Всё, во что мы верим - Екатерина Николаевна Блынская

И с тех пор Вершина просил его на такие дела не отправлять.

К чему он все это вспоминал? Уговорил археологов отдать ему часть варяжского клада на сохранение в каменном подвале библиотеки. Умел он уговаривать…

Теперь археологи знали, что в случае нашествия серебро и менее интересные и ценные находки сохранятся. А если нашествия не будет, то по окончании полевых работ все уедет в Москву и Питер. А пока… ну мало ли, какая опасность от блуждающих ВСУк…

Археологи не сразу почувствовали опасность.

Долго собирались.

В результате десятого августа, погрузившись в машины, поехали в сторону Жабьего хутора, и на повороте реки их встретили хохляцкие хлопцы.

Археологи до сих пор лежали на обочине, их обгоревшие машины стояли с открытыми дверями.

Вершина, пользуясь короткими мгновениями покоя и тем, что его, пешего, никто не трогал, смог подойти к трупам и прикрыть их от солнца нетканым материалом, а в полуразорванном багажнике нашел деревянный ящик с описанными находками и образцами.

Хохлов рядом уже не было, здесь они взорвали мост и ушли дальше, на опорники в лесополосу, поэтому Вершина спокойно донес материалы экспедиции и пару лопаток с металлодетекторами в библиотеку.

Самое ценное, ожерелье с эмалью и позолоченными фрагментами, он зарыл под каштаном. Остальное так и оставил в ящике.

Вторая партия хохлов, разжиженная наемниками, обыскивая библиотеку, сразу наткнулась на ящик.

– А археологи были тут с экспедицией. И я копаю! – сказал Вершина.

Хохлы забрали самое целое и ценное, монеты и наконечники-срезни, себе на сувениры и поинтересовались, продолжает ли Вершина копать.

– Конечно! Война нам не помеха!

Хохлы поржали.

– Покажешь, где?

– Покажу, – сказал Вершина. – Только, если можно, не говорите никому, что я вас туда водил.

Хохлы посмеялись.

И потом, через несколько дней, активно отработав минометами по району, хохлы приехали на двух БМП за Вершиной.

– Покажешь?

– Поехали!

Вершина решил показать им дуб Мазепы.

Но этому удивительному приключению предшествовало еще одно событие.

Спутниковая связь работала идеально, особенно из кустов за зданием администрации, где был вырыт огромный погреб в то время, когда управляющий имением помещика Усова хранил там заграничное вино. Вершина еще в прошлом году нашел это место, которое венчал деревянный туалет, куда прибегали школьники.

Прямо за туалетом пышно росла бузина, а в ней чуть шире полуметра едва виднелась арочка погреба. Несколько ступенек – и Вершина с фонариком уже в просторном помещении со сводчатым потолком, выложенным местным розовым кирпичом, – и черепица была в селах из этой массы, вечная.

После того как Вершина и Ника спрятали машины, здесь было единственное место, где можно было оставить связь. И Вершина спешно перетащил в бузину свое оборудование. В отличие от Ники, которая оказалась отрезана от своего погребка.

Вершина был на связи со своими и от них же узнал, что в районе, прямо по соседству с оккупантами, действует отряд теробороны «Пардус».

Вершина выдохнул. Надо брать Нику и уходить к ним. Тем более что они вывозят еще мирных, встречая их вниз по течению.

Но, к сожалению, до Ники надо было еще добраться.

И Вершина не знал, когда он сможет это сделать. Покинуть Апасово он не мог.

Но вот до знаменитого исторического места под названием «Дуб Мазепы» он спокойно бы доскочил, а «Пардусы» с большой радостью бы дали прикурить жаждущим…

Тем более что жара немного спала, подходил к концу август.

Вот уже почти двадцать дней Вершина не видел Нику. Но про передвижение наших сил знал. Знал, что вот еще немного надо постараться пожить.

Хохлы чуть отошли ближе к границе, да «пардусы» сельскую лесную часть райцентра уже забрали и почти отбили сам поселок, отогнав мотострелков ВСУ на окраину в сторону Ветрена. Хохляцкие дроны в густой зелени были бесполезны, и сами военные туда не лезли. Ну, разве пару-тройку раз в день пошлют туда что-нибудь тяжелое.

Как «в молоко», потому что вычислить тероборону было невозможно. И первые хохлы отошли, а новенькие не рассчитали еще всей опасности ходить в лес.

За переездом между Надеждино и Апасово в лесу рос древний великан-дуб.

Триста лет назад под ним отдыхал в шатре предатель Мазепа, бежавший от Петра в Османскую империю. Уже тогда дуб был огромен, но сейчас он оплыл и разошелся в стороны, дав рождение местным дубравам.

Хохлам на бронемашинах было достаточно тяжело ехать по бурелому, и метров тридцать они пешком следовали от дороги до дуба.

Здесь, конечно, тоже шли бои в прошлую войну. И пропавших без вести немцев тут лежало достаточно.

Партизаны знали, что немцы боятся леса, и жили здесь весьма спокойно, недаром вся территория вокруг дуба до сих пор покрыта воронками от блиндажей и сетями хорошо обозреваемых окопов.

Вершина привел хохлов под дуб, огороженный цепями, и прочел даже по памяти кусок из «Полтавы»:

Редела тень. Восток алел.

Огонь казачий пламенел.

Пшеницу казаки варили.

Драбанты у брегу Днепра

Коней расседланных поили.

Проснулся Карл. Ого, пора!

Вставай, Мазепа, рассветает!

Но гетман уж не спит давно…

Прошло сто лет, и что ж осталось

От сильных, гордых сих мужей?

– Мазепа тут молился и просил, чтобы бог помог ему одолеть врага! Помните?

Хохлы многозначительно кивали: конечно, они помнили, что Мазепа одолел врага. А вообще мало кто помнил из школьной программы, кто такой был этот Мазепа.

На Украине он давно был национальным героем, а у нас, в России, как был Иудой, так и остался.

– И что, помог Перунов дуб Мазепе? – спросил один из мотострелков. – Перун – воинский бог! Он воинам помогал!

– Помог… – ответил Вершина. – Обряд был такой: надо желудь найти, положить его под сердце, а потом, полив своей кровью, закопать. И вам поможет…

– Завжди допоможет, – зашептались хохлы.

Тишина дубравы, ни звука с датчика фипивишек… Хохлы словили дзен.

Вершина было собрался уходить.

– Пойду пока на край леса. Покопаю, – сказал Вершина и включил датчик на металлодетекторе.

– Иди. Мы тебя потом довезем…

И хохлы остались у дуба просить перемоги.

Тишина длилась недолго. Вершина вызвал тероборону через сигнал с металлодетектора, и в чаще за дубом новых жаждущих прикурить от Перунова огонька ожидало не меньше двадцати наших.

Минут через десять на вырубке его нагнали «Козаки» с «пардусами».

– Довезти?

– Сам дойду.

– Ну, спасибо, Колян! Подствольного гранатомета у нас не было. А это просто пушка! Да и БМП тоже ничего, главное, целые. А то приходится у людей брать…

– Как поедете, берите к ручью левее,