Как начинаются войны - Дмитрий Юрьевич Пучков

Дмитрий Пучков: Не пляшут лезгинку!

Николай Стариков: Забыли. Они аж обижаются, что вы про нас не рассказываете, нам скучно и грустно! А то каждый день: там кавказец, там кавказец.

Что у либералов ещё? Я не знаю, чем им «Газели» не понравились. Каждый день рассказывали про аварии маршруток. Это не информация, это информационная война. Где-то у них получается, где-то у них это не получается. Были попытки компрометации Президента, но разговоры о его каких-то якобы существующих испанских виллах натолкнулись на то, что нет доказательств, ничего нет. Западные журналы написали, что ничего этого не бывает, но когда начинаешь с людьми разговаривать… Представьте, вы — президент страны, заслужили вы это, повезло вам так, не знаю как сложилось, по-разному бывает, — вы будете дом строить в Испании? Это уровень мечты кого — менеджера среднего звена. Кто поумнее — в Сочи, кто поглупее — в Испании. Почему поглупее, потому что строить надо там, где ты контролируешь. Завтра тебе визу не дали, конфисковали и до свидания твой дом. Это уровень такой вот.

Но если вы поднимаетесь. Представьте, вы государственный руководитель. Ну, какой вам дом-то, зачем? Вы туда не можете ездить. Это Горбачёв может в Лондон полететь восьмидесятилетие отмечать.

Дмитрий Пучков: С сумкой «Виттон», да.

Николай Стариков: Это невозможно. Дальше, если вы так делаете, возникает вопрос, зачем вы тогда противоречите Западу в других вопросах? Согласитесь тогда с ним, и у вас будут яхты, машины, первые полосы и день рождения в Лондоне, как у Горбачёва. То есть одно противоречит другому. Но люди, попавшие под влияние информационных атак, этих волн, не мыслят рационально. Им надо помогать. Я думаю, что мы с вами определённый вклад, чтобы эти волны схлынули, вносим по мере сил.

Дмитрий Пучков: Как мне кажется, у граждан атрофировался даже самый примитивный здравый смысл. Помните, наводнение в Крымске было? Горная река, горы, нездоровые атмосферные осадки, естественно, всё это потекло. Поскольку русла рек не чистят, у моста собралась сначала запруда, потом рухнула. А поскольку граждане строят свои летние кухоньки: сначала «я тут незаметно построю, потом я домик пристрою, а шо, вы меня погоните, что ли?» Дальше пошла вода, смыла, и, естественно, человеческие жертвы. На весь город один консервный завод, на котором раньше сирена гражданской обороны была. Ну, поскольку он теперь приватизирован, сирена не нужна и гражданская оборона не нужна.

Николай Стариков: Зачем? Врагов нет.

Дмитрий Пучков: Мы ж не при тоталитаризме, врагов нет, всё хорошо. Ну, и людей смыло. Потому что единственное, до чего они догадались, это в телевизоре пустить бегущей строкой, что наводнение может быть. Вот случилось — людей смыло, человеческие жертвы в наличии. Кто виноват? Понятно, Путин, потому что у него там дача. Какая дача? «Ну-у, резиденция». Где резиденция? Оказывается, она за хребтом, даже в ГуглМапс видно.

Николай Стариков: Идентифицируется просто. Сейчас ещё один пример приведу. Случилась трагедия — надо трагедию связать не просто с властью, а, желательно, с первым лицом. Поэтому смотришь, что есть: это юг, значит, есть где-то резиденция, значит, пишешь, что должно было затопить резиденцию, а воду отвели.

Дмитрий Пучков: Нет, дача за бугром. Нет, это дача патриарха, извините, ошиблись. За другим бугром! Никак не получается.

Гуманитарную помощь привезли. Представляете, на всей гуманитарной помощи наклейки «Единой России», вы представляете? Я, конечно, не знаю. Если бы у меня жена и дети голодали, вообще наплевать, чьи там наклейки. В Перестройку немецкое сухое молоко ели и никто не жужжал.

Николай Стариков: Бундесвер говорил, что это подарки от бундесвера. Что касается гуманитарной помощи, партия «Великое Отечество», сопредседателем которой я являюсь, тоже на Донбасс возит. Мы ж должны как-то это пометить, чтобы потом получить фотоотчёт о том, что она дошла. Поэтому тоже наклейки клеим. Я здесь не вижу ничего страшного. Некрасиво, если помощь была, условно говоря, от Красного Креста, а какая-то партия на неё наклеила свою наклейку, не имея к этому никакого отношения. Если общественная организация или политическая собрала, доставила, то ничего зазорного в этом нет.

Я хочу привести один пример, как из всего пытаются выжать отрицательный информационный фон для нашей страны. Вот смотрите, сейчас ситуация с санкциями. Ответные санкции России — мы не пускаем продовольствие к себе. Ситуация серьёзная. Я не работник таможни, но представляю, что это место на границе, не предназначенное для хранения огромного количества грузов. Вот везут какой-то контрабандный товар. Что с ним делать? Решили сжигать. Возмущения, петиции «Лучше бы отдали детям!» Вопрос: как отдать детям? Кто будет гарантировать, что конфискат должного качества? Значит, вы должны делать пробы, вы должны где-то это хранить — это склады, это холодильники, это охрана. Дальше — куда вы это везёте? Вы же не можете с Калининградского поста прямо в Донецк повезти. Значит, вы куда-то везёте, а это транспортные расходы.

Дмитрий Пучков: В детский сад десять тонн хамона и устрицы ещё.

Николай Стариков: Чтобы дети там объелись. Кто будет за это отвечать? Количество проблем колоссальное. Просто проанализируйте это. Когда вы сидите и понимаете, что жалко, конечно, это всё уничтожать. Но если вы не будете это уничтожать, а просто откинете, это с другой стороны заедет. Что делать? Вы принимаете это, казалось бы, странное решение начать всё это сжигать. Но оно более рациональное и правильное, чем кажущееся более рациональным и правильным решение эти продукты куда-то отдать. Поймите, продуктов там сотни тысяч тонн — куда это, как?

Дмитрий Пучков: Я, честно говоря, не представляю, как они сжигать будут. Физически не представляю, что за устройство нужно для сожжения. Походные крематории?

Николай Стариков: Посмотрите, ведь это же заявление, которое, возможно, отобьёт желание тащить контрабанду через границу в таком количестве. То есть сожжём, обратно не получите. Ну, мы тогда и не повезём. Мне кажется, что эта громкая кампания с заявлением про автоклавы, хотя их уже закупили у питерской фирмы, имеет целью не только реальные действия, но и предотвращение по принципу «У нас на каждом метре Карацюпа с Джульбарсом стоит, вы не пройдёте, ребята, и не дёргайтесь».

Эмоции отложите в сторону. Принять решение, что одну тонну груза куда-то можно сдать, возможно сделать, но у вас их больше, кто будет гарантировать качество, где хранить, кто оплатит доставку? Там возникает такое количество вопросов, которые решить невозможно.

Дмитрий Пучков: Невозможно, однозначно. А вот, применительно к санкциям. Накал санкций основной, он после катастрофы с «Боингом», который сбил непонятно кто.

Николай Стариков: А мне кажется, что очень даже понятно кто.

Дмитрий Пучков: По-моему, даже разбирать не