Такая работа - Борис Валерьевич Миловзоров

в след. Внезапно Сорин поднял руку вверх, оба замерли. Сержант рукой показал спутнику на едва заметную над травой нить растяжки. Тот глянул из-за спины и поморщился:

– Гадость какая!

– Два шага назад! – тихо скомандовал Сорин.

Оба одновременно отступили, Сорин кивнул и взял резко влево, Стикс поспешил за ним. Через пару десятков шагов Сорин остановился возле колышка, обложенного кусками дерна. Юрий посмотрел влево и вправо, показал рукой вправо, там еле заметный торчит еще один колышек с растяжкой. Они переглянулись и по большой дуге пошли в обход заминированного участка.

Стикс и Сорин спустились в заросшую воронку, лейтенант достал карту, сверился с ней и показал рукой вперед.

– Полкилометра, – тихо сказал он, – пора.

После короткого передыха размером в одну сигарету Стикса они принялись доставать «матчасть». Лейтенант достал из рюкзака две небольших удлиненных мины, похожих на ракеты, насадил их на раздвижные метровые направляющие. Сорин взял в руки небольшую металлическую коробку с видеокамерой с острыми клинышками внизу.

– Вроде бы готовы, – сказал Стикс, кивнув на мины-ракеты.

– Я тоже разобрался, – отозвался Юрий.

Они одновременно поднялись, оставив опустевший рюкзак в воронке, и быстрым шагом углубились в лес.

Заросли вскоре закончились, впереди метров пять очищенного пространства, за ним полуразрушенный кирпичный забор, огораживающий двор и большое трёхэтажное кирпичное здание. Стёкла в его окнах выбиты. В проёмах лежали мешки с песком, из некоторых проёмов торчали стволы крупнокалиберных пулеметов. Утро вступило в свои права, но у противника было тихо.

– Готов? – спросил Стикс, Сорин кивнул.

Стикс с минами в руках стремительной тенью проскочил открытое пространство и укрылся у забора. Не теряя времени, он с силой воткнул в грунт первую направляющую, пальцами свинтил головку мины, нажал кнопку взвода. Сразу же перебрался вдоль забора на несколько метров вправо и в тенистом углу бетонного столба тем же способом установил вторую мину.

Сорин напряжённо наблюдал за напарником. Когда Стикс установил вторую мину, он воткнул коробку с видеокамерой под куст. Сорин наклонился, проверил фокус и границы обзора, вытащил из кармана туго свернутую антенну. Едва Сорин расстегнул зажим, антенна упруго распрямилась. Юрий быстро ввернул ее в корпус камеры и нажал кнопку, загорелся крохотный жёлтый огонёк. Он опустил палец и негромко щёлкнул какой-то клавишей: рядом с жёлтым огонёчком на корпусе загорелся красный.

Подполз Стикс, Сорин показал ему пальцами: «О'кей». Стикс кивнул, и они бесшумно поползли назад.

Через какое-то время, когда была видна только крыша здания, Сорин хлопнул Стикса по ноге, тот оглянулся.

– Поставим нацикам сюрприз? – тихо сказал сержант и красноречиво похлопал ладонью по плотному чехлу на липучке.

– ОЗМ?

Сорин кивнул:

– Вытаскивай, помогу растяжки размотать.

Вскоре в этом месте появились замаскированные колышки с растяжками.

В блиндаже, выделенном техническим экспертам, длинный стол был уставлен всевозможным оборудованием, в том числе там стоял и большой монитор. Перед ним сидели оператор и Пума. Специалист пощёлкал клавишами, на экране появилась картинка забора и кирпичного трёхэтажного здания за ним. В некоторых оконных проёмах здания мелькали каски.

Оператор приблизил изображение, у забора хорошо видны установленные Стиксом мины. Через динамики доносятся многочисленные голоса и говор на суржике.

– К ротации готовятся, – сказал почему-то тихо оператор.

– А если не «Брэдли» придёт? – спросил майор Некрасов.

– Придёт, – уверенно кивнул специалист. – Они всегда на американце меняются. Раз в неделю, как часы.

– Переключи на дрон, – попросил Пума.

Оператор нажал клавишу, на экране появилось второе изображение с высотного дрона-разведчика. Хорошо было видно здание и просторный двор, в котором стояла кучка военных вэсэушников. Через чувствительные динамики видеокамеры были слышны их веселые голоса, им светил отдых, баня и выпивка. Послышался характерный шум двигателя, во двор въехала «Брэдли», остановилась. В это же время стартовала первая мина, она стремительно ушла с направляющей высоко в небо, на мгновение зависла и вдруг понеслась вниз, прямо в крышу бронемашины. Пробив тонкую броню, мина ушла внутрь, яркая вспышка, оглушительный взрыв и американская гусеничная машина пехоты скрылась в черном облаке, сквозь которое пробивались языки пламени. Зазвучали взрывы, это детонировали боеприпасы. Во дворе вопли, крики, сквозь клубы дыма все явственнее виднелись трупы и раненые. Из здания выскочил офицер и беспомощно завертел головой, пытаясь понять, что произошло.

Дым рассеялся, открывая на месте «Брэдли» развороченный остов. ВСУшники принялись помогать раненым, а офицер достал рацию и стал кричать в неё, возбужденно размахивая рукой.

Пума сидел рядом с оператором и пристально вглядывался в экран. Не часто удавалось видеть последствия применения мины так подробно. Оператор, надев наушники, что-то крутил в настройках аппаратуры. Он посмотрел на майора и громко заговорил.

– Вторая «Брэдли» на подходе! – он радостно потер друг о друга ладони. – Идеальный эксперимент!

На картинке с разведывательного дрона было видно, как из-под кроны деревьев выскочила «Брэдли», быстро преодолела несколько сот метров и с юзом гусениц влетела во двор. Едва бронемашина остановилась, как сработала вторая мина. Она яркой искрой взлетела из-за забора и яркой звездочкой унеслась вверх, чтобы сразу спикировать в крышу американской «Брэдли». Мина пробила броню и, видимо, сразу влетела в ящик с боезапасом, потому что, в отличие от первой, эту «Брэдли» взрыв мгновенно разнес на куски. Двор опять в дыму и в огне, слышны крики.

Вдруг всё пропало.

– Сломалась?

– Нет, я ликвидировал. Инструкция, майор, извини.

– А дрон?

– Режим радиомолчания, домой полетел.

По лесу неспешно шли Стикс и Сорин. За спиной лейтенанта болтался опустевший рюкзак. Когда они услышали первый взрыв, переглянулись.

– Лейтенант, похоже, ваш первый подарок сработал.

– Погоди, может, и второй прозвучит?

Они медленно продолжили путь, прислушиваясь к лесной тишине. Второй взрыв прозвучал оглушительно громко. Они остановились.

– Ну что, сержант, можно друг друга поздравить? – засиял улыбкой Стикс и протянул руку, Сорин крепко пожал ее.

– Теперь надо поскорее домой, пока дроны не налетели. Поднажмем?

И они побежали.

Уже в расположении они остановились, Стикс, тяжело дыша, достал сигареты, закурил.

– Если честно, прямо душу отвёл. Ты завтра опять на выезд?

– Ротацию к миномётчикам везу, – кивнул Сорин.

– А мои опять едут на разграждение для штурмов. Ну что, пошли к Пуме, может, похвалит? – улыбнулся лейтенант.

Они ступили на дощатую дорожку и неторопливо шли, оживлённо о чем-то беседуя.

Чай на троих

Сорин привез ротацию к минометчикам и получил приказ Пумы оставить обе группы ещё на несколько дней, а самому возвращаться. К «Тайфуну» его провожал Шкипер. Сорин шел рядом с ним расстроенный.

– Товарищ сержант, – утешал его Шкипер, – да не переживайте, нам не впервой. Здесь кормят, поят, спать укладывают. Заботятся, одним словом.

– А как же обстрелы, дроны?

– Этого хватает, – кивнул беспечно Шкипер. – Бережемся, прячемся, тут укрытия на каждом шагу.

– А алкоголем не балуетесь?! Наверняка пехота от своих щедрот предлагает!

– Да вы что, Юрий Александрович?! Весь полк ваши слова уже выучил: «Выпил – умер!» Кстати, у местных вояк здесь тоже почти сухой закон.

– Всё-таки сухой, – усмехнулся Сорин.

– В основном, – ефрейтор задумался и вдруг заулыбался: – Эврика! Товарищ сержант, давайте я вас с одним невероятным человеком