Испания в огне. 1931–1939. Революция и месть Франко - Пол Престон

Дважды Мартинес Баррио разговаривал с генералом Молой. Победа повстанцев в Памплоне стала настолько убедительной, что тот не был настроен на компромисс. Новый премьер-министр заверял его, что его правительство будет проводить более правую политику и восстановит закон и порядок. Мола отклонил предложение о должности военного министра в новом кабинете. Военный министр генерал Хосе Миаха также безуспешно пытался договориться о сдаче Молы. Слухи о попытках примирения вылились в народные демонстрации протеста на улицах Мадрида. К полудню 19 июля Мартинес Баррио был вынужден уйти в отставку. Идея с консервативным кабинетом была протестирована в надежде на компромисс с повстанцами. Единственным оставшимся вариантом была борьба, а это означало вооружение рабочих. Немногие республиканцы, напуганные радикализмом рабочего класса, проявившимся весной 1936 года, были готовы рассматривать такой вариант.

Поиски компромисса были отставлены, но найти премьер-министра, готового бросить вызов судьбе, оказалось непросто. Мартинеса Баррио в конце концов заменил Хосе Хираль, левый республиканец, последователь Асаньи. Его кабинет мало чем отличался от кабинета Касареса Кироги. С оглядкой на международное общественное мнение никаких попыток включить членов рабочих партий предпринято не было, хотя Прието должен был стать реальным серым кардиналом – главным советником Хираля. Хираль быстро прибег к решительному шагу, позволив раздавать оружие рабочим. Это, как предполагалось, должно было стать ключевым моментом для разгрома восстания во многих местах, хотя не менее решающую роль сыграли силы порядка, штурмовые гвардейцы и Гражданская гвардия. Там, где эти силы оставались лояльными, а так обычно и было в городах со значительными пролетарскими силами, мятежники, как правило, терпели поражение.

В тот же день 19 июля генерал Хоакин Фанхуль при поддержке некоторых фалангистов попытался начать мятеж в Мадриде из казарм Монтанья. Его войска были немедленно окружены огромной толпой рабочих, поддержанных лояльными штурмовыми гвардейцами. Увидев вывешенные белые флаги, мадридцы двинулись к казармам, чтобы принять сдачу войск, но были обстреляны. Разъяренные, они убили после захвата казарм в полдень 20 июля нескольких офицеров. В эйфории момента это было воспринято как аналог штурма Бастилии во время Французской революции. В толпе был Валентин Гонсалес, дорожный рабочий-ремонтник из Эстремадуры, который вскоре приобрел известность как Эль Кампесино, «крестьянин». В те первые дни он был всего лишь одним из тех добровольцев, которые позже проявят себя в качестве ярких военных лидеров. Среди последних встречались самые разные люди – от космополитических фигур, таких как интеллектуал-плейбой Густаво Дюран, до необразованного работника каменоломни Энрике Листера. Густаво Дюран, пианист и композитор, близкий друг Лорки, присоединился к ополчению социалистических железнодорожников. Он обнаружил у себя замечательные военные таланты и поднялся до важных командных должностей. Энрике Листер работал на Кубе и на прокладке туннелей Московского метрополитена, прежде чем вернуться в Испанию в качестве агитатора Коммунистической партии. В ходе гражданской войны он показал себя находчивым полевым командиром, а его решимость и беспощадность позволили добиться максимума от слабо обученных и плохо оснащенных войск.

Многие добровольцы присоединились к ополчениям и колоннам, сформированным мадридскими организациями левых партий, и отправились сражаться с войсками генерала Молы на перевале Сомосьерра к северу от столицы. Там в ожесточенных боях Эль Кампесино проявил себя как перспективный военный лидер. Энрике Листер сыграл важную роль в превращении ополченцев в регулярные части, принеся значительную пользу в деле создания отборного «Пятого полка», ставшего ядром Народной армии. Другие стихийные левые ополченцы из столицы направились на юг, чтобы загасить очаг восстания в Толедо. С помощью сохранивших верность Республике регулярных войск они захватили город, но мятежники отошли в Алькасар, неприступную крепость, господствующую как над самим Толедо, так и над рекой Тежу, которая извивается вокруг него. Командование там принял пятидесятивосьмилетний полковник Хосе Москардо, директор Эскуэла де химнастика (гимнастической школы) Пехотной академии.

В Барселоне Компанис отказался выдавать рабочим оружие, но НКТ сама захватила склады. Рано утром 19 июля мятежные войска начали марш по центру города. Их встретили анархисты и местная Гражданская гвардия, оставшаяся лояльной правительству. НКТ штурмовала казармы Атарасанас, штаб мятежников. Когда генерал Годед прибыл на гидросамолете с Балеарских островов, чтобы присоединиться к восстанию, его дело было уже проиграно. Взятый в плен, он был вынужден ретранслировать своим сторонникам призыв сложить оружие. Для правительства это была жизненно важная победа, поскольку она гарантировала, что вся Каталония останется лояльной.

То, что Фанхуль в Мадриде и Годед в Барселоне попали в плен, не было для националистов совсем уж непредвиденным ударом. Оба генерала понимали, что перед ними стоят чрезвычайно сложные задачи. Тем временем пока Мола и другие успешные заговорщики ожидали прибытия генерала Санхурхо из его португальского изгнания – тот должен был возглавить триумфальный марш на Мадрид, они абсолютно неожиданно получили плохие новости: Санхурхо погиб при странных обстоятельствах.

19 июля Хуан Антонио Ансальдо, известный летчик-ас и монархист-плейбой, некогда занимавшийся организацией террористических отрядов «Фаланги», прибыл в Эшторил в летний дом, где остановился генерал Санхурхо. Мола отправил Ансальдо, чтобы забрать Санхурхо и доставить его в зону, контролируемую мятежниками. Самолет, который использовал Ансальдо, – крошечный двухместный самолет De Havilland Puss Moth – был для этой миссии совсем неподходящим выбором. Мало того, ровно в то же время в Лиссабон прибыл гораздо более подходящий Dragon Rapide, который доставил Франко с Канарских островов в Марокко. На нем можно было бы легко и с большим комфортом доставить Санхурхо в Бургос. Между тем Ансальдо, прибыв в Эшторил, перед группой прихлебателей генерала торжественно приветствовал его как главу Испанского государства. Чрезвычайно впечатленный столь пышной публичной демонстрацией уважения, Санхурхо согласился отправиться с ним.

В дополнение к проблемам, связанным с крошечными размерами самолета Ансальдо, в дело вмешались португальские власти. Хотя Санхурхо находился в стране легально в качестве туриста, португальское правительство не хотело конфликтовать с Мадридом. Соответственно, Ансальдо заставили пройти таможенный контроль и вылететь в одиночку из аэропорта Санта-Крус. Затем он должен был вернуться в Эшторил и забрать Санхурхо с заброшенного ипподрома под названием La Marinha в Бока ду Инферно, неподалеку от Кашкайша. Санхурхо и так был человеком довольно тучным, но при нем, по словам Ансальдо, был еще и большой чемодан с парадной формой и медалями – для запланированного триумфального въезда в Мадрид. Из-за ветра Ансальдо решил, весьма безрассудно, взлететь в направлении деревьев. У перегруженного самолета не хватило достаточной подъемной силы, и то ли лопасти пропеллера, то ли неубираемое шасси задели верхушки деревьев. Аппарат потерпел крушение и загорелся. Санхурхо погиб, а вот пилот его практически не пострадал.