Прокси-войны. Армия невидимок всегда победит - Эндрю Мамфорд

Каждый мини-кризис, подобный этому, сам по себе является мини-примером ответного удара, поскольку американская имперская политика и установки, давно предпринятые, проявляются в конкретных инцидентах. Каждый из них еще больше подрывает не только долгосрочную американскую политику в Азии, но, что гораздо важнее, долгосрочное отношение японцев к американцам в целом. У американцев есть опыт деградации некоторых из самых изысканных субтропических ландшафтов Тихого океана, а также лишения жителей Окинавы средств к существованию, на которые они могли бы разумно рассчитывать, если бы базы не были расположены среди них. Общеизвестно в американском фольклоре, что такие базы ценны для местной экономики, народы которой имеют в них корыстные интересы. В случае с Окинавой это не может быть дальше от истины. Его основной отраслью сегодня является туризм. Наличие такого большого количества разрозненных американских объектов, а также более пятидесяти тысяч американцев, которые не платят налогов и не заинтересованы в будущем Окинавы, никак не повышает привлекательность островов для японских и тайваньских туристов.

Как отмечает экономист и редактор Ryukyuanist Кодзи Тайра: «По самым лучшим оценкам, доходы, прямо или косвенно получаемые базами, составляют всего 5 процентов от валового внутреннего продукта Окинавы. Это слишком маленький вклад для предприятия, расположенного на 20 процентах земли Окинавы. Учитывая выбор мест размещения баз, если бы эти районы использовались как часть гражданской рыночной экономики, они должны были бы приносить более 20 процентов ВВП Окинавы [валового внутреннего продукта]. Фактически США и Япония вынуждают экономику Окинавы ежегодно терять безвозвратно 15 процентов своего ВВП. В условиях демократии такое злоупотребление налоговыми полномочиями государства недопустимо». Согласно Nikkei Weekly, японской деловой газете, совокупный доход от баз, включая внебазное потребление американскими военнослужащими, зарплаты примерно восьми тысяч окинавцев, работающих на базах, и арендную плату, выплаченную японским правительством окинавским землевладельцам за землю, на которой расположены базы, составил ¥162 миллиарда в 1994 финансовом году, или 4,9 процента от валового дохода префектуры.

Большая часть площадей на материке, используемых под американские базы, принадлежит японскому правительству, и на них вплоть до 1945 года размещались военные объекты японской императорской семьи. На Окинаве практически вся земля, занятая базами, была изъята у частных владельцев либо во время битвы за Окинаву, либо в 1950-е годы. Как свидетельствовал бывший губернатор префектуры Окинава Масахидэ Ота, специалист по послевоенной истории острова, в деле о землях базы в Высоком суде Фукуоки 22 декабря 1995 года: «Сразу после битвы за Окинаву, насильственно удерживая выживших в концентрационных лагерях, они [американские военные] немедленно оцепили всю землю и выделили ее для военного использования в той степени, в какой они хотели, для обеспечения военных целей США. Это было сделано так, как будто вы рисовали линии на пустой карте. Когда жителям разрешили вернуться домой из лагерей, они обнаружили, что их родные города исчезли за колючей проволокой».

Этот процесс захвата на острие штыка с последующим сжиганием домов и возделанных полей бульдозерами продолжался на протяжении 1950-х годов. Возражения жителей Окинавы против американского произвола и нежелание выплачивать соответствующую компенсацию привели к первым демонстрациям против присутствия США и к избранию в 1956 году мэра Нахи-коммуниста. Вслед за этим американцы отменили закон, по которому был избран мэр, лишили его должности и использовали Центральное разведывательное управление для передачи денег его консервативным оппонентам.

Протестное движение, длившееся с 1952 по 1957 год, было первой из трех крупных волн протеста, направленных на установление демократии на Окинаве. Его вопросами были право на свободу слова для жителей Окинавы, создание профсоюзов, надлежащая компенсация за экспроприированные земли и всенародные выборы главы исполнительной власти. Вторая волна достигла пика в конце 1960-х; ее проблемами были использование B-52, базирующихся на Окинаве, для бомбардировок Вьетнама и влияние изолированных военных борделей, которые обслуживали черно-белых солдат, недалеко от базы ВВС Кадена. Это движение привело к возвращению Окинавы под суверенитет Японии. Третья волна, возникшая после дела об изнасиловании 1995 года, все еще продолжается. Хотя ни один из них не может претендовать на победу — которая по определению не будет достигнута до тех пор, пока не будет закрыта последняя база, — они придали Окинаве особую политическую культуру. В отличие от основных островов, где после войны союзническая оккупация даровала народу сверху демократию и «мирную конституцию», Окинава — единственная японская община, жители которой боролись за ту демократию, которой они наслаждаются.

В 1950-х годах одной из наименее известных американских тактик захвата земли при одновременном сдерживании мятежных настроений экспроприированных фермеров было предложение им земли в Боливии и помощь в эмиграции. Однако по прибытии в Боливию окинавские фермеры обнаружили, что земля представляет собой почти непригодные для использования джунгли, и американцы не собирались оказывать какую-либо обещанную финансовую помощь. Поскольку они не были ни американскими, ни японскими гражданами, им некуда было обратиться за помощью, и поэтому они оказались во власти местности, климата и своих боливийских соседей. Большинство первых поселенцев умерли от болезней или бежали в боливийские города, в Перу или Бразилию. Те немногие, кто выжил в Колонии Окинава, как ее называли, к северу от Санта-Крус, Боливия, сегодня, после почти невероятно трудной жизни, являются сравнительно успешными фермерами. Однако из примерно 3218 идентифицированных эмигрантов, которых американцы отправили в Боливию в период с 1954 по 1964 год, только 806 (включая их потомство) проживают там сегодня.

Большая часть земли, которую американцы занимают на Окинаве, по-прежнему законно принадлежит 31 521 человеку или семье, которые в силу различных законов вынуждены сдавать ее в аренду японскому правительству, которое, в свою очередь, безвозмездно сдает ее в субаренду американцам. Эти договоры аренды должны периодически продлеваться. В 1991 году новоизбранный губернатор Ота воспользовался полномочиями, предоставленными ему в соответствии с законами о принудительной аренде, чтобы продлить около 2636 договоров аренды, срок действия которых истек. По его словам, это было «самое трудное решение в моей жизни» — правящая Либерально-демократическая партия поставила экономическую поддержку Окинавы в зависимость от сохранения баз. В конце 1995 года, когда движение, вдохновленное изнасилованием, уже росло, он отказался продлевать еще какие-либо истекшие договоры аренды, вынудив премьер-министра Хасимото играть политически непривлекательную роль лакея Пентагона. Ему пришлось самому продлевать договоры аренды.

Значительное число мелких землевладельцев стали явными антивоенными землевладельцами, в том