Воспоминания о Русско-японской войне 1904-1905 годов участника-добровольца - Константин Иванович Дружинин

перед нами; проникнуть через его линию охранения было почти невозможно (хотя мы пытались это делать, о чем скажу ниже), вследствие бдительности охранения японцев, а также вследствие дождливого времени (иногда нельзя было переправляться через реку даже вплавь)[26].

28 или 29 июля пришло приказание штаба Восточного отряда произвести разведку противника в районе Шанматун – Ломогоу – Титуню, что ясно показывало недоверие к разведке отряда Грекова, так как этот район входил в сферу его действий. Действительно, вот что было донесено за последние дни:

24 июля. «Разъезды, высланные от Мяолина из отряда Мищенко, выяснили передвижение противника вниз по долине Сидахыа и занятие ими Пахудзая в 7 верстах от Мяолина. В общем, всеми разведками и показаниями лазутчиков определяется эшелонирование значительных сил противника по Мандаринской дороге между Хайчен и Янтай, равно как и передвижение сильной обходной колонны к долине р. Сидахыа».

27 июля. «От наших разведок продолжают получаться сведения о сосредоточении значительных сил противника в долине Сидахыа, к югу от Пахудзай».

28 июля. «27 июля генерал Греков с 7 сотнями и 2 охотн. командами, при 4 конно-горных орудиях, произвел усиленную разведку в долине Сидахыа, к югу от Пахудзай. У Тинчана (2 версты южнее Пахудзай) отряд был встречен сильным огнем противника. Наступление 2 спешенных сотен, поддержанных огнем 2 орудий, заставило японцев в беспорядке отойти к югу. Генерал Мищенко, прибывший с 2 сотнями и 4 орудиями от Сансычецзы, поддержал артиллерийским огнем наступление Грекова, который вынудил японцев отойти к Тыашентуню (всего на 3 версты, считая от Тинчана). Наступление ночи и туман заставили Грекова прекратить наступление, и отряд отошел к Лаодитану. У нас ранено 6 казаков. Разведчиками в Восточной и Южной группах армии движения значительных сил противника не обнаружено».

30 июля. «Разведчиками Восточного отряда определилось, что в долине Сидахыа передовые части противника остаются в Тыашентунь. Наша застава заняла 29 июля Тинчан, в 3 верстах на северо-восток от Тыашентунь. Также замечено присутствие значительных сил противника в долине правого притока Сидахыа, в окрестностях Лиудохыа (долина Ломогоу), верстах в 20 от Ляньдясань, в южном направлении. Против Ляньдясань ближайшая застава противника занимает Холунгоу. По сведениям лазутчиков Куроки прибыл в Тхавуан (Хоян)».

Воистину отряд Грекова решительно ничего не выяснил и только возбудил напрасное опасение о наступлении значительных сил долинами Ломогоу и Сидахыа. Усиленная рекогносцировка, руководимая двумя генералами, производит впечатление оперетки. Право, не стоило беспокоить так много войск (всего 9 сотен, команды и 8 орудий), чтобы отбросить на 3 версты ничтожную японскую заставу, ничего не узнать и отойти домой отдыхать. Но у нас одинаково довольствовались в штабах всякими донесениями, и хорошими, и пустыми, лишь бы только можно было что-нибудь телеграфировать в Петербург и оповещать всему цивилизованному миру. Но, вероятно, генералу Иванову понадобилось узнать что-нибудь верное относительно верховьев долины р. Сидахыа, и вот обратились к отряду в Тунсинпу, приглашая его разведывать в районе Грекова. Я послал 29 июля 6 стрелков 1-й роты, вызвавшихся идти на разведку охотниками (см. приложение 2). Они возвратились 2 августа и донесли, что доходили до самой деревни Титуню (а они ведь эти места хорошо знали, простояв там более месяца), где видели лишь бивак ничтожных сил противника, и на основании этой разведки я мог утверждать, что в то время ни в долине Ломогоу, ни в долине Сидахыа, не было даже и полка японцев. Следовательно все вышеприведенные донесения были или непроверенными слухами, или плодом фантазии. Вероятно, верховья долины Сидахыа и Ломогоу занимали те же передовые прикрывающие части противника, с которыми мы имели дело в Титуню, и раньше в Сандиазе и Тинтее. Я ручаюсь за добросовестность 6 разведывавших стрелков, ибо они готовы были совершить какой угодно рискованный подвиг, а кроме того, я обещал наградить их белыми крестами, но, к сожалению, и перед этими героями я оказался обманщиком, потому что мое представление о их награждении, конечно, завалялось в штабах.

1 августа штаб Восточного отряда предписал Грекову произвести рекогносцировку на деревне Ломогоу, и, насколько помню, он должен был выслать для этого 3—4 роты, 4 орудия и 5 сотен. Свешников просил меня о содействии, намекал даже о выручке, в случае их критического положения, но, зная, что никакого противника у Ломогоу мои храбрые соседи не встретят, я ограничился приказанием начальнику заставы № 1 сотнику Ребиндер держать связь с наступавшими частями отряда Грекова, что он и выполнил. Рекогносцировка свелась к высылке 3 сотен, исследовавших район между Шанматун и Ломогоу, после чего последовало донесение в штаб Восточного отряда, «что противник не был обнаружен», и оговаривалось, что «японцы были и ушли». О моем дополнении к сему донесению я уже сказал выше. Вот как разведывал и доносил со своим начальником штаба генерал Греков, но, вероятно, удовлетворял своею деятельностью начальство, давая все-таки некоторый материал для писания.

К 5—6 августа дожди прекратились, вода в горных потоках пошла быстро на убыль, и необходимо было посмотреть подробно, что делается на правом берегу долины Ломогоу. Разведка была произведена сотником Васильковским с 4 стрелками 9-й роты и 5 пешими казаками. Он должен был сперва обследовать местность вблизи Хоганзы и Холунгоу и, в случае если противника там не окажется, проникнуть далее уже с большим числом людей. Седьмого августа днем Васильковский донес мне, что может идти далее, и я послал ему в ночь на 8 августа 6 стрелков 10-й роты и 15 стрелков 9-й, с 4 казаками (проводник от Васильковского и еще 3 конных для посылки донесений). Имея в своем распоряжении всего 35 человек, отважный разведчик пробрался до самого Нютхиая и, исследовав линию сторожевого охранения противника, отошел на другой день с рассветом. Он был почти окружен, но пользуясь темнотой, ему удалось уйти.

Вечером 8 августа через деревню Тунсинпу проследовали 2 сотни из отряда Грекова, под начальством подъесаула Козлова, производившие рекогносцировку у деревни Мамакей (5 верст восточнее деревни Шанматун), главным образом для выяснения гибели разъезда Юзефовича. По словам Козлова, он обстрелял с высот над деревней Мамакей несколько партий японцев и их транспорт, а от китайцев узнал о гибели всех 6 казаков разъезда и их офицера. Так как эта разведка обнаружила присутствие японцев к югу от Холунгоу, в тылу Васильковского, и, пожалуй, могла заставить их пошевелиться, то я начал опасаться, чтобы они не окружили моих разведчиков, и ввиду этого приказал полусотне читинцев под начальством сотника Зеленкова, находившейся на заставе № 2 на перевале, с рассветом 9 августа занять деревню Холунгоу. Подтверждение гибели