Смерть тебя помнит - Юлия Макс

туристические компании. Мортем считала его жемчужиной, сердцем Тироля. Окруженный массивными горами, раскинувшийся в долине, город в то же время не выглядел тесным. Старинный центр в стиле поздней готики радовал мощеными улочками и потемневшими от времени церквями. Река Инн бурно несла бирюзовые девственно-чистые воды, даря прохладу.

В детстве Софи слышала от мамы, что вода горных рек – это слезы Бога, скатившиеся с вершин. Она верила во Всевышнего, но после ночного происшествия ощущала себя оставленной им. Оставленной на растерзание его созданиям.

Дойдя до станции «Конгресс», они купили билеты на гибридный подъемник, идущий до Хангенбурга с пересадкой на канатную дорогу до смотровой Карвенельблик.

Фуникулер довез их до места пересадки. Они перешли на подъемник. Блестящая квадратная кабина из железа и стекла понеслась вверх, зарождая внутри радостное тепло, появлявшееся каждый раз, когда она поднималась на хребет Карвенделя. Софи положила ладонь на стеклянную стену и глядела вниз: на быстро удаляющуюся землю, на трос, на открывающуюся панораму гор и города под ними. Еще зеленые подножья переходили в светло-серый оголенный камень, который, в свою очередь, сменялся верхушкой, увенчанной ослепительно-белым снегом.

– Софи? – позвала Дагмар. – Ты чего застыла?

Заставив себя оторвать взгляд, она ответила:

– Больше всего в жизни я люблю этот вид.

– Горы есть и в Аду, Мортем.

Роули хмыкнул на ее ошарашенный взгляд, но продолжать не стал. Кабина тем временем остановилась на станции, двери открылись, выпустив компанию в леденящий ветер.

– Неудачная идея, – прошипела Дагмар, пряча лицо в воротнике куртки.

Софи поежилась, но упрямо пошла на тропу, ведущую к смотровой. Солнце постепенно закрывали тучи. Тяжелые, пепельные, они наползали на горы и медленно пожирали вершины. Как внизу, так и наверху людей оказалось немного. Большинство уже толпилось у канатной станции в ожидании кабинок. На смотровой площадке пара делала селфи, мужчина с собакой прогуливался дальше по тропе, компания парней в экипировке со сноубордами вывалилась из подъемника, шумно смеясь и переговариваясь.

Все было привычно, только Софи ощущала опасность. Она видела ее в сыром воздухе, в том, как надвигались тучи на город и долину, в мрачных лицах людей, встречающихся на тропе. Даже любимые ею горы выглядели как застывшие чудовища из кошмаров.

– Ты напряглась, – заметила Дагмар. – Почему?

– Сама не знаю. Вдруг они уже пришли к моей маме?

– Я отправлюсь к вашему дому, как только мы спустимся, – постарался успокоить ее Абраксас.

– Каталась с этих склонов? – спросила Дагмар, указывая подбородком вниз на трассы.

Софи собиралась сказать, как часто бывала здесь с отцом, но что-то вокруг них неуловимо изменилось, заставив ее проглотить все слова.

Люди на тропе людьми не были.

Мужчина моргнул, и Софи заметила, что на долю секунды его глаза стали черными. За ним шла компания сноубордистов, но уже без досок. Софи поняла, что они ждали ее. Все на этой проклятой вершине были одержимыми.

Софи вытерла влажные ладони о пальто, надеясь, что вместе с потом избавится и от страха. Жаль, что это так не работало. Она нервно оглянулась на Роули, но его лицо ничего не выражало, глаза скрывали очки, однако губы едва заметно дрогнули, скрывая мимолетную ухмылку.

«Он знал, – поняла Мортем и снова почувствовала себя преданной. – Знал и специально провоцировал их. Заманивал в уединенное место».

Дагмар словно бы невзначай приобняла Софи за плечи, наверное, увидела, какими нервными стали ее движения. Абраксас, продолжая идти, подстроился и встал с другой стороны. Роули размеренно шагал сзади, прикрывая тыл.

Одержимые приближались.

Софи уже не нравился вид гор и узкой тропы с обрывом на многие метры вниз. Она затаила дыхание, ощущая, как быстро стучит сердце, словно собираясь сбежать из груди.

Они остановились от едва слышного окрика.

– Великий и неуловимый Роули? Ты ли это?

Впереди и сзади узкую тропу заступили демоны, вселившиеся в сноубордистов.

Роули картинно приосанился, играя в одну ему понятную партию.

– Я, как видишь!

– Повелителю будет интересно узнать, почему ты сопровождаешь девчонку, которую приказано убить. А может, ты просто развлекаешься с ней? Она, конечно, не слишком аппетитная, но на вкус и цвет, как говорится.

Роули снисходительно изогнул губы, как это делают взрослые, обращаясь к детям.

– Думаешь, Фер Люций не знает?

Парень снял шлем и нахмурился.

– Тогда зачем нас послали ее убить?

– Хороший вопрос, – протянул Роули.

Его расслабленная поза была обманчива. Софи видела, как застыли лицевые мышцы, как напряглись плечи. Она поняла, что Аластер готовился напасть.

За короткий судорожный вздох, что она себе позволила, серый дым вылетел изо рта говорившего одержимого, но не успел выйти из человека полностью, как Роули неуловимо переместился, потянув за собой Софи, и сжал пальцами эту субстанцию. Тонкие бледные пальцы разорвали извивающийся дым, как старую ветошь.

Черная свита кинулась на противников, пытаясь оттеснить Софи с дороги, убрать, чтобы до нее не дотянулись демоны, но неудачно. Она поднырнула под руку парня, пытавшегося ее схватить. На Роули бросились двое, и он отшвырнул их, частично превратившись и отрастив черные когти на руках. Демонической силой он смахнул их с тропы. Крики ужаса разнеслись по ущелью, когда они полетели вниз, исчезая в густых тучах, опустившихся на Инсбрук. Отвлекшись, чтобы посмотреть на шум драки за спиной, Софи не удержала равновесие и, кувыркаясь, покатилась по земле и камням вниз. Снег смягчил приземление. Когда мир перестал крутиться, Софи с усилием поднялась как раз в тот момент, когда перед ней возник демон. Попыталась избежать удара в грудь и сделала шаг назад. Нога не встретила опоры и Мортем поняла, что снова падает.

Панический крик не вырвался из горла, как и зов о помощи. Она понимала, что никто не успеет ее спасти. Падая, Софи попала во влажную туманную массу. Все. Она закрыла глаза, считая секунды до столкновения.

Пять.

Шесть.

Семь.

Восемь.

Сердце, казалось, отбивало удары в унисон, забыв, что нужно стучать чаще.

Сейчас.

Софи в последний раз распахнула глаза и увидела перед собой не острые, словно акульи, зубья Карвенделя, а перекошенное лицо Роули и его желтые глаза с огромными круглыми зрачками. Он больно вцепился в ее руки, притягивая к себе.

За мгновение до столкновения они переместились в номер отеля, с грохотом рухнув на деревянный пол.

Она попыталась подняться, но дрожащие, как студень, конечности не держали. Чувства обрушились, усилившись десятикратно, грозясь лишить здравого рассудка. Горло сжал спазм, и она закашлялась. Аластер прыгнул за ней. Но зачем? Ведь