Часовой памяти - Коллектив авторов

прошмыгнул по коридору в ванную; б) с Матвеем – он упёрся в меня и поднял руки; ещё спал, его надо нести. Павлина на руках у Лены провисела в прихожей.

Сбили четырнадцать «вампиров». Отбой.

Второй раз – в 2: 30. Ох, как неохота вскакивать!

а) Вова мимо меня прошмыгнул в ванную. б). Матвей, свернувшись в клубок, и ухом не повёл. Закинул его на плечо, снёс в ванную, он так и висел. в). Лена просто легла с Полиной, Полина даже не проснулась.

Сбили 21. Отбой. Легли, в башке гудит. Лена:

– Это сирена воет?

– Это в голове воет.

* * *

19 апреля. Полночь. Ракетная. Грохочет. Дети в ванной, слушают.

Вова: «Ого! Как будто таз взорвался!»

Матвей: «Или как микроволновка, полная еды!»

А вечером Матвей сказал: «После ночных обстрелов мы весь день были вялыми».

* * *

8 мая. Утро. Спим. Сирена. Подпрыгиваем, бежим. Лена к Павлине, я к мальчишкам.

– Мальчики, мальчики, мальчики, мальчики!

Сонный Вова, огибая меня, выходит из комнаты. Червяк Матвей обхватывает мою голову, утыкается лицом между плечом и шеей, отказывается возвращаться в чёрную реальность. Подхватываю его, несу в ванную. Сидим, не включая свет. 2: 20 ночи. Воет как зверюга.

– Воет, как зверюга, – говорю, – да?

Вова отвечает да. Матвей мне в шею отвечает дя.

– Как будто гигантский комар-мутант!

Наконец, затихает, возвращаю на место червяка Матвея, расходимся.

Ложусь в кровать, закрываю глаза и вдруг вижу старую сковородку, пространство вокруг меня сжимается в небольшое помещение, похожее на какую-то незнакомую кухню, деревянная лавка. Важная тонкая кошка подходит на носочках и настойчиво трётся мордой о штанину, прикрывая зелёные плошки.

Это возвращается сон, который я видел до сирены.

* * *

Ночью на 9 мая три раза просыпались от сирены. А оказалось, их было четыре. Одну реально проспали. Не услышали. А – адаптация? Или И – иммунитет?

9 мая по первому каналу только в вечерних новостях упомянули про ночной обстрел Белгорода. В кадре съёмка с прилётами по жилым домам, там громко гудит сирена. Кричит Вова:

– Сирена! Сирена! Все в ванную!

Выключаем звук на телике. Сирена не выключается. Орёт снаружи.

* * *

Несмотря на всё то, что сыплется на головы и пускает корни в душах, город продолжает жить культурной жизнью. Посетил мероприятие – чемпионат поэзии. Проходил он в «Октябре». Прежде был просто концертный зал, теперь культурный центр. Теперь там много локаций, комнат. Большой зал, малый, столы, стулья, кресла-подушки, кофейня. Зал, где проходил чемпионат поэзии, находился внутри здания, без окон и дверей. Как только вышел на сцену ведущий, Саша, и начал мероприятие, началась сирена и взрывы снаружи. Громко, ощутимо. Саша сказал:

– Как раз хотел сказать, что если будет ракетная опасность, то никуда бежать и искать убежище не надо, мы уже в убежище, все будут прибегать сюда.

В зале приглушенное освещение, только фонари над сценой. Одновременно с началом выступления одной из участниц, Даши, завыла очередная сирена. Это создало интересный эффект аккомпанемента. Как будто кто-то включил её специально под выступление юной поэтессы. Это так и выглядело со стороны – Даша невозмутимо читала стихи, словно ревущая за стенами «Октября» сирена – это часть её номера.

* * *

12 мая. Семь утра. Второй раз за утро сидим в ванной. Вова:

– Если нас будут по сто пятьдесят восемь тысяч миллиардов раз в день обстреливать, то от Белгорода ничего не останется.

* * *

Смотрим Казанский марафон. На экране спортсмены бегут по большому, красивому городу, где, что странно – ни одного укрытия! Это замечает Полина.

– Папа, а там есть укрытия?

– Нет, там не бомбят.

Матвей (возмущённо):

– Ни фига себе им везёт! Хочу, чтобы наш дом был там!

* * *

Воет ракетная опасность. Входит жена. Смеётся так, что аж плачет.

– Конечно, это нехорошо, – говорит, задыхаясь, сквозь слёзы, – но сейчас, когда загудело, смотрю в окно, знаешь, там тётка с мопсом гуляет? Как загудело, смотрю, бежит, а мопс на плече у неё, как торпеда, лапами кверху, глаза на выкате и язык из пасти по ветру болтается.

В это время на Щорса попаданием ракеты рухнул подъезд десятиэтажного дома.

* * *

После теракта с обрушением дома мы боялись, что детям снова сделают каникулы. И так этот учебный год они учатся лишь номинально. Дистанционное обучение с нахождением дома, в своей комнате, в окружении своих игрушек, в близости кухни и холодильника – это тот еще процесс. Захотел включил, захотел выключил учителя. Один закрывается в одной комнате, другой в другой. Уроки. Павлина остаётся одна.

– Ты будешь в своей комнате? Или на надувном матрасе в прихожей?

– Лучше я пойду в ванную.

* * *

Прихожая в квартире – самое безопасное место, не считая в ванной. Но в ванной не поспишь, а спать в прихожей детям очень нравится. Все вместе, втроём, два матраса, три подушки, три одеяла, три тысячи мягких игрушек. Полина просыпается и сразу спрашивает:

– Мама, мы сегодня где будем спать?

* * *

Слова «ракетная опасность» лично для меня стали уже какой-то банальщиной. В день слышишь их по тысяче раз. Пишу текст или пост и уже думаю, чем их заменить? Куда ни глянь – ракетная опасность. Читаешь новости, заметки, посты, стихи – везде ракетная, ракетная, ракетная! Это словосочетание уже стало штампом. В своём же тексте вижу – снова она, и снова, и опять. В одной этой заметке слова с корнем «ракет» встречаются двадцать два раза! Что, больше слов других нет? Писать больше не о чем? А так и получается, что не о чем. Или это такая географическая деформация восприятия реальности?

Вот и губернатор уже назвал Белгород не прифронтовым, а фронтовым…

Бегом по прифронтовому городу

А жизнь в прифронтовом городе продолжается!

Наткнулся на свою же заметку о романе «Асан» Владимира Маканина, который читал уже много лет назад. И много, помню, его цитировал. А заметка была о том, что его, чтобы цитировать, надо переписать весь от начала до конца.

Тогда ещё не знал, что, не меняя места жительства, перееду в прифронтовой, а затем и фронтовой, город. И что цитировать буду не книги, а высказывания своих детей, укладывающих на ночь свои мягкие игрушки на матрас в прихожей и ложащихся спать с ними рядом. И описывать – не приключения вымышленных героев, а то, что происходит тут с нами.

* * *

5: 18. Сирена с 4: 20 гудит третий раз. Хорошо, окна закрыты, дети в прихожей, слышу только я. Бахает отдалённо.

* * *

1 июня. Громыхнуло. Приходит сообщение: «Белгород! Ракетная, авиационная, бомбовая опасность!»

Бомбовая! Все уже прежде были, а бомбовой ещё не было! Следом приходит эсэмэс от товарища: «Давайте ещё водную, подводную, радиационную, химическую, биологическую, межгалактическую, инопланетянскую, марсианскую! Чтоб уже наверняка!»

* * *

Усадили детей обедать на кухне, а сами стоим, думаем, а нам-то места и не хватит, придётся