К-19. Рождающая мифы - Владимир Ильич Бондарчук

ядерным топливом для отправки на комбинат «Маяк» для переработки. Не было на флоте подобной должности, как начальник комплекса перезарядки, в обязанности которого входило осуществление всех работ по обращению с ядерным топливом. Все эти работы относились к потенциально опасным работам, должным образом оформлялись, как и положено, приказами командующего флотом. Но, как видно из других приказов комфлота, они не представляли особого риска для их участников. Поэтому нет у меня оснований для поступления в элитный клуб любителей радиационных ощущений под названием подразделение особого риска. За умение работать без риска у нас не принято вознаграждать. Ну что ж, как-нибудь обойдусь без пособия на молоко (работникам вредного производства положено молоко). Зато нет на мне греха, что по моей вине подвергалась риску чья-то жизнь.

Что же касается членов экипажа К-19 первого состава, участвующих в ядерной аварии, то они, действительно пострадали от воздействия радиации и нуждаются в заботе государства.

Глава 7

ЖЕЛЕЗО И ЛЮДИ

Ракетоносцы 658 проекта

Опыт, накопленный в ходе проектирования и постройки первых отечественных атомных торпедных лодок, а также дизель-электрических ракетных лодок В611 и 629 проектов, позволил в середине 1950 годов приступить к созданию подводного атомного ракетоносца.

Партийно-правительственное постановление о создании атомной ракетной ПЛ проекта 658 вышло 26 августа 1956 года. Проектирование корабля было поручено ЦКБ-18 (в настоящее время ОГУП ЦКБ МТ «Рубин»), Работы по проектированию велись под руководством главного конструктора С.Н. Ковалева.

Для сокращения сроков реализации программы, а также для снижения технического риска, было решено создать первую советскую ПЛАРБ на основе конструктивных решений, реализованных на торпедной атомной ПЛ проекта 627.

В соответствии с первоначальными планами, корабль предполагалось оснастить ракетным комплексом Д-2 с жидкостными ракетами Р-13, имеющими надводный старт. Испытания этого комплекса начались в 1958 году.

Однако в марте 1958 года вышло Постановление правительства о разработке проекта 658М, предусматривающее переоснащение лодки перспективными ракетами с подводным стартом.

Работы по созданию первой советской ПЛАРБ развернулись практически одновременно с работами в США, где в 1956 году началась реализация программы «Поларис».

Строительство ракетных атомоходов развернулось на заводе № 402 в г. Северодвинске. Первая лодка 658 проекта К-19 была заложена 17 октября 1958 года. Вступила в строй 12 ноября 1960 года. В течение шести лет с 1958 по 1964 год было построено 8 ПЛА: К-19, К-33, К-55, К-16, К-145, К-149, К-178.

На фоне роста ядерного ракетного подводного флота США успехи советских кораблестроителей выглядят довольно скромно. С 20 октября 1959 года по 29 мая 1964 года ВМС США ввели в строй 20 ракетоносцев: 5 — типа «Джордж Вашингтон», 5 — типа «Этой Ален» и 10 — типа «Лафайет». Еще разительней отличается ракетное вооружение.

Лодки 658 проекта вооружались ракетами Р-13 с надводным стартом, дальностью пуска 650 км, и круговым отклонением 4 км, что обеспечивало поражение лишь площадных целей. Двигатель ракеты работал на «тонке» — горючем ТГ-02 (смесь ксилидина и триэтиламина) и окислителе АК-27И (раствор четырехокиси азота в концентрированной азотной кислоте). Так как компоненты топлива при соединении с окислителем воспламенялись и являлись источником повышенной пожарной опасности, было решено хранить ракету в шахте, заправленную только окислителем. Горючее размещалось в специальных емкостях (отдельно для каждой ракеты) вне прочного корпуса лодки и подавалось в ракету в ходе предстартовой подготовки.

Жидкостные ракеты в мирные дни «холодной войны» представляли серьезную угрозу для личного состава лодок. Почтенные «гаджиевцы» пожилого возраста могут припомнить случаи, когда при погрузке роняли ракету на пирс и как спасались от паров пролитого окислителя. Вершиной агрессивной сущности жидкостных ракет стал взрыв ракеты в шахте и последующее затопление советской ПЛА К-219 у берегов США.

Американский флот создал принципиально новую систему оружия, основу которой представляла не имеющая аналогов малогабаритная твердотопливная баллистическая ракета с подводным стартом, обладающая большими возможностями, чем советская ракета. Малые габариты «Поларисов» (длина 8,68 м, диаметр 1,37 м), а также простое компактное пусковое устройство позволили разместить на «Джордже Вашингтоне» 16 ракет.

Солидные габариты отечественных баллистических ракет допускали размещение на лодке 658 проекта лишь три ракетные шахты. Их расположили в ограждении рубки, которая в результате получилась необычайно крупной, ущербной с точки зрения гидродинамики. Из-за требований высокой мореходности в надводном положении во время предстартовой подготовки и пуска ракет носовая оконечность сделана в виде «корабельных» обводов.

Адекватного ответа на американскую ракетную программу не было достигнуто ни в количественном отношении, ни в качественном: 8 единиц советских ПЛАРБ против 20 американских. Суммарный ракетный залп советской стороны составлял 24 ракеты надводного старта, американской — 320 ракет подводного старта. Максимальная дальность советской ракеты — 650 км, американских — 2200 км «Поларис А-1» и 2800 км «Поларис А-2». Появление в составе советского флота атомных ракетоносцев не осталось незамеченным, и по коду НАТО им была присвоена «кличка» Hotel.

Созданные первые атомные подводные ракетоносцы в сочетании с дизель-электрическими ракетными ПЛ проекта 629 должны были создать противовес американским ПЛАРБ. В действительности, ПЛА проекта 658 представляли собой лишь номинальные боевые единицы. Ненадежная работа ядерной энергетической установки не позволяла лодкам надолго отрываться от берега. Всю тяжесть боевой службы взвалили на безотказные «дизелюхи» 629 проекта. Атомные ракетоносцы представляли собой изделия престижа. Когда на Северном флоте Хрущеву демонстрировали подводный старт ракеты, стрельнула дизельная лодка со знаменитым бортовым номером три семерки, а «раскланиваться» под аплодисменты всплыла атомная К-33.

Боевые возможности лодок 658 проекта существенно ограничивались характеристиками ракетного комплекса. Для ракетного залпа требовалось 12 минут находиться в надводном положении в непосредственной близости у берегов противника, что делало лодку отличной целью для противолодочной авиации. Но до берегов противника еще надо было добраться, Не может не вызвать ироничной улыбки рассказ кока-инструктора К-19 М.Д. Гонеева корреспонденту газеты «Инсарский вестник» (30.05.2002 г.): «Весь 1960 год ракетоносец находился в море. На берегу мы были лишь 18 суток. Упражнялись в торпедных стрельбах, осуществляли швартовные испытания. Только команды «погружения» и «всплытия» отрабатывали два месяца подряд. Очень впечатляли пуски ракет. Когда остроносый снаряд покидал шахту, лодка тряслась. Но техника работала как часы».

Большим оптимистом оказался кок-инструктор. Не то, что командование флота. Чтобы разобраться с работой этих «часов», в январе 1961 года была создана межведомственная комиссия. В нее вошли представители проектных, кораблестроительных и военно-морских ведомств. Основной задачей этой комиссии была проверка надежности корабельного оборудования, из-за неисправности которого лодки часто возвращались в базу.

На ПЛА К-33 комиссия решила совершить испытательный поход. Цель — выйти в море и продержаться там, сколько будет возможно. Смогли продержаться 17 суток, чтобы убедиться в худших подозрениях. Обе главные установки были