Российские миротворцы на Балканах - Александр Владимирович Вдовин

Быстрая и решительная реакция на этот инцидент, а также многие подобные ему, предотвратили перерастание подобных ситуаций в более серьезные проблемы.

Однако иногда операции проходили не так гладко. В ноябре 1996 года рота американских пехотинцев, работая с российскими десантниками, помешала небольшой группе мусульман провоцировать соседних сербов, заставив ее покинуть зону разъединения возле сожженной деревни Гаеви. Однако несколько часов спустя около 600 боснийских мусульман внезапно собрались и начали двигаться в сторону сербской территории. Военизированные сербские силы быстро прибыли, чтобы перекрыть им путь продвижения после того, как было произведено несколько выстрелов по сербским домам (в рамках предсказуемой реакции Сил выполнения соглашения на такие провокации это было явно спланированное политическое мероприятие, разработанное для привлечения внимания средств массовой информации. – Авт.). Боснийские мусульмане, заявляя о своем праве на переселение на свою бывшую родину, официально признанном в Дейтонских соглашениях, отказались уезжать. В ответ сербские силы начали наступление на толпу и старший американский командир предупредил их остановиться или быть застреленными. Его действия, по-видимому, положили конец конфронтации, и обе стороны в конечном итоге разошлись.

Тем не менее в том же регионе 12 ноября боснийские сербы и мусульмане обменялись беспорядочной перестрелкой, в результате которой погиб по меньшей мере один мусульманин. К тому времени было установлено, что мусульмане перевозили оружие в зону разъединения и имели поблизости незарегистрированный арсенал. Две роты танков и бронетранспортеров с грузовиками и вспомогательным персоналом миротворцев провели предрассветный рейд на территорию арсенала и конфисковали более 1000 единиц огнестрельного оружия. Когда мы уезжали, враждебно настроенная мусульманская толпа собралась, чтобы помешать американцам вывести свои силы. Поскольку переговоры с агитаторами не увенчались успехом, командир оперативной группы испробовал различные несмертельные способы разгона толпы. Ничего не помогало. В конце концов американские солдаты высадились из своих транспортных средств и проложили путь через толпу для себя и своих транспортных средств. Отдельных солдат пинали, били кулаками и плевали в них. Оказавшись под шквалом камней и обломков, они подняли свое огнестрельное оружие и направили его на напирающую толпу, которая сразу же начала редеть и рассеиваться. Хотя обошлось без жертв, этот инцидент показал, насколько легко ситуация может стать неконтролируемой и насколько напряженной она остается даже после нескольких месяцев вынужденного мира.

Иногда казалось, что каждое военизированное формирование и организация среди бывших воюющих группировок имела свой склад оружия или небольшой арсенал. Одним из мандатов Сил по выполнению соглашения было сокращение объема оружия в регионе, сосредоточение того, что осталось, и проведение периодических инвентаризаций, с тем, чтобы коллекция не увеличивалась и не уменьшалась. Это была задача, которая часто порождала некоторую напряженность в отношениях между миротворцами и инспектируемыми этническими военизированными формированиями и организациями.

В то же время необходимо отметить, что не каждое столкновение с населением было конфронтационным. Инвентаризация тайников с оружием, разделение бывших враждующих группировок и обеспечение безопасности разделительной зоны между ними также включали в себя выявление и разминирование тысяч минных полей в регионе. За исключением сохранения контрольно-пропускных пунктов и активного патрулирования по всему району операции, ни один другой вопрос не был настолько доминирующим в действиях миротворческого контингента. Военные власти рассматривали наземные мины как даже более серьезную угрозу для миссии, чем бывшие воюющие группировки.

Босния была засыпана по меньшей мере тридцатью видами противотанковых и противопехотных мин, на долю которых пришлась почти треть всех потерь ранее смененных в регионе «голубых касок». Карты мин и установленные указатели были либо неполными, либо отсутствовали вовсе, главным образом потому, что неопытный персонал, засеивавший поля минами, не потрудился нанести на карту их типы и места установки. Ситуация усложнялась по мере смещения линии фронта, когда каждая противоборствующая сила устанавливала новые минные поля или перекрывала существующие. По оценкам, сделанным после трех лет военных действий, более 750 000 мин были установлены по меньшей мере в 30 000 районах.

Из воспоминаний участника событий[92]

С моим прибытием в Боснию первоначально (в первую неделю) в установленном для разминирования районе было отмечено только четыре минных поля, однако в течение следующих трех недель в нем было выявлено еще порядка 2000 мин. В то же время, к концу первого года мне было известно и обозначено уже более 4000 минных полей. При этом командование считало, что была обнаружена только половина всех мин в секторе.

Типичный эпизод произошел, когда армейские инженеры сопровождали офицера из числа боснийских сербов для расследования взрыва мины в районе, который был объявлен разминированным. Когда они приближались к этому району, их автомобиль «Bradley» подорвался на взрывном устройстве и был выведен из строя. Лейтенант немедленно спрыгнул с машины, чтобы оценить ущерб, в процессе взорвав противопехотную мину; его подбросило в воздух и он приземлился на противотанковую мину, которая, к счастью, не взорвалась.

В ходе другого инцидента, когда военный автомобиль, следовавший по дороге с твердым покрытием, которой пользуются ежедневно, подорвался на противотанковой мине, армейские инженеры узнали, что бывшие воюющие группировки время от времени размещали наземные мины под асфальтированными дорогами. Враждующие стороны знали об этом и просто предполагали, что все остальные также знакомы с этой практикой. Вследствие этого персоналу Сил выполнения соглашения приходилось учиться на собственном опыте.

Таким образом, опасность для миротворцев была вездесущей, и ее нельзя было игнорировать. Резкие колебания температуры, снега и льда, а также небольшие изменения поверхности земли могли скрыть присутствие наземных мин или привести к их активации.

Бывшие воюющие группировки несли ответственность за обезвреживание мин, которые они установили. Это была кропотливая работа, которая часто усложнялась из-за того, что было обозначено мало минных полей, а многие были созданы или расширены различными воинскими подразделениями и этническими группировками. Силы выполнения соглашения контролировали большинство операций по разминированию, однако этот надзор временами оказывался проблематичным, поскольку бывшие противники зачастую заключали контракты на выполнение задач по разминированию с неправительственными организациями, а те в свою очередь редко сообщали о количестве или местонахождении обезвреженных мин.

Помимо опасений по поводу наземных мин и мин-ловушек, персонал Сил выполнения соглашения также сталкивался с отдельными перестрелками и взрывами. Выстрелы, звучащие в ночной тишине, или подрывы взрывных устройств, брошенных из проезжающих автомобилей, только усиливали напряженность в общинах и среди миротворцев. В конечном итоге снайперский огонь стал менее распространенным явлением, чем брошенная ручная граната, которая стала излюбленным оружием при урегулировании споров между этническими группировками.

Еще одной чертой участия Сил выполнения соглашения во внутренних делах Боснии и Герцеговины было усиление мер безопасности и ограниченная материально-техническая поддержка национальных выборов в сентябре 1996 года. Эта задача