Харбинская «кувалда» - Максим Витальевич Войлошников

Кузнецов, обогнув командира и труп японца, сел к новейшей мощной рации, уже включенной и, возможно, успевшей передать сигнал SOS командованию в Токио. Он настроил волну и принялся передавать в Центр отчет о потоплении японских линкоров, разгроме японского флотского штаба и вероятном завершении работы группы.

Пока он работал, Иван зарядил новую ленту. Когда передачу закончили, он подложил под станцию пару тротиловых шашек, вставил детонатор и поджег шнур.

Выкатившись из радиопоста, они побежали к лестнице на первый этаж. Когда спустились на первый пролет, сверху грохнул взрыв в радиостанции.

Внизу они обнаружили забаррикадированную входную дверь, заваленный мертвыми японцами коридор, раненого Крынку. Снаружи по окнам цокали пули. В конце коридора темнел пролом в стене.

– Публика подошла, выйти не дадут, – заметил Бобров. – Стрелки за забором засели, видимо, дежурная рота.

– Я смотрю, вы тут преуспели.

– Как в коридоре рванул ящик динамита, из пролома как тараканы посыпались обалдевшие самураи в эполетах, и мы только обоймы успевали перезаряжать!

Снаружи под дверью ахнула граната.

– Пора выбираться! – Иван выставил из окна ствол пулемета и высадил наружу половину ленты. В ответ затрещали выстрелы – но штурм здания японцы явно притормозили. Иван повел товарищей к пролому, образовавшемуся при взрыве японской потерны. По дороге он походя пострелял в те комнаты, где ему почудилось движение.

Дальнейший подземный ход оказался полузасыпан после взрыва, отчего уцелевшие японцы и рванули в коридор первого этажа. Однако всего пара мощных рывков Ивана, убравших с дороги крупные обломки, и в образовавшееся отверстие пролезли все, включая самого крупногабаритного командира. На всякий случай этот проход уже изнутри Иван привалил большим обломком стены. Спустившись ниже по ступенькам, они двинулись вперед по кирпичному тоннелю. Лампы в нем погасли от взрыва, и они шли на ощупь. Шагов через двести забрезжил через щели свет, и, повернув ручку флотского запора, они выбрались в какое-то полуподвальное помещение. Кузнецов, опережавший всех, открыл дверь на противоположной стороне и первым поднялся по ступенькам.

В тот же миг послышался отрывистый японский приказ, в ответ грохнула очередь из пулемета Петра и несколько выстрелов из «арисак». Когда Иван пригнувшись вылетел наружу, он увидал нескольких японских солдат – двое валялись на полу, застреленные Петром, а еще трое опускали дымящиеся винтовки, и напротив них лежал убитый Кузнецов. Не успели солдаты отреагировать на новое действующее лицо, как пулемет Ивана исполнил им краткую, но звучную заупокойную.

Через несколько секунд вся оставшаяся группа собралась в пустой казарме, видимо, служившей для размещения дежурной роты, сейчас убывшей на защиту штаба. На месте оказалось лишь несколько караульных, оставленных стеречь потайной выход. Именно на них в злосчастную минуту наткнулся Кузнецов.

Бесшумный рывок к дверям казармы и беглый обзор окружающего пространства позволили Ивану прийти к выводу, что вокруг в данную минуту все тихо. Похоже, приглушенные стенами выстрелы никого не привлекли.

– Оставляем здесь весь крупняк, переодеваемся, камуфлируемся – и бегом. Похоже, что у нас есть шанс спастись! – сказал Иван.

Пулеметы и оставшиеся боеприпасы к ним они оставили на месте, Иван не без сожаления расстался со своим самурайским шлемом. Свои окровавленные повязки они прикрыли чистой одеждой, которая была припасена в мешке у Крынки. С собой у них оставались только ножи и трофейные «намбу», которые можно незаметно сунуть за пояс под кимоно. Группа по одному просочилась наружу и постаралась затеряться в закоулках припортовой части прежде, чем кольцо оцепления будет расширено.

Главный морской штаб в Токио, не сумев связаться со своим отделением в Хиросиме, отправил просьбу в штаб Второй сухопутной армии выяснить непонятную ситуацию.

Прибывший на место сражения офицер обнаружил в морском штабе солдат дежурной роты, разбредшихся по разгромленному зданию в поисках выживших. Практически все его обитатели были мертвы, только на третьем этаже удалось обнаружить одного тяжелораненого офицера. Когда сухопутный офицер спросил, кто это сделал, перед глазами умирающего моряка на миг встала фигура гиганта в вороненой устрашающей маске самурайского шлема с извергающим пламя станковым пулеметом в руках, и он прошептал только одно японское слово:

– Годжилла!

И умер.

Именно оно и было передано в донесении в Главный морской штаб и Кемпентай.

Глава 34

Последний удар

Императору Хирохито о разгроме резервного штаба флота докладывал лично генерал Кесаго Накадзима.

–Единственный человек, который был свидетелем разгрома штаба, утверждал, что его совершило легендарное морское чудовище Годжилла. У моряков богатая фантазия. Но в целом характер нападения, сопровождавшегося чудовищным разгромом и резней, напоминает уничтожение штаба Квантунской армии, случившееся этой весной. Там к разгрому, без сомнения, были причастны русские диверсанты, которые перед этим также уничтожили расположение отряда нанасанъити бутай. Найдены два трупа нападавших – гайдзины, вероятно русского происхождения, загримированные под айнов.

– Так вот, значит, под айнов! – взвился император. – Немедленно проверить всех айнов на Хонсю.

– Может быть, и на Курилах и острове Карафуто?

– Думаю, это излишне. Значит, это не наймиты-зайнити, а сами рошайн! Может быть, это намек? Разминка? А если завтра они устроят резню в императорском дворце?

– Маловероятно, здесь очень большая охрана… Жизнь божественного повелителя будет сохранена даже ценой жизни тысяч бойцов!

– А вдруг все-таки прорвутся. Вы понимаете, что может случиться со страной без тэнно о Ямато?!

– М-да. Ничего хорошего. Рагнарек, как говорят дойцу.

– Вот-вот! Ищите их!

– Кстати, о Солнце, этим утром найдены трупы нескольких синоби на северо-западе Хиросимы. Возможно, это дело рук тех же негодяев, что разгромили морской штаб: для таких головорезов несколько синоби – не препятствие. Может быть, они скрылись в горах?

– Ищите их! И еще… – Император помедлил. – Как вы полагаете – может быть, связаться с Москвой, пока не поздно? Прощупать их позицию по поводу капитуляции по образцу финской?

– Можно предсказать, что наши главные военные преступники будут против этого.

– Да? Целая Квантунская армия не смогла остановить этих негодяев, а, наоборот, была практически ими разгромлена, если иметь в виду управление. Какие у генералов аргументы – войска в Старой Ниппон? А если и их постигнет та же судьба?

– Да, нам следует задуматься. Поручите господину Хидеки Тодзио, премьер-министру, связаться с русским премьером господином Молотко… Молотовым, и обсудить перспективы мирного соглашения. Я надеюсь, что рошайн удовлетворятся Маньчжурией и Карафуто, хотя на их месте я бы потребовал еще и Корею. А возможно, и остров Хоккайдо.

В тот же день уже президенту Трумэну докладывал руководитель УСС[19] Донован:

– Наша агентура докладывает: разгромлен военно-морской штаб в Хиросиме. Это вносит дезорганизацию в прибрежные операции японского флота. Полагаем, что в нападении участвовала группа