Смерть тебя помнит - Юлия Макс

Грегор забрал бутылку, допил и поставил на пол. Заговорил, с горечью выталкивая из себя слова:

– Лилит напала на замок. Фер Люций забрал ее память, она меня не помнит, не помнит Фауста, ничего, что бы связывало ее с «Дахштайном». А ведь этот отель она любила, как родное дитя. Лилит снова преданная гончая Дьявола.

Роули театрально вздохнул, принимая новую реальность. Голова загудела и потяжелела. Он запустил пятерню в волосы, взлохматил прическу. Мысли перескакивали с одного пункта плана на другой, тасуя, словно покерные карты. Аластер никак не мог допустить, чтобы все сорвалось, не теперь, когда он так близко.

– Ты уверен, что она все забыла?

Грегор повернулся спиной: одежда от шеи до ног была разодрана когтями, сквозь нее Аластер видел запекшуюся, начавшую гноиться плоть. И прокомментировал он вовсе не спину:

– Твои глаза…

– Стали такими после того, как я ударил ее огненной плетью, стараясь не умереть окончательно.

– Итак, план претерпевает изменения, – преувеличено азартно воскликнул Роули. Его деятельная натура уже увидела выход, пусть не такой изящный, как ранее, но точно интересный. – А ты прекращай демониться! Даже если она все забыла – завоюешь ее симпатию заново.

– Любовь так не работает, Роули! – Голос Ниотинского стал жестче и сердитее. – Наша с ней история длилась века.

– У меня нет столько времени! – рыкнул Аластер. – Помнишь условия сделки? Я свои выполнил, а ты будь готов выполнить свою часть. Ничего еще не потеряно. Я схожу на аудиенцию к Феру Люцию, а потом ты прогуляешься со мной в «Лимб».

Ниотинский сначала недоверчиво поднял брови, а потом расхохотался.

– Ты шутишь?

– В «Лимбе» ждет Софи. Мне нужно, чтобы ты ее увидел и рассказал все, что знаешь о жнецах.

– Демоны шептались, что она святая.

– Святая и жнец.

Грегор зажмурился, потер виски, а когда открыл глаза, они стали привычного синего цвета без черноты.

– Ты привел живую в Ад? С ума сошел?!

Роули наигранно всплеснул руками, хотя испытал удовлетворение оттого, что Ниотинский пришел в себя.

– На нее охотятся день и ночь! Что я, по-твоему, должен был сделать? Избавиться не могу – у нее прочная связь с Лилит и со мной.

Он открыл двери.

– Я найду Софи, если ты не вернешься, – пообещал Грегор ему в спину.

Аластер вышел из замка, силясь рассмотреть седьмой круг, но взрыв и извержение вулкана подняли дым и пепел на многие километры вокруг горы грехов, а от того, как жгло тело, можно было сделать вывод, что лава, которая течет, куда ей вздумается, совсем скоро окажется здесь.

Бастион, где восседал Фер Люций, охраняли сотни демонов, основную часть которых Роули не знал. Это означало, что адских слуг стало в разы больше после того, как врата в Дахштайне запечатали. Строение покрывали трещины, которые поглощали свет вокруг него. Башни бастиона, тянущиеся кверху, напоминали застывшие в крике фигуры, а зубчатые вершины словно жаждали проколоть саму тьму.

Роули сложил крылья и вошел в главные ворота, приняв свой привычный человеческий облик, подразумевающий костюм-тройку и бабочку на шее. Пройдя узкие коридоры, источающие зловоние разложения и гнили, он достиг главного зала, которым так гордился Фер Люций.

Черные базальтовые стены были испещрены кровавыми прожилками. Высокие своды походили на каменную клетку, а огромные окна с витражами из темного стекла пропускали тусклый зловещий свет, окрашивая все в оттенки бордового и мрачно-синего.

В центре стоял массивный каменный трон, высеченный из скалы, его задняя часть возвышалась точно хребет древнего чудовища, а подлокотники украшала резьба в виде змей, извивающихся вокруг костей. Перед троном лежал ковер из темного бархата с узорами, представлявшими собой сцены мучений всех семи кругов Ада. Каждый раз, когда Роули становился на него, он ощущал страх.

Подле Фера Люция, восседавшего на троне, стояла Лилит. Она что-то говорила Повелителю, наклонившись вперед. Ее демонический облик вкупе с водопадом рыжих локонов и янтарными глазами заставил Роули занервничать.

– Аластер! – Дьявол повернул голову, которую венчала массивная корона из шести рогов. Разноцветные глаза, казалось, заглянули в самые потаенные мысли Роули. – Мое любимое дитя. Судя по количеству сделок, ты, как всегда, отлично работаешь.

Роули встал на одно колено, поймал взгляд Лилит, в котором не было ничего, кроме жажды убивать, и покорно склонил голову.

– Лилит? Значит, слухи правдивы, и Фауст тебя вернул.

Лилит выступила вперед и хищно улыбнулась, так напоминая Роули его самого. Только теперь он хотел не служения Дьяволу, а отмщения.

– Я не помню всего, что со мной случилось. Фер Люций забрал мою память, чтобы я и дальше служила ему без колебаний и оглядок на прошлое. – Она сузила глаза: – А где был ты, Аластер?

Дьявольское лицо позади нее изогнуло подобие рта в усмешке, и Роули понял, что нужно заходить с козырей.

– Мой Повелитель, я пришел к тебе с даром.

– Значит, это правда? Ты прятал девочку, которую я приказал убить? – Морда, некогда бывшая лицом Фера Люция, оскалила змеиные клыки-иглы.

– Я всего лишь хотел доставить ее к вам лично и получить награду. – Роули услышал в своем голосе страх, которого никак нельзя было показывать.

– Что ж, Аластер. Ты своего не упустишь. Где она?

– В «Лимбе».

Фер Люций лукаво улыбнулся, сверкнув заостренными зубами:

– Осмотрительно. Оставил ее там, где никто не подумает искать. Что ж. Я спущусь за ней и убью лично.

– Да, мой Повелитель. Я укажу путь. – Роули склонился еще ниже, удерживая бесстрастную маску на лице, но внутренне ликуя.

– Могу и я сопроводить вас? – подобострастно спросила Лилит.

Фер Люций кивнул и поднялся с каменного трона.

– Аластер, тебе останется черная Соломонова свита. Вернешься и избавишься от них. Хофкирхе важно сжечь – я не уверен, что мои демоны все еще мои.

– Девушка, мой Повелитель. Я так и не понял сути ее силы.

– Тебе и не нужно. Она – ошибка мироздания. Чистый хаос, парадокс, который может уничтожить всех. Считай ее силу квантовыми частицами: столкнувшись, они могут породить черные дыры и уничтожить мир.

– Насколько я видел, у нее нет силы.

Фера Люция поглотил мрак, и вместе с ним исчезли Роули, Лилит и два высших демона. Перемещение Дьявола происходило абсолютно не так, как у Аластера. Демон сделок прыгал через расстояния, а Фер Люций словно подтягивал к себе