Часовой памяти - Коллектив авторов

– Есть ещё пострадавшие?!

Только тогда я вслед за этим врачом осмотрел двор. Во всем соседнем доме были выбиты окна. Битое стекло под ногами. Воздух тяжелый, гнетущий, словно в нем растворилось это битое стекло. В ушах как будто затаилось гудение и осталось там, беззвучно, но ощутимо.

Пострадавших больше не было. Вовка погасил горящий газ.

Анжела стояла с собакой на руках.

– Нашелся?

– Да, он, оказывается, в подъезд забежал, там сидел, пока я в подвале пряталась.

Наташа осталась лежать у лестницы. Увозили уже по темноте. Несколько часов она так и лежала, укрытая поперек лестницы.

– Это нормально, что она до сих пор лежит? Может, позвонишь?

– Да, наверное, уже позвонили сто раз.

– Да, наверное, все так думают, и никто не звонит.

Набираю 122, сразу дозвонился, сказал. Меня переключили на 112. Сказал еще раз, там ответили, что не в курсе, всё записали. Вышел во двор. Там уже стояла машина, двор огражден полосатой лентой, люди с планшетами и протоколами и просто люди. Наташу погрузили, увезли.

За весь день рука не поднялась сделать фото того, что происходит. Не сделал ни одного кадра. Хотя Вова из ванной очень просил снять видео, как горит соседний дом.

15 минут до – от нас уехала мама.

– Позвонить маме!

Ну ты как? Цела? Цела, уже дома. Когда бомбили её затащили в какой-то магазин «Магия вкуса». Не знаю даже, где у нас такой.

За полчаса до – на солнечных часах, куда прилетело, гуляли мои дети с бабушкой.

За полчаса до – жена была в «Детском мире», куда попало, и где погибли дети.

За час до – мы ходили по центральному рынку, и даже сняли шапки – так было тепло и солнечно! А соль забыли. Ничего, у тёть Гали возьмём.

Дети сидят в ванной. Матвей просит:

– Папа, принеси мне Ду-Ду! Я не хочу, чтобы он там остался!

– А где он?

– Под столом его домик в коробке.

Вова поддерживает:

– А рядом домик Ки-Бу и Мэй-Ка, принеси их тоже.

Полина тут же:

– А мне принеси Лу-Ду!

Сидят все в ванной, одеялами укрытые, поют песни.

Это их игрушки фёрби.

Утром 31 декабря Вова проснулся и спрашивает:

– А мы сегодня весь день будем дома сидеть?

– Да.

– Эх, я не успел сделать подарок Мэй-Ка!

– А Ки-Бу ты подарок сделал?

– Да, я собрал ему корабль из лего.

Притих город. Жизнь постарается стать такой, какой была еще позавчера, но, конечно, уже прежней не будет. И только голуби, как срали, так и будут срать на подоконник.

2 января бабушке исполнилось бы 96 лет. Пять лет, как её нет с нами. Ночь со второго на третье января всей семьёй, впятером, мы первый раз спали в прихожей на двух матрасах (больше не поместится), зато со всех сторон стены. Хорошо, что бабушка не видит всего этого. А может, как раз видит. Обложились подушками, одеялами, миллионом мягких игрушек. Все вместе на одном пространстве, я давно так хотел попробовать, честно говоря. Тесно, но в какой-то мере даже интересный опыт. Если бы не причина. За ночь дважды работало ПВО. То громче, то тише, ближе, дальше, срабатывали сигналки машин, гудело, включали сирену. Полина во сне что-то рассказывала про какашки.

Как дети фронтового города

Второй день наступившего года. Сегодня семья перемещается по маршруту прихожая – ванная, ванная – прихожая. Весь день ракетная опасность: гремит ПВО, сыплются осколки, гудит сирена. Снова задувает в открытые окна, и стены ходуном. Всё это на самом деле уже представляется таким обычным и повседневным, чем-то неотъемлемым, что лишнее упоминание о сирене, об опасности кажется банальным.

А вот ночь на четвёртое января в Белгороде прошла спокойно. И даже выпал снег. Впервые с начала года. Словно знал, что будет безопасно. А Вовочка сказал:

– Всё затопило снегом.

17 января прошлого года я писал: «…внезапный ночной подъем в 2: 30 – над Белгородом работало ПВО долго и мощно. Проснулся и забегал Вовочка, просил потом полежать с ним. Матвей спал и ухом не повёл».

В этот раз 17 января ночью всё повторилось с разницей в десять минут. ПВО заработало в 2: 40 – сбивали тех же «вампиров», которые 30 декабря частично достали нас. Прибежали Вова с Матвеем, Лена ушла к Полине. Под утро мне снилось, что бахает. Проснулся, а оно и тут бахает, дети жмутся с двух сторон. Пять утра.

Сирена. Ракетная опасность. Вова проснулся, тормошит меня, а я всё ещё во сне:

– Папа, я знаю, что тебе сонно, но жизнь важнее! Давай пойдем в ванную. Буди Матвея.

Бужу Матвея, поднимаю, ставлю на ноги. Три зомби идут в ванную, стелю одеяла, укрываю пледами, закидываю игрушками. Когда выходим, Лена говорит:

– Наверное, сбили одну ракету и несколько беспилотников!

– Ого! Это как ты определила? По звуку?

– Был один громкий бах и несколько потише.

Позже читаем в новостях: сбито десять ракет.

В школу дети не ходят, учатся удалённо. В сад дети не ходят. Полина не ходит туда, наверное, весь этот учебный год. И вряд ли уже попадёт – пора готовиться к школе. Жена высказалась о ситуации с дистанционным обучением.

– Я на месте учителей вообще бы повесилась. Прямо на уроке.

Вообще жена стала высказываться о происходящем довольно часто и точно:

– Вокруг какая-то жопа творится. С Нового года только две вещи хорошие произошли. Первое: это выпал снег и второе: ввели дистанционку.

А вечерами теперь вместо фильма или сериала:

– Пойдем смотреть, сейчас новости будут.

Седьмого февраля было сорок дней с трагедии 30 декабря. Сбежал с работы. Был дождь или мокрый снег, или то и другое вперемешку. Стихийный мемориал у «Маяка» – «Сердце Белгорода» – с отверстиями от осколков обложен красными цветами. Аккуратно усажено множество мягких игрушек. Сердце как будто выросло на вершине холма из цветов. Горит множество свечей в стеклянных банках. Дождь и мокрый снег, а они горят! Как? Много людей, зонтов, фотоаппаратов, всё руководство. Молитва. Слёз не было, пока не стали перечислять имена. Рабов божьих. Отроков. Младенцев.

12 марта был насыщенный день на ракетную опасность. В общей сложности она длилась весь день. Внезапно обнаружил, что мне нравится обустраивать спальное место детям в прихожей. А самое ценное, свои любимые игрушки, дети разместили в ванной, тоже завернули одеялами.

У школьников Белгорода праздник – в связи с продолжающимися атаками на город губернатор объявил три дня самоподготовки!

Матвей: «Три дня выходных!!!»

Вова: «Так ещё два выходных потом!»

Матвей: «Пять дней выходных!!!»

Сейчас уже кажется странным, но еще в марте запущенный по городским громкоговорителям сигнал тревоги еще не означал обязательный обстрел и работу ПВО. Во время одной из утренних пробежек по набережной Везёлки, примерно в трёх километрах от дома, началась сирена. Но сейчас я