К-19. Рождающая мифы - Владимир Ильич Бондарчук

Мичман Новичков Александр Иванович

Мичман Борисов Фома Карпович

Главный старшина Васильев Александр Петрович

Старшина 1 статьи Алексеев Александр Петрович

Старшина 1 статьи Мосолов Виктор Егорович

Старшина 2 статьи Глушаков Петр Иванович

Старшина 2 статьи Галкин Николай Иванович

Старший матрос Волошин Хрисан Афанасьевич

Старший матрос Губарев Виталий Федорович

Старший матрос Кильдюшкинн Владимир Александрович

Старший матрос Муслюмов Ридван Юсуфович

Старший матрос Расюк Владимир Владимирович

Старший матрос Сербин Иван Александрович

Старший матрос Сидоров Леонид Николаевич

Матрос Бабич Александр Николаевич

Матрос Гринько Владимир Вильевич

Матрос Ефимов Николай Андреевич

Матрос Захаров Алексей Николаевич

Матрос Кондратенков Михаил Иванович

Матрос Мисько Иван Прокофьевич

Матрос Ситников Сергей Анатольевич

Матрос Худяков Борис Евгеньевич

Матрос Шевчик Михаил Васильевич.

Лейтенант Хрычиков Вячеслав Витальевич и старшина 1 статьи Марач Казимир Петрович были похоронены в Атлантике.

По просьбе отца Цыганкова, который воспользовался давним знакомством с Горшковым, тело Льва Цыганкова было отправлено самолетом в Севастополь.

Церемония похорон проходила в Севастопольском ВВМИУ, которое Цыганков окончил в 1963 году. Похоронили его на кладбище Северной стороны, что рядом с Братским кладбищем.

Через год по настоятельной просьбе родителей главстаршина Васильев был перезахоронен на родине.

В Севастополе оказалось четыре семьи подводников, погибших при аварии на К-19 в 1972 году: Цыганкова Льва Григорьевича, лейтенанта Хрычикова Вячеслава Витальевича, старшины команды электриков мичмана Николаенко Виктора Григорьевича и электрика матроса Бабича Александра Николаевича из пригородного поселка Андреевка.

7 апреля на Мемориальном Братском кладбище был открыт памятный знак подводникам, погибшим в трагедиях на море, на котором все их имена объединены на плите под скорбной датой 24 февраля 1972 года.

17 июня 1972 года вышел Указ Президиум Верховного Совета СССР о награждении участников аварии и спасателей. Посмертно орденами Красной Звезды были награждены все погибшие. Также орденами Красной Звезды были награждены «узники» 10-го отсека, капитан-лейтенант Б. Поляков был награжден орденом Красного Знамени. Орденом Красного Знамени был награжден и командир 345 экипажа Кулибаба. Командир дивизиона движения был награжден орденом Красной Звезды. Не были обделены наградами и участники спасательной операции.

Естественно, проводился и разбор аварии, выяснялась причина ее возникновения. Главной причиной аварии признали качество трубопроводов гидравлике. Но часть вины возложили на личный состав, который знал об аварийной ситуации в 9-м отсеке, но не принял никаких мер. Командир дивизиона живучести был снят с должности.

«Суровый товарищ» командир БЧ-5 Р. Миняев с таким выводом комиссии в душе не согласен, считая, что лодка ушла в поход не совсем готовой в техническом отношении. Вот его ответ В. Заварину: «Сколько рапортов и докладных у меня хранилось с отписками начальников и никакой от них помощи!

Кулибаба потом на комиссии с глазами младенца сказал, что он ничего не знал об этих докладных. Это ли не предательство?! Все это имело подоплеку личной корысти. Одному нужно было продвинуться по служебной лестнице, другому — получить «адмирала», третьему — поступить в академию, четвертому — просто прикрыть свой зад. И только нам, просто выполнявшим план БП, ничего не было нужно. Вот и лезли из кожи вон!..

И вообще, Валя, прекрати делать героев по должности. Витя Кулибаба ничего выдающегося не сделал. Он просто нормально исполнил свой долг. Самостоятельных решений он не принимал, если не считать его решения всплывать по всем правилам».

Командир БЧ-5 никогда не бывает доволен состоянием технических средств лодки, а комиссии, занимающиеся разбором очередной аварии, никогда не бывают довольны действиями командира БЧ-5. Такая вот диалектика!

В течение апреля с помощью судоремонтного завода в Полярном, К-19 была подготовлена для буксировки в Северодвинск на ремонт. По совместному решению командования ВМФ и министерства среднего машиностроения ремонт должен произвести СРЗ «Звездочка» по мобилизационному плану, то есть в режиме военного времени. На всю работу отводилось полгода. В июне ремонт начался, в ноябре К-19 пришла в родную базу. Появление ее было отмечено пожаром, возникшим в выгородке глушителей.

Последняя жертва огню была принесена 17 августа 1982 года. На К-19, стоящей в базе, готовились к проведению лечебного цикла аккумуляторной батареи. Помощник начальника ЭМС проверил готовность к зарядке АБ и дал указание выставить счетчик ампер-часов на «0». Командир электротехнического дивизиона отдал распоряжение старшине команды электриков данную операцию провести после заряда током 1-й ступени и отключения АБ.

Старшина команды обнаружил неисправность счетчика (у него отсутствовали показания) и с дежурным электриком, не дожидаясь окончания заряда, начали поиск неисправности. Решили, что причина неисправности в схеме подключения.

Вскрыли боковую решетку щита батарейных автоматов АБ-10/1. При закрывании боковой панели произошло короткое замыкание между разнополярными шинами автомата АБ-2. В результате короткого замыкания произошел сильный выброс пламени, и в отсеке начался пожар. При этом получили сильные ожоги три человека. Впоследствии старшина 2-й статьи В.А. Кравчук скончался. Это была 39-я жертва из состава экипажа.

Объявили аварийную тревогу, прекратили зарядку АБ. Личный состав 2-го отсека перешел в 3-й. Через 2 минуты дали ЛОХ во второй отсек. В 18.54 произвели разведку отсека. Замерили содержание водорода в аккумуляторной яме — 0,3 %. Начали вентилирование отсека. При вентилировании возобновилось тление, которое с помощью ВПЛ-70 потушили. Аварийная партия вышла из отсека. В отсек повторно дан ЛОХ.

В 21.43 в отсек вошла аварийная партия для разведки. Содержание водорода — 0,5 %, СО — 400 ПДК, очагов тления нет. Начали вентилирование отсека. К 23.00 отсек провентилировали до допустимых норм.

Вот такой «огненный» путь прошла К-19 за свою жизнь, мстя людям за их высокомерие.

Глава 10

МИФ О КРАСНОМЕДНЫХ ПРОКЛАДКАХ

От бывшего огромного атомного подводного флота СССР остались одни воспоминания, которые сводятся, в основном, к аварийности, сопровождавшей его деятельность. Может, в каких-то структурах флота и проведено научное исследование причин высокой аварийности на атомном флоте. Рассказы же приватных исследователей в лице писателей-маринистов слишком тенденциозны, и отличаются изрядным примитивизмом.

«Корни нынешней аварийности залегают намного глубже служебных упущений того или иного должностного лица. Они уходят в пятидесятые годы (проследить их глубже не берусь), когда на стапелях страны закладывалась великая подводная армада. Темп, ритм, сроки — все определял азарт погони за новой владычицей морей — Америкой», — такой вывод сделал писатель Н. Черкашин.

Понятие «аварийность» уходит в глубь веков. «Авария» — арабское слово, означающее: поломка. Вероятно, когда-то в первый раз, когда у арбы рассыпалось деревянное колесо, седобородый феллах, воздев руки к небу, воскликнул: «Авар». Вот с той поры и пошло…

Все, что бы человек ни задумал своим умом и ни сделал своими руками, когда-нибудь, да и ломается. У