Сиамский код - Александр Леонидов

– Фан Кло, вы передергиваете! – остудил меня Пибул. – С Советским Союзом мы учитываем не только интересы немцев, но и интересы наших русских подданных. Их в Стране Таев много тысяч, большинство так и не смогло выучить наш язык, но это крепкие, консервативные, военные люди. Их опора для нас много значит – страну ещё несколько лет назад лихорадило восстаниями, а из буддистов пока получаются не очень хорошие солдаты, вы же знаете, так что поддержка русских всегда для нас имела значение…

– А кто сказал вам, что русские будут против договора с Россией?

– Не с Россией, а с СССР! – вальяжно поправил меня коммандер и, сам того не понимая, открыл ловушку для Пибула. И Пибул в неё попался. Он ещё говорил – а уже понимал, что выигрыш на моей стороне.

– Немецкий атташе убедительно доказывал нам, что русские белоэмигранты…

– Вот именно! Опять немецкий атташе! А все потому, что немцы не желают нашего роста, боятся приращения наших территорий! Сами воюют с кем хотят, а нам связали руки! Вот… – Я выложил поверх своей картографической мазни несколько документов на бланках, заранее припасенных для этой встречи. – Вот, пожалуйста! Эмигранты из России имеют здесь несколько своих общественных организаций, и перед вами письма на бланках этих организаций, за подписью их руководителей. Ни одна из белоэмигрантских организаций Страны Таи не возражает против заключения мирного пакта с СССР!

– Надо же! – Пибул подгреб к себе бумаги, подслеповато уставился на них. – Это важная информация! Я не знал, спасибо, полковник Фан Кло! Я ведь и сам много думал, что нам лучше возобновить дипломатию с Россией, но всегда был связан думами о ваших эмигрантах… Боялся, что такой дружбой я настрою их против нашего правительства…

– Напротив, ваше высокопревосходительство, напротив! Как следует из бумаг, они только одобрят открытие здесь полноценного посольства их Родины! Большевики приходят и уходят, а страна-то родная остается!

– Думаю, что именно сейчас нам не стоит открывать это посольство, – встрял коммандер. – Надо подождать, чем кончится война…

– Да и не в Советском Союзе дело! – махнул я рукой, давая понять нацистской верхушке Сиама, что не такой уж я отчаянно-просоветский деятель. – Плевать на него, не о нем нам надо думать, а о Стране Таи! Мы могли бы прямо сейчас взять бесхозные земли Франции, но нас связывают по рукам и ногам заявления от 3 сентября и 12 июня! А завтра будет поздно, уважаемые отцы таев! В Сайгон придут японцы, придут те же самые немцы – и то, что сегодня лежит без пригляда, обретет себе хозяина, но этим хозяином будет не Тай!

– Вообще, Фан Кло, мы мыслим с вами созвучно! – подбодрил меня Пибул. – Я тоже часто думаю, что сейчас самый момент ударить и отобрать наши старые земли у европейских паразитов… Но можем ли мы – я спрашиваю вас и как члена партии белого слона, и как инспектора нашей кавалерии, – можем ли мы гарантированно рассчитывать на победу? Гарнизоны французов все ещё сильны… А перековка наших буддистов в нацию свирепых господ идет пока очень медленно, и мне лично кажется, что она далека от завершения… Если мы потерпим военное поражение?

– Сейчас, мой великий вождь, ситуация такая, что любое наше участие в войне будет вознаграждено. Я как полковник тайской армии верю в силу тайского меча и не могу думать о поражении, для меня оскорбительно думать до битвы о том, что мы можем проиграть. Но – отбросим рыцарскую честь, такие уж времена – даже если мы проиграем в бою, разве есть у нас шанс проиграть в войне?

– А разве нет? – Пибул смотрел на меня с возрастающим интересом.

– В том то и дело, что нет! Японии нужны наши металлы, каучук и рис. Японские высшие чиновники имеют у нас огромные капиталы, размещенные в наших лучших отраслях. Предположим на мгновение, что воинское счастье изменило нам, и мы проиграли бой. Что с того?! В Сайгоне маленький колониальный корпус разгромленной, переставшей существовать страны (я врал для пользы дела: корпус был огромный, и Вишистскую Францию Гитлер уже провозгласил своим союзником). Дадут ли японцы ему торжествовать над нами? Дадут ли ему, в конце концов, торжествовать те же немцы?! Нет, никогда! Они выступят посредниками и навяжут вишистам такой мир, при котором даже победивший Сайгон – если там не одни самоубийцы – отдаст нам большую часть своей территории. Итак! В случае успеха мы получим под скипетр нашего обожаемого монарха весь Индокитай. В случае поражения мы получим большую часть Индокитая. И только если будем сидеть, как предлагает нам Берлин, стреноженными – только в этом случае мы ничего не получим…

– Убедительно! – кивнул Пибул тяжелым, как подвесной мост дзонга, подбородком. – А чтобы нас не числили разжигателями войны, мы с Россией подпишем нейтральный пакт, здорово ведь!

Для меня было очень важно, что это сказал не я, а сам Пибул. Не то чтобы мне слов было жалко или говорить лень – озвученное Пибулом имело уже характер закона, тогда как мои предложения – только вопли иностранного специалиста.

– Но если с Россией будет воевать наш брат и союзник – Япония? – ужаснулся коммандер Рапан.

– А чего она нам отдаст? – засмеялся сиамский фюрер, обнажая крупные хищные белые зубы. – Кусок Сибири? Где вода замерзает так, что можно носить на плече? Кто из тайцев захочет воспользоваться этим подарком?

* * *

В Бангкоке светские балы в традициях луангов, с лёгкой терпкой ноткой вальсирующего модерна ХХ века, смотрелись великолепно: изящные пышные платья, смокинги… И европейский балет и тайская опера… Брызги шипучих вин и блеск кулинарной мастики в десертах, пальмовые ветви многоцветных салютов над пальмами открытых раутных террас… Настоящая сказка, чьи подмостки – в раю орхидей, но я её видел очень отрывисто и неправдоподобно, потому что держал весь адский вес атипичной тропической лихорадки на ногах. Без права слечь. И даже без права умереть…

– Я охотно бы умер! – говорил я в ответ на Анину заботу. – Если бы это не было для меня сейчас непозволительной роскошью!

Реальность и вымысел для меня сливались. «Галлюцинация – это истина или ложь? – думал я. – С одной стороны, вроде бы, ложь, потому что кроме тебя её никто не видит. С другой – ты же её видишь! Какие-то процессы действительно происходят у тебя в мозгу,