Борьба за Арктику и Северный морской путь - Александр Борисович Широкорад

коим были даны наименования Земли Императора Николая II, острова Цесаревича Алексея… Императорское Российское Правительство имеет честь нотифицировать настоящим правительствам союзных и дружественных держав включение этих земель в территорию Российской Империи».

Эта трехлетняя задержка официальной дипломатической акции объяснялась не только началом мировой войны и назревавшими в России великими потрясениями. Мир давно уже знал из газет об открытиях Вилькицкого. Но, прежде чем официально объявить об открытии сравнимой с Данией неведомой ранее территории, следовало проверить, что речь идет не об очередной «Земле Санникова». Ведь участникам экспедиции ещё долго пришлось выслушивать нелепые вопросы скептиков о доказательствах существования новооткрытой земли в каких-то 60 км от материка.

Следует заметить, что уже 90 лет экспедиция Вилькицкого служит предметом политических спекуляций, поэтому придется сказать несколько слов о дальнейшей судьбе Вилькицкого и открытых им островов.

Начну с того, что после установления на Севере советской власти Вилькицкого никто не обижал. Мало того, в апреле 1918 г. товарищ Вилькицкий был назначен начальником Гидрографической экспедиции. Целью экспедиции была организация плавания транспортов из Архангельска к устьям Оби и Енисея для вывоза запасов сибирского хлеба. В состав экспедиции вошли «Таймыр», «Вайгач» и ряд других судов.

И вот 2 августа 1918 г. Архангельск перешел под контроль интервентов и белогвардейцев. 6 августа правительство Чайковского (о нем будет рассказано ниже) принимает постановление об отмене Сибирской хлебной экспедиции в устья Оби и Енисея. Вместо этого 16 августа «Таймыр» и «Вайгач» под командованием Вилькицкого отправляются в устья сибирских рек для установления связи с белыми движениями Сибири.

Экспедиция закончилась неудачей. «Вайгач» в Енисейском заливе у Ефремова камня налетел на подводную скалу и затонул на мелководье. 29 октября 1919 г. его подняли и отвели в Архангельск на ремонт. Однако восстанавливать ледокол оказалось нецелесообразным, и 30 июня 1924 г. его сдали на лом.

Тем не менее Вилькицкий 16 октября 1919 г. был произведён Чайковским в контр-адмиралы. А через пару месяцев Борис Андреевич подался в эмиграцию. Жил в Норвегии, Англии, Франции и Бельгии. Служил в колониальных войсках в Конго. Потом перебрался в Брюссель. Жена с сыном Андреем уехала в Германию. Семья распалась, а обладатель многих боевых и научных наград нашёл работу на фабрике канцтоваров.

Весной 1961 г. Борис Андреевич скончался и был похоронен в Брюсселе на кладбище коммуны Иксель в семейном склепе его сестры Лидии, в замужестве Шориной. Сейчас в Бельгии никого из близких родственников Вилькицких и Шориных не осталось. Могилу знаменитого русского исследователя собирались сносить.

Первым через «Российскую газету» 1 декабря 1995 г. поднял тревогу писатель-маринист Николай Андреевич Черкашин: «В год 300-летия русского флота в Брюсселе будет уничтожена могила русского моряка, совершившего самое крупное в XX веке географическое открытие. Неужели ему, прирастившему Россию на целую Землю, не хватит на Родине двух могильных аршин?»

12 апреля 1996 г. по свету разнесся призыв собственного корреспондента газеты «Труда» в Брюсселе Никиты Всеволодовича Шевцова: «Российский Колумб покоится в Бельгии. Кто поможет перенести его прах на Родину?» И такие люди нашлись.

В год 300-летия Российского флота, 12 ноября, архиепископ Брюссельский и Бельгийский Симон отслужил панихиду возле покрытого Андреевским флагом гроба Вилькицкого. Судно «Мария Буанга» российско-бельгийской компании «Астрос» ранним утром 20 ноября прибыло в Петербург.

В тот же день после полудня на Смоленском кладбище состоялись молебен и освящение свежей могилы. С соблюдением всех воинских почестей в присутствии вице-губернатора Санкт-Петербурга В. Яковлева, офицеров и адмиралов Военно-морской академии, родственников и делегации российского дворянства славный сын Отечества навеки упокоился в родной земле рядом с отцом и младшим братом Юрием.

В этой акции приняли участие многие организации и неравнодушные люди. Посольство России в Бельгии и администрация Санкт-Петербурга нашли нужные средства. Этим непосредственно занимались сотрудница посольства Ю. Сухарева и официальный представитель мэрии Т. Ефимова. Бельгиец русского происхождения В. Поповский взял на себя хлопоты по сопровождению праха. Организацией торжественно-траурной церемонии в Санкт-Петербурге был занят представитель Морского центра при Правительстве РФ А. Корляков. Не остались в стороне члены Российского Дворянского собрания и многие другие русские люди, а также родные командора — П. Вилькицкий, И. Тихомирова, Г. Плиткин, В. Василенко и их дети.

Соратник Вилькицкого по арктическим плаваниям П.А. Новопашенный был произведен белыми в капитаны 1-го ранга и эмигрировал в Германию. Там связался с фашистами. Арестован в 1945 г. в Тюрингии и вывезен в СССР. Умер в октябре 1950 г. в лагере под Оршей.

Понятно, что лишний раз афишировать имена Вилькицкого и Новопашенного, а также верноподданнические названия арктических островов советское правительство не хотело.

Однако, чтобы пресечь территориальные претензии иностранцев, 4 ноября 1924 г. вышел Меморандум наркома иностранных дел Г. Чичерина, где говорилось: «Правительство Союза ССР вынуждено заявить всем державам нижеследующее: В сентябре 1916 г. Российское Правительство известило все союзные и нейтральные державы, что нижеперечисленные острова составляют неотъемлемую часть российской территории, а именно:…Земля Императора Николая II, остров Цесаревича Алексея…»

А в 1928 г. в связи с полётами Нобиле в СССР пришлось выпустить карту с обозначением Земли Императора под названием… Северная Земля. В следующем году на карте появился ещё один топонимический вариант Земли Императора — Таймырский архипелаг. Причём остров Цесаревича Алексея был назван Малым Таймыром.

В 1930–1932 гг. Североземельская экспедиция Г. Ушакова картографировала Землю Императора. Советская пропаганда старалась представить это как открытие неизвестной земли. Даже автор популярных книг о мореходах С. Марков, например, писал о четверке Ушакова так: «Эти люди открыли для нашей Родины огромную полярную страну», ни словом не обмолвившись о Вилькицком. При всем уважении к Ушакову и его товарищам, надо согласиться, что Североземельская экспедиция была не более чем продолжательницей ГЭСЛО, картографируя уже открытую землю.

Земля Императора Николая II и другие острова и проливы, открытые экспедицией Северного Ледовитого океана под руководством Б.А. Вилькицкого в 1913 и 1914 гг.

В 1935 г. вышла карта северной части Карского моря. Земля Императора на ней не названа никак, зато щедро высыпаны созвучные эпохе имена: Большевик, Комсомолец, Пионер, Уншлихт, Молотов, Роза Люксембург и непременный Карл Либкнехт. При этом были стерты с карты фамилии многих участников экспедиции Вилькицкого, прежде всего эмигрантов. Бухта Новопашенного превратилась в Тройную, мыс Рудовица стал Дровяным, а мыс Жохова, уступив сперва свое имя Молотову, в итоге стал мысом Арктическим. Исчез остров Колчака, зато добавился ещё один остров Расторгуева.

Глава 7

Первая мировая война в Арктике

С началом Первой мировой войны возникла жизненная необходимость обеспечить постоянный подвоз из стран-союзниц различных грузов для снабжения фронта и городов, а также увеличить вывоз в эти страны экспортных товаров. Это потребовало переоборудования Архангельского порта, увеличения длины причальных линий, постройки складов, углубления подходов