Убрать Роммеля - Майкл Эшер

Гранаты выложили на стол в рубке, и каждый боец взял себе по две. Когде столы опустели, Джим Горналл заметил цилиндрическую бомбу незнакомой конструкции. Сержант объяснил, что это зажигательная бомба Брассо; Горналл немедленно схватил ее, руководствуясь принципом что «все, что взрывается, может пригодиться на задании».

Наконец, в 17.20 коммандос раздали вещи и построили в кают-компанию, где Кейс устроил им последнюю проверку. Вдохновляющих речей в духе Черчилля он произносить не стал. «Последнее что он сказал ребятам,» — вспоминал Джим Горналл — «было: «Я лично пристрелю первого, кто закурит сигарету на берегу!» О да, наш Джеффри Кейс был большим мастером стрелять в людей. Последнее же, что он сказал лично мне, было «Горналл, когда мы вернемся, тебе понадобится стрижка!»

Эти слова не могли произвести положительного впечатления, однако Кейс воспитывался матерью, считавшей, что проявление эмоций это признак слабости; и эти слова предназначались для того, чтобы ободрить юного Джима Горналла и придать ему уверенности в благополучном возвращении.

В 18.00 все сверили часы по сигналу из радиоузла. Экипаж занял свои посты. Майерс выключил все освещение, чтобы глаза привыкли к темноте. Подводная лодка поднялась на поверхность в трех милях от берега.

Майерс в рубке все еще переживал насчет погоды. Море было неспокойным, 10 октября, когда он здесь же высаживал на берег Хаселдена, все было совершенно иначе. Он понимал, что будет трудно осуществлять высадку при таком волнении, и что будет невозможно вернуть лодки обратно с берега при помощи троса. Еще хуже было то, что у него вышел из строя глубиномер, поэтому он не мог подойти ближе к берегу из опасения попасть на мель.

При других обстоятельствах, Майерс без колебаний отменил бы операцию. Теперь же его удерживали от этого три обстоятельства. Во-первых, другой возможности высадиться, скорее всего, не представиться — он не видел никаких признаков улучшения погоды. Во-вторых, высадку необходимо провести этой же ночью, чтобы уложиться в график проведения операции. И, наконец, в-третьих — Кейс рвался на берег.

Майерс спросил Кейса, возможно ли будет оставить лодки на берегу, Кейс заверил его, что из лодок выпустят воздух, затем перенесут вместе с остальными припасами к штабу Лейкока и спрячут до своего возвращения. Майерс по-прежнему нервничал, однако отдал приказ начинать операцию. Примерно в 18.52 он приказал открыть носовой люк и люк, ведущий на мостик.

Двадцать шесть коммандос 11-го Отряда и четыре бойца СБС поднялись на палубу.

21. Операция Крестоносец

Минус 4 дня

14 ноября 1941 г.

19.00

«Торбэй» направлялась к берегу. На носу лодки стоял командир отряда СБС, лейтенант Ирландского гвардейского полка Томми «Толстяк» Лэнгтон, который напряженно всматривался в темноту. Позади него двое из трех его подчиненных — лейтенант полка Горцев Аргайла и Сатерленда Боб Инглез, бывший офицер 11-го Отряда коммандос, и капрал Нортгемптонширского полка Клайв Северн — укладывали в каноэ снаряжение. Было очень шумно — коммандос, держась за страховочный трос, натянутый от носа до рубки, накачивали насосами резиновые лодки. К счастью, плеск волн глушил все остальные звуки. Для Лэнгтона, перешедшего в СБС из 8-го Отряда коммандос, вода была родной стихией. Он входил в сборную Кембриджа по гребле, и участвовал в роковой гонке 1937 года, когда оксфордская команда Джока Льюиса обошла их на три корпуса. Тогда они показали худшее время за многие годы соревнований, и их поражение прервало длинную череду побед кембриджцев.

Лэнгтон мог только предполагать, где в кромешной тьме находится берег, однако внезапно вдали замелькали вспышки зеленого света — три серии по четыре тире, затем длинная пауза, после чего все повторилось сначала. Лэнгтон удивленно выдохнул: на берегу наверняка был Хаселден. Для него и остальных коммандос это был незабываемый момент.

«Нам говорили о том, что Хаселден будет встречать нас на берегу» — напишет он позже, — «однако всерьез в это никто не верил. Он отправился на задание из Каира три недели назад (на самом деле всего неделю назад), а за это время план операции несколько раз менялся.» По рядам бойцов прокатилась волна возбуждения. «При иных обстоятельствах», — продолжает Лэнгтон, — «мы, несомненно, закричали бы от радости».

Пол Чепмен, молодой первый помощник капитана, командовавший матросами на палубе, руководил спуском на воду каноэ. Он указал Инглезу и Северну направление, а те начали поспешно грести к берегу. Их первым заданием было убедиться в том, что на берегу безопасно, и что опознавательные сигналы действительно подавал Хаселден. Северн уже проделывал такой путь в октябре, когда Хаселден доплыл до берега самостоятельно, однако этой ночью условия были куда более тяжелыми. Помимо этого, бойцы СБС должны были убедиться, что в темноте не скрываются вражеские суда и по пути к берегу нет никаких препятствий, скал, заграждений или мин. Майерс проинструктировал их, что благополучно достигнув берега, они должны ожидать в течение часа, если же по окончании этого срока коммандос на берегу так и не появятся, то им надлежит вернуться на «Торбэй».

После их отплытия, Майерс постарался подвести «Торбэй» поближе к берегу. Коммандос уложили припасы и оружие в лодки, некоторые уселись на вещи, ожидая погружения лодки. Чепмен посоветовал им: «Когда мы погрузимся, садитесь прямо на дно лодки и держитесь за страховочный трос.»

В этот самый момент начались проблемы. Вспоминает Джим Горналл: «Мы сидели на палубе, а подлодка начала продувать баки, или что они еще там делали — и вдруг палубу захлестнула огромная волна, смывшая в море несколько лодок.» В одной из них находился 40-летний Спайк Хьюз, бывший лондонский почтальон. Лэнгтон бросился в море ему на помощь, но опоздал: Хьюз исчез в темноте с криком «Я не умею плавать!» Та же участь чуть не постигла ланс-капрала Королевского шотландского полка Дениса Култрида, посыльного Кейса. В последний момент он успел ухватиться рукой за страховочный трос, стараясь в то же время не отпускать лодку, в результате чего вывихнул плечо. За несколько мгновений они лишились четырех лодок, и Горналл с товарищами сомневались, что когда-нибудь снова увидят Хьюза.

Внизу в рубке Майерс приказал дать задний ход, и, рассчитав силу течения, направил подлодку туда, где, по его мнению, должны были находиться лодки. Его расчеты были правильны, однако первые две лодки они обнаружили примерно через час. Палубная команда всматривалась в темноту, внезапно до них донесся жалобный голос, взывавший о спасении. Это оказался Спайк Хьюз, который сидел в одной из двух связанных вместе лодок, и отчаянно работавший веслами.