепельницу.

– Поехали.

В автомобиле пахло потом и кофе, и это казалось дарованием на фоне того запаха, что стоял на улице. Цифры в блокноте уже не вызывали ничего, кроме усталости. Сорок семь. Солнце садилось, оставляя длинные тени домов. Рыкнул двигатель, и машина тронулась.

Проклятый Рай

Джульетта Янг

«Во сне хитрый демон может пройти сквозь стены

Дыханье у спящих он умеет похищать

Бояться не надо – душа моя будет рядом

Твои сновиденья до рассвета охранять».

«Потерянный рай» Ария.

14 октября 2020 года.

«НАЙДЕН «ПОТЕРЯННЫЙ РАЙ».

Археологи всей страны ведут раскопки в окраине города N. Сенсация, которая перевернет все человечество.

Никто не выжил. Они разбудили тьму. Тьма идет за ними».

29 сентября 2025 года.

Гвен мчалась по лесу.

Длинные ветки деревьев хватали за одежду, рассекали лицо, оставляя красные борозды, из которых уже начала капать кровь. Она бежала прочь, не разбирая дороги. Позади Гвен слышала прерывистое дыхание. Оно горячим смрадным воздухом опалило ее кожу, заставило сердце учащенно биться. Легкие горели, в глазах плыло, но если она остановится, то они ее настигнут.

Они всегда ее догоняли.

Липкий страх сдавливал разум, мешая думать. Один неверный шаг, и Гвен споткнулась. Торчащие камни впились в ладони, колени заныли от удара. Девушка кубарем покатилась с небольшого холмика и больно встретилась со стволом дерева. Слезы брызнули из глаз. Тело наливалось множеством синяков.

Гвен встала на четвереньки. Руки и ноги тряслись, норовя уронить ее обратно. Собрав всю волю, Гвен кое-как прислонилась к дереву и повернула голову.

Крик застрял в глотке, лишая воздуха. Она смотрела, как к ней приближались огромные черные пауки. Тонкие лапы быстро перебирали по сырой земле, оставляя после себя глубокие ямы. Позади насекомых стояла расплывчатая тень. Она, точно кукловод, управляла пауками.

Пауки бросились на девушку. Та кричала, пыталась отбиться, но все ее тело пронзило острыми зубами. Боль сдавливала внутренности, не давая сделать полноценный вдох.

Гвен кричала, молила о помощи, но срывала голос.

Тень подплыла к ней, пропасть под Гвен раскрывала свою пасть и утаскивала на дно.

Гвен ненавидела осень. Особенно когда становилось невыносимо холодно. Даже любимый кофе с лавандовым сиропом не согревал. Она ненавидела унылые серые улицы, по которым шагали не менее угрюмые люди в черных и желтых плащах. Будь ее воля, она уехала в жаркие края, где каждый день светило солнце и можно было бы купаться в теплом море.

Девушка скривила лицо, когда маленький мальчик, смеясь, прыгнул в лужу рядом с ней, и грязные капли брызнули на новые брюки. Она дернулась, чтобы схватить сорванца за дождевик и отчитать, но мальчик уже побежал к маме и скрылся в остановившемся автобусе. Раздраженно Гвен смахнула грязь с ткани, достала из драпового пальто платок и вытерла руку, в сотый раз проклиная погоду.

Гвен было всего двадцать шесть, но за свои годы она уже успела стать востребованным археологом. Конечно, не без помощи не менее известного отца, с которым у девушки были теплые отношения. Его имя всегда вызывало у нее гордость, даже когда ее сравнивали с ним. Однако, как бы она ни любила отца, ей хотелось всего добиться само́й. Поэтому Гвен твердо решила, что свою жизнь и карьеру она построит сама, но каждый раз выходило как всегда. Но все изменилось, когда трагедия потрясла мир и лишила ее единственной возможности выбиться «в люди».

Сообщение, которое она получила от брата Ника, сразу подогрело азартный дух. Дало надежду, что еще не все потеряно и она сможет получить желаемое.

В последние пару месяцев девушка мучилась кошмарами. В них она всякий раз пыталась убежать от гигантского монстра с двумя головами или змей, иногда это были различные насекомые, которые скользили по телу, доводя до безумия. Но всякий раз сны оканчивались ее смертью.

Оглядев улицу, где, по словам Ника, находилась забегаловка, девушка тихо вздохнула и, крепче сжав телефон, пошла вперед.

К облегчению, через несколько магазинов, витрины которых пестрили обилием вечерних платьев и костюмов, показался заветный вход.

С виду это было неприметное здание; не удивительно, что Гвен сразу не заметила его. Темная дверь, на которой висела вывеска «Кафе у черного кота», круглая ручка из позолоты и одна ступень, о которую невнимательные обязательно спотыкаются. Гвен не стала исключением.

Девушка оступилась и, резко выбросив руки вперед, ударилась о дверь. Чертыхаясь, она шумно ввалилась внутрь заведения и, прикусив язык, остановилась. В помещении приглушенно светила большая подвесная люстра из белого хрусталя, играла тихо музыка и пахло ванилью вперемешку с терпким ароматом кофе.

Гвен обвела взглядом место и замерла, увидев в дальнем углу сгорбленную спину брата. Он, как всегда, сидел около окна и смотрел на хмуро проходящих людей, подперев одной рукой подбородок. Гвен перекинула влажный от сырости локон и пошла в его сторону. Каблуки глухо застучали по плитке.

– Снова не жалеешь спину, – цокнув, произнесла Гвен, усаживаясь напротив брата. – Зачем мать только водила тебя на танцы?

– И тебе привет, сестренка. – Парень робко улыбнулся и выпрямил спину. – Не для здоровой спины уж точно она меня водила. Тебе ли не знать.

Ник уткнулся в пустую чашку, явно задумавшись о прошлом, которое не раз напоминало ему о бесполезности своего существования. Их жизни ничто, пыль в ярком свете отцовских побед и заслуг. Так считали все. И единственное, чем они могли тогда сделать, – исполнять любую прихоть, чтобы мама не чувствовала себя ущемленной.

– Тяжела жизнь жены знаменитого археолога, – вздыхала мама, в очередной раз опрокидывая в себя бокал сухого красного.

Ее тусклые голубые глаза давно перестали замечать жизнь. Но все стало еще хуже, когда к ним домой постучали с ордером на обыск и приказом ликвидировать все привезенные отцом «драгоценности». Тогда ей стукнуло двадцать. И именно тогда они узнали, что отец не просто ездил на раскопки, но и с кем. После того случая мать спилась и сошла с ума.

Гвен старалась ненавидеть отца за его поступки, последствия которых стали концом их идеальной семьи. Измена. Алчность. Невнимательность, повлекшая за собой смерть почти всей экспедиционной группы. Но так и не смогла. Она верила, что отец лишь жертва случайностей, а другие, воспользовавшись слабостями, очернили его имя. Гвен помнила омерзение в глазах людей, когда случились похороны, слышала отвратительные слова, сказанные