Убрать Роммеля - Майкл Эшер

Култрид говорил, что услышал чей-то крик «Граната!», после чего пистолет Кейса с грохотом упал на каменный пол. Кемпбелл захлопнул дверь, и они с Терри прижались к стене, затем внутри раздался взрыв, сотрясший весь дом.

Какое-то мгновение было абсолютно тихо. Кемпбелл увидел, что в комнате погас свет.

Немецкий отчет упоминает, что свет погас и на верхнем этаже. Один из офицеров в это время связался по телефону с казармами, находившимися в пяти минутах ходьбы, где он попал на лейтенанта Эрнста Шиллинга, только что вернувшегося после проверки постов. Когда Шиллинг услышал об атаке на штаб, он поначалу решил, что это чья-то неудачная шутка. Затем одновременно произошли две вещи: связь прервалась, и до него сквозь шум дождя донеслись звуки выстрелов и взрыва. Он немедленно вызвал охрану.

Офицеры службы снабжения Танковой группы, собравшиеся на совещание в штабе, все еще полагали, что диверсанты явились за их документами и скоро поднимутся на верхние этажи. Они выставили охрану у кабинетов и хладнокровно занимались организацией обороны лестничного пролета. Один из офицеров, лейтенант Ампт, спустился вниз и направил луч своего фонаря в зал. У одной из дверей по левую сторону он увидел лежащее тело. Поскольку стрельба все еще продолжалась, он вернулся назад.

«Я подумал, что тело Джеффри нужно вынести, на случай дальнейшего боя в здании» — говорит Кемпбелл — «поэтому мы с сержантом Терри вынесли тело и положили на траву, рядом со ступеньками, ведушими к входной двери. Он, должно быть, умер в пути, потому что, когда я проверил сердцебиение, то ничего не почувствовал.»

Все эти события произошли за очень короткий отрезок времени, а Кемпбелл писал свой отчет в 1943 году. За это время он лишился ноги и провел два года в немецких госпиталях и лагере для военнопленных. Он признавал, что у него плохая память. Однако его отчет пестрит упоминаниями о глупых выходках и проявлениях непрофессионализма, которых трудно ожидать от тренированных солдат войск специального назначения. Если Кейс действительно открыл дверь, выстрелил, затем закрыл ее и снова открыл — и все это под носом у вооруженных вражеских солдат — значит, он буквально напрашивался на пулю. Кроме того, свидетельство Кемпбелла, полное возгласов, более уместных в мирной жизни при игре в крикет («Подожди, я брошу гранату!», «Есть!», «Отлично!») выглядит слишком неестественным и неподходящим для описываемой ситуации — герои повествования скорее ведут себя как эталонно-мужественные британцы, нежели как реальные солдаты в условиях ближнего боя.

В показаниях Джека Терри, записанных спустя всего три месяца после операции, бой выглядит несколько иначе. Про стрельбу на лестнице он не упоминает вовсе. Он расказал, что увидел, как на левой стороне коридора со стуком открылась дверь, затем она снова захлопнулась. Кейс, проверявший в этот момент другую комнату, заметил свет и широко распахнул дверь. По словам Терри, Кейс открыл дверь лишь один раз, после чего он вошел в комнату, стреляя из пистолета. Терри последовал за ним, увидел, как Кейс упал, и выпустил во врагов очередь смертоносных пуль 45-го калибра из своего автомата. Спустя мгновение, рассказывает он, подоспел Робин Кемпбелл, «перебросивший гранаты прямо через мою голову».

Терри пишет, что снаружи доносились звуки перестрелки, поэтому они с Кемпбеллом вытащили Кейса через входную дверь, а затем приготовились забросать гранатами возможных преследователей. Они услышали стоны Кейса, и Кемпбелл направился к нему. «Он вернулся» — говорит Терри — «со словами «Нам уже не о чем беспокоиться, сделать мы ничего не сможем. Он мертв.»

Официальный отчет Боба Лейкока, составленный в основном по показаниям Терри — единственного члена отряда, оставшегося в живых и избежавшего плена — также не упоминает о том, что Кейс открывал дверь в комнату дважды. Лейкок пишет, что враги были готовы к появлению Кейса: «Его встретили градом пуль и он, смертельно раненный, упал назад в коридор.» Затем Терри, по словам Лейкока, выпустил в комнату два магазина своего Томпсона, а Кемпбелл забросил внутрь гранаты и захлопнул дверь.

Написанное Лейкоком представление к награждению Кейса Крестом Виктории рассказывает совершенно другую историю. По его словам, Кейс решил проверять каждую комнату отдельно, чтобы создать у врагов иллюзию большей численности отряда. Он открыл дверь первой, пустой, комнаты и выстрелил внутрь, предупредив врагов в соседнем кабинете, которые подготовились к его появлению и застрелили его, как только он открыл их дверь.

Немецкий отчет, написанный на следующий день, утверждает, что немцы находились только в одной комнате, и их было пять, а не десять.

О стрельбе Кейса в пустую комнату не упоминается.

Немецкий отчет называет поименно четырех военнослужащих Африканского корпуса — офицера, двух унтер-офрицеров и рядового — спавших в комнате, кабинете Управления и Обеспечения, использовавшемся как рабочее и жилое помещение. Еще один офицер, лейтенант Ягер — унтер-офицер, получивший должность по причине своих управленческих навыков и не получивший офицерского образования — спал в той же комнате за фанерной перегородкой.

Когда внизу началась стрельба, солдаты вскочили со своих коек. Один из них, сержант-оружейник Курт Лентцен, специалист по артиллерийскому вооружению, открыл дверь в коридор, полагая, что часовой забавлялся с оружием и случайно ранил себя. Он направил в зал луч своего фонаря, и увидел приближавшегося к нему британского солдата с пистолетом-пулеметом (позднее упоминался пистолет). Британец дважды выстрелил в него, он метнулся назад и выхватил свое оружие, пули попали ему в бедро и в икру. Другой немец, лейтенант Кауфхольц, вышедший следом за Лентценом с пистолетом Вальтер Р38 в руке, успел один раз выстрелить в непрошеного гостя, однако в ответ сам получил четыре пули. Две из них попали в грудь, прошли навылет и повредили батарею отопления, остальные ранили его в живот и в руку.

Затем в комнату вошли два вражеских солдата и бросили две ручные гранаты. Взрывы вывели из строя всех, находящихся в комнате кроме старшего сержанта Бартля и смертельно ранили рядового Ковачика получившего тяжелые повреждения внутренних органов. Лейтенант Ягер выпрыгнул в окно и был смертельно ранен одним из коммандос, присматривавших за окнами.

Кемпбелл рассказывал, что он оставил Кейса на траве, неподалеку от входа, а сам вернулся в дом и обнаружил что все спокойно. Потом, по неведомой причине и вместо обыска верхних этажей, он решил осмотреть заднюю часть здания, где Кейс оставил часового. Он оставил двух часовых охранять зал, а сам быстро обежал дом. «Когда я приблизился,» — пишет он —