Это сплаттерпанк, мать его! - Джон Скипп

во время Всемирной конвенции ужасов. Это было частью какой-то нелепой сценки, которую он задумал для ежегодного конкурса "Отвратительно". Я знаю, что там была какая-то слизь. А поскольку я сидел на сцене ближе всех к нему, я стал его первой мишенью. Просто чтобы вы знали: Шейн заслужил место в пантеоне хоррора благодаря своим выступлениям на подобных мероприятиях. Этот милый молодой парень, которого никто не знал, выходил к микрофону и обрушивал на сотни зрителей потоки непристойных, шокирующих и до ужаса отвратительных слов. Вскоре появились десятки книг Шейна МакКензи, и каждая была еще отвратительнее предыдущей. Насколько мне известно, он единственный писатель в жанре хоррора, чья карьера началась с перформанса. В этом есть определенный урок. Но я отвлекся.

Он пытался заставить меня съесть этот ужасный пудинг. Я послал его куда подальше. Он сказал:

- О, чувак. Ну давай же. Будет весело!

- Я ПОКАЖУ ТЕБЕ, КАК ЭТО БЫВАЕТ ВЕСЕЛО! – заорал я, вскакивая с места, чтобы схватить его за горло и засунуть всю эту дрянь ему в глотку, пока коллеги-судьи Брайан Кин и Дэниел Кнауф держали его за руки.

Затем я вскрыл его от основания черепа до грудины. Когда пудинг вывалился из его глотки и растекся по обнажившимся нижним кишечным петлям, толпа взревела. Он, конечно, победил.

Я понятия не имею, кто написал последующие двадцать восемь книг Шейна МакКензи и кто сейчас пишет сценарии для всех этих фильмов. (Полагаю, это его призра-а-ак!)

С – СПЛАТТЕРПАНК

Многие путают "хардкор/экстрим" со "сплаттерпанком". У них много общего. Но это не одно и то же.

Хардкорная/экстремальная литература ужасов в основном сосредоточена на том, насколько сильно можно причинить боль. На мельчайших деталях. На том, чтобы довести сюжет до предела, а потом еще дальше, просто чтобы показать, насколько отвратительным он может быть.

Сплаттерпанк, с другой стороны – по крайней мере, на мой взгляд, – всегда был сосредоточен на том, почему происходит то или иное ужасное событие. Не просто на том, чтобы показать его во всех кровавых подробностях, но и на том, чтобы проникнуть в его эмоциональную и культурную подоплеку. Вскрыть его не только для того, чтобы вытекла кровь, но и для того, чтобы вытекла суть.

Иногда вы творите ужасные вещи просто ради безумного веселья. Я на все сто процентов за такую стратегию.

Но если вы делаете это не ради того, чтобы рассмешить зрителей, не для того, чтобы глубже раскрыть тему, вырезав из нее какую-нибудь метафору, а просто для того, чтобы показать, насколько жестоким и отвратительным может быть происходящее, – это, может, и хардкор до мозга костей, но это не сплаттерпанк.

С другой стороны...

О – ОТВЕТ

"НЕ МОГУ ПОВЕРИТЬ, ЧТО ТЫ ТОЛЬКО ЧТО СДЕЛАЛ ЭТО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ!" – самый крутой ответ, который только можно получить.

П – ПОВАР

Он был 203 сантиметра ростом и представлял собой безмозглую машину для убийств.

Семье приходилось нелегко из-за его умственной отсталости, огромных размеров и всего такого. Но он, конечно, приносил домой мясо. И знал, как его приготовить. Почему так вышло, что безмозглые здоровенные монстры всегда были лучшими поварами в любой семье каннибалов? Был ли у них какой-то особый дар? Или остальные просто были никудышными поварами? Или Джоджо, Кожаные Лица и Эль-Гиганты хватались за мясницкий тесак и злобно рычали на любого, кто приближался к шкафчику со специями, чтобы взять немного красного перца? Они вообще умели читать этикетки на специях? Ориентировались по цвету или как-то иначе?

Я не знаю!

Как бы то ни было, все всегда сводилось к одному: "Эй! Сегодня Джоджо поджарит для нас чьи-нибудь легкие!" И почему-то это всегда было круто.

Ч – ЧУВСТВО ЮМОРА

Кики знала, что Надин – та еще ищейка. Вечно что-то вынюхивала. Поэтому она взяла стопку отрезанных носов и приклеила их все к лицу Надин, а в центре поместила зияющую красную дыру на том месте, где раньше был ее собственный нос. Мари, с другой стороны, была та еще болтушка. Поэтому Кики взяла стопку губ и сделала из них что-то вроде козлиной бородки, а в тон ей – мокрые усы. Ева всегда смотрела на нее волком. Так что угадайте, чьи распущенные волосы украшали вырванные глаза, которые больше не могли ее осуждать. А еще была Файруза. О, Файруза. Фанатичная, притворно-дружеская Файруза. Она лезла во все дела, тайком манипулируя всем и вся. Именно из-за нее эта жизнь стала невыносимой. На то, чтобы сделать из огромной стопки отрезанных пальцев дикобраза на ее лице, ушло почти два часа. Но оно того стоило.

Жить с соседями по комнате, без сомнения, бывает непросто. Нужно просто сохранять чувство юмора.

П – ПРОЩЕНИЕ

Лестер стоит в очереди к банкомату. Перед ним еще пять человек. Они не понимают. Ему срочно нужны деньги. Он на грани.

- Быстрее, дама! – кричит он женщине, которая возится со своей сумочкой у банкомата.

Она выглядит смущенной и напуганной.

Хорошо. Именно такого настроения он и добивался. Остальные четверо напрягаются. Ну конечно. Чертовы трусы.

- Ну же! Вы вообще готовы это сделать или как? Потому что я могу управиться быстрее, чем вы будете копаться в своем гребаном дерьме!

- Простите... – говорит она, роясь в сумочке.

- К ЧЕРТУ ПРОЩЕНИЯ! – кричит он, обходя остальных четверых и направляясь прямо к ней.

Все отступают от него, чувствуя его невероятную силу. Она отшатывается от банкомата, но недостаточно быстро. Он бьет ее наотмашь, и она с криком падает на тротуар. Он слышит за спиной возмущенные возгласы, достает карту и вставляет ее в банкомат.

- ЧУВАК! – кричит хипстер-миллениал, явно отшибленный на всю голову. – Это не круто! Лестер вводит пароль, нажимает ввод, смотрит на экран и ждет, что кто-нибудь схватит его за плечи и развернет. Но никто этого не делает.

- Простите, – говорит женщина прямо у него за спиной, когда он нажимает кнопку "наличные деньги" и вводит 40 долларов. Он чувствует ее дыхание на своей шее.

А потом она бьет его головой о стену с такой силой, что он падает на колени еще до того, как банкомат выдаст ему деньги. Он смутно слышит крики за спиной.

А потом они все набрасываются на него: пинают по ребрам, пока он корчится на тротуаре, ломая одну кость за другой. Это хуже, чем ломка от героина, но на одну секунду он забывает обо всем. Он переворачивается на спину и смотрит на их лица.