Тень на странице - Ирина Фуллер

— Я в этом не заинтересован, — сказал вдруг Дориан и сделал шаг ей навстречу. — Предмет таит в себе опасность, и я не намерен иметь с ним дело.

— Разве ты не хочешь узнать, что именно это за опасность?

— Нет.

— Там все о портрете, — прошептала она.

Это, наконец, вызвало смятение в персонаже. Он впился взглядом в ловец. Затем внимательно посмотрел на Констанцию.

И в этот момент она увидела, как переменился его взгляд: будто пламя самого дьявола полыхнуло в его глазах.

От нового Дориана Грея Констанции стало не по себе. Она невольно шагнула назад, еще, и еще, но уперлась в стол.

"Беги!" — запоздало крикнуло сознание.

Персонаж в два больших шага оказался рядом. Попытка ускользнуть провалилась, его тело прижало ее к деревянной поверхности.

Здесь ей стоило бы закричать, позвать на помощь — в конце концов, жизнь важнее репутации. Но Дориан будто загипнотизировал ее. Констанции стало так страшно, что она не могла издать и звука.

Он перевел взгляд на сумочку, что была брошена на стол рядом, без усилий стянул с нее шелковый платок.

Поняв, что намеревался сделать Дориан, Констанция дернулась в сторону, но теперь он сжал ее грубо, причиняя боль. Она начала что-то говорить — просила отпустить, уверяла, что сохранит его секрет, что просто хотела помочь. Дориан двигался спокойно и безо всяких сомнений. Бережно обмотал подаренный Ильей платок вокруг ее шеи, сжал концы кулаками. Констанция начала цепляться за гладкую ткань, пытаясь остановить его, но он с силой потянул, лишая всякой возможности сопротивляться осознанно. Ее тело двигалось инстинктивно, борясь за жизнь, но все это было тщетно. Персонаж был слишком силен и слишком решителен. Отпор Констанции не причинял ему никаких неудобств.

Ей показалось, что все это длилось вечность, хотя, вероятно, не прошло и нескольких секунд. Как долго человек может бороться с удавкой на шее?

Она не слышала, как открылась дверь, но, кажется, уловила звук шагов. Полностью же осознавать реальность начала, только когда чужие руки исчезли, отпустив шелк. Дориан несколько секунд изумленно смотрел на свою кожу, покрывающуюся строчками, наливающуюся чернилами, а затем исчез.

Дрожащими руками Констанция скинула платок. В поле зрения показался Артур. Он выглядел взволнованным.

— Живы? — спросил он.

Она кивнула, впрочем, это и так было очевидно: она сидела на столе, ловя ртом воздух и размазывая слезы по щекам, а не валялась бездыханная на полу.

Констанция коснулась шеи — все еще было больно.

Кинг маячил рядом. Через полминуты протянул ей стакан воды, который она с благодарностью приняла дрожащей рукой.

— Это очень экстремальный способ охоты, — сообщил он, наконец.

— Он выбил ловец у меня из рук, — хрипло ответила Констанция. — Дальше все пошло…

Она раздосадованно потерла лоб заледеневшими пальцами.

— Хочу ли я знать, как персонаж оказался в Библиотеке?

Констанция покачала головой. Снова вытерла щеки, провела под глазами, чтобы стереть тушь. Она подозревала, что вид у нее был не самый цветущий.

Артур подошел к ней и взял ее трясущиеся руки в свои.

— Констанция, заботьтесь о себе лучше.

Констанция раздосадованно посмотрела на него и встала. Хотелось крикнуть, что ей надоело заботиться о себе самостоятельно, что она не возражал бы, чтобы кто-то другой позаботился о ней.

Стало так очевидно, что в ней все еще жила та девчонка-стажер, жаждущая от своего наставника не только признания, но и опеки. Констанция сумела спрятать эту свою слабую сторону, жаждущую внимания и заботы, но, кажется, не заметила, как та расправила плечи и подняла голову. Теперь Констанция практически вынуждала Артура спасать ее. Громко требовала посмотреть, увидеть. Привлекала внимание рискованными выходками. Ее смелость, дерзость, безрассудство, кажется, всего лишь были новым способом заявить о себе.

То, что ты в себе отрицаешь — не исчезает. Оно накапливается, растет в темном углу, становясь чудовищным. Как портрет Дориана Грея.

Не готовая слишком глубоко копаться в себе, Констанция высвободила ладони и сдавленно произнесла:

— Нужно вернуться на праздник.

— Думаю, вы захотите привести себя в порядок.

Артур жестом указал на зеркало, что висело у выхода рядом с доской объявлений. Констанция не смогла сдержать возгласа, когда увидела отражение: помада размазалась, окрасив кожу вокруг губ в розовый. Тушь еще держалась, но вот карандаш потек. Глаза, видимо, от слез, опухли и покраснели. Прическа тоже требовала коррекции. На шее место, где шелковый платок сдавил кожу, отметилось полосой.

Вернуть себе былую красоту и думать было нечего, но Констанция, как сумела, поправила расплывшийся макияж. Разгладила платье. Сквозь ткань подтянула чулки.

— Кажется, так получше, — пробормотала она, глядя в зеркало.

За ее спиной возник Кинг. Пару мгновений он смотрел на ее лицо, затем заметил:

— Зато теперь вы действительно похожи на Красную Шапочку.

Она вопросительно подняла бровь.

— После того, как ее съел волк.

Констанция пару раз моргнула, а затем рассмеялась. Напряжение вечера, наконец, отпустило ее.

— Думаю, Красная Шапочка должна поблагодарить дровосека за спасение, — она посмотрела на его отражение и слабо улыбнулась.

Артур же, будто позабыв о том, что она видела его, осторожно потянулся к ее шее, но в последний момент отнял пальцы, опустил руку.

Это заставило ее подумать, что он в самом деле мог быть искренним в проявлении своих чувств. Что если она и в самом деле привлекала его?

— Не стоит благодарности, — проговорил он очень тихо куда-то ей в волосы.

Дверь резко открылась, в Картотеку решительно вошел Илья.

— Я вас искал, — сообщил он сухо, оглядывая обоих.

— Ты нас нашел, — отозвалась Констанция.

Илья прошел вглубь помещения, осмотрелся. Заметив что-то на полу, он наклонился, а затем протянул Констанции руку с зажатым в кулаке шелковым платком.

— Ты обронила.

— Спасибо, это будет кстати.

Ей действительно нужно было чем-то прикрыть синяк на шее, что она тут же сделала.

— Выглядишь паршиво, — заметил тогда Илья.

— Ты тоже, — ответила она, глядя в зеркало и вертя в руках платок.

Илья действительно казался уставшим, растрепанным, взгляд блуждал, кажется, не способный сфокусироваться хоть на чем-то.

— Один Арт у нас красавец!

Кинг чуть пошатнулся от лапищи Ильи, опустившейся на плечо, но выстоял.

Повисла небольшая пауза, которую прервала Констанция:

— Кстати, Илья, я все же привезла Марусю, эту девочку в Абонемент.