Штурмовик Прибылой - Владимир Дмитриевич Пронский

Тогда вообще беда для ребёнка. А так есть папа, пусть и раненый, но с которым всегда можно поговорить, улыбнуться ему и получить улыбку в ответ. Ведь это такое счастье! В обычной жизни никто этого не замечает, а когда жизнь ломается, обостряет грани, то уж любой и каждый ищет любой повод для радости. И этим поводом для кого-то стал Семён.

Частенько задумываясь о том, что приключилось с её семьёй, она всё более склонялась к мысли, что у неё не зять, а золото. Кто-то скажет, что он совершил преступление, да, совершил, но совершил не в пьяной драке, а защищая честь, а может, и жизнь своей дочери. И у кого повернётся язык укорить его в этом? Да, он виноват, не надо было бы так горячиться, сдержался бы – и всё выглядело по-другому. Но она знала истинную причину его нервозного поведения, понимая, что последние два-три года у него были не сахар. То жена загуляла и в открытую уехала с любовником в Испанию искать счастья – в результате не стало жены, а тот, кто, скорее всего, причастен к её пропаже, разгуливал на свободе да ещё покушался на квартиру осиротевшей дочери. И как в таком случае должен поступить настоящий мужчина?! Он и поступил как смог, плохо ли, хорошо ли – другой вопрос. Но ведь поступил, не зарыл голову в песок: мол, ничего не знаю и знать не хочу. В конце концов, не умаляя его проступка, в этом есть вина всей их семьи, особенно Ксении. Ну, чего тебе не хватало, девочка, выросла ты, ни в чём не зная отказа, что хотела, то и получала. И это ещё при том, что отец старался держать тебя в строгости. Заставил получить высшее образование, а после работать, а как иначе? Чтобы оставить, случись что с ним самим, дочь на произвол судьбы? Вроде не оставил, но это в конце концов и произошло, когда не стало Германа Михайловича, а без него она не смогла уберечь дочь от опрометчивого поступка. Значит, и на ней, Маргарите, есть вина, пусть небольшая, но есть. И что теперь остаётся делать? Остаётся вместе выбираться из этой ситуации: помогать внучке, Семёну, да и Ольге с детьми, которая не бросила в трудную минуту, а вместе с малолетней дочкой провожала и встречала Виолку из школы. Это ли не говорит об отношении? Поэтому в ответ хотелось сделать что-то соответствующее. А кому нужна помощь более всего? Конечно, Семёну! Вот о нём и надо думать теперь.

Узнав об ампутации от Ольги, она сразу решила, что поможет приобрести зятю нормальный протез. Конечно, даже самый навороченный не сможет заменить ногу, но облегчение принесёт, сгладит неудобства. Она никогда не задумывалась о стоимости протезов, а в Интернет заглянула – и ахнула: качественные протезы по цене сравнимы с машиной! Почему-то сразу подумалось, что это очередное надувательство, будто протез выполнен из золота. Да, может, какой-то особенный металл в нём используют, какие-то особенные материалы, но никак нельзя сравнить несравнимое, например, мужчины бы сказали, болт с пальцем. А ведь кто-то сравнивает и недурно наживается на этом, будучи уверенным, что на здоровье люди денег не жалеют, если они, конечно, имеются. У Маргариты они имелись, и она переживала из-за них в недавние месяцы, когда начали ходить слухи, а в Интернете появляться статьи о том, что теперь старые доллары – «белые» и «серые» – банки принимать не будут, а теперь котируются у них только «синие», с лучшей защитой. В какой-то момент, дожидаясь, когда, проводив Виолку, Ольга ушла к себе, Маргарита не поленилась и заглянула в тайник под подоконником, пересмотрела и пересчитала пачки с долларами – и отлегло на душе: все они оказались «синими» – как не вспомнить добрым словом Германа Михайловича – ранее позаботившегося об этом, а значит, пока им ничего не угрожало. Но это пока. А что ждёт впереди – совершенно неизвестно. Может статься, учитывая огромный внутренний долг Америки, доллары либо вообще отменят, что маловероятно, либо грабительски обесценят. Вот поэтому живи и трясись, думай, что с ними будет завтра, а что послезавтра? Так не лучше ли часть отдать на доброе дело, тем более для родного человека? И это решение подняло Маргариту на крыльях настроения.

Сегодня она ещё разок заглянула в тайник, пересчитала пачки долларов и евро, даже обнаружила одну пачку с красными юанями, неизвестно как оказавшимися в тайнике, и ей захотелось сделать что-то хорошее, не дожидаясь возвращения Семёна. Вспомнила о старинном дружке мужа – Подберёзове, и решила позвонить ему.

– Валентин Сергеевич, здравствуйте! Как наши дела с конкурсом имени Германа Чернопута?

– Рад вас слышать, Маргарита Леонидовна, – отозвался Подберёзов, от которого всегда пахло рыбой, и Маргарита в этот момент даже вспомнила этот удушливый запах. – Всё идёт по плану. Приём работ закончен месяц назад, сейчас жюри работает. В декабре объявим победителей.

– Вот я о чём подумала, пора, учитывая инфляцию, повысить денежную составляющую премии. Я разговаривала с меценатами, они согласны повысить премии на пять тысяч в каждой номинации.

– Это приветствуется, это усилит внимание к конкурсу следующего года. Ныне литераторы, можно сказать, бедствуют, и каждый дополнительный рубль им не помешает. Спасибо!

– Передам эту благодарность спонсорам. Вот ещё о чём хотела сказать. Не пора ли нам открыть литературный конкурс для детей. Недавно внучка выдала такую прекрасную новеллу о природе, что я диву далась. Откуда у неё такое знание, если вся природа заключается в поездках в загородный дом? Кстати, и новелла о том же: как Виолка спасала крота, почему-то оказавшегося на поверхности.

– Спасла?

– Конечно! Выкопала норку, показала ему дорогу, и он благополучно скрылся в ней. Это ли не прелесть?

– Сколько внучке лет?

– Восемь.

– Вот и прекрасно. Когда она станет знаменитой, то будет говорить о своём стаже в литературе, начавшемся в восьмилетнем возрасте. Вам надо послать эту новеллу в какой-либо детский журнал, например, в «Счастливый муравей», думаю, что опубликуют.

– А не могли бы вы, Валентин Сергеевич, написать рекомендацию от лица вашего писательского союза? Это было бы весомо!

– А почему бы нет? Всё возможно. Даже более вам скажу. Что пора нам открыть детскую литературную студию. Пусть занятия в ней будут не столь частыми, но в любом случае они бы принесли пользу увлечённым детям. У меня даже есть на примете образованный человек, который бы согласился её вести.

– Вот было бы неплохо. Разумеется, не бесплатно.

– Хорошо. Я поговорю с этим человеком.

Вскоре довольная Маргарита отключила телефон, а через