К-19. Рождающая мифы - Владимир Ильич Бондарчук

Л.Г. Осипенко. Вот что по этому поводу пишет Л. Жильцов: «Командиром он чувствовал себя и в критических ситуациях. Однажды на лодке отвернулась дренажная пробка. Нужно было завернуть ее ключом, что по силам каждому. Однако находиться в трюме у реактора можно было не более одной-двух минут, чтобы не получить опасную дозу радиации. Этого времени хватает только, чтобы спуститься в трюм и начать крутить пробку. Осипенко решил использовать для выполнения этой операции весь офицерский состав, независимо от боевых частей. И сам первый полез в зараженный отсек».

Лезть командиру в реакторный отсек и крутить гайки — не только не обязательно, но и противопоказано. Разве что для вдохновения нерешительных. А вот раздробить индивидуальные дозы на более мелкие — это уже прямая обязанность командования лодки. Если сложить индивидуальные дозы, полученные спецтрюмными при аварии, и разделить на количество людей в дивизионе движения, включая офицеров, то смертельных доз не получил бы никто. Вот такая грустная арифметика.

Кажется странным, что никто из членов экипажа К-19 в своих воспоминаниях ни словом не обмолвился о такой знаковой фигуре любого корабля как старший помощник командира. Старшим помощником на К-19 был капитан 3 ранга Ваганов Владимир Александрович, назначенный на эту должность с должности командира подводной лодки М-253. Это было явно ошибочное решение кадровых органов. Владимир Александрович уже прошел должность помощника на С-154, с психологией старпома уже расстался. Он уже почувствовал вкус командирской власти, и заниматься черновой старпомовской работой в такой сложный период как строительство лодки ему было в тягость. Он примерял по себе уже мостик. И все беды К-19, выпавшие на ее долю с самого рождения — это блеклая работа старшего помощника командира по сколачиванию экипажа, созданию элементарной организации. В любом случившемся происшествии на К-19 просматривается отсутствие старпомовской работы. Все повседневные заботы были свалены на помощника командира Енина, который постоянно замещал старпома, при этом исполнял еще и штатные обязанности и помощника командира, и минера. Всем членам экипажа Енин запомнился обаятельным морским офицером, как говорится «своим в доску», одним словом — хороший человек. Но на флоте должности «хороший человек» нет.

Интересными наблюдениями по старпомовской деятельности поделился бывший врач Б-64 Игорь Аркадьевич Мазюк, назначенный врачом на строящуюся ПЛА К-8. Пока «восьмерка» строилась, ему пришлось заменять врача на К-3, принимая участие в ее госиспытаниях. Так что имел возможность понаблюдать за деятельностью командира К-3 Л.Е. Осипенко и тесно взаимодействовать со старшим помощником Л.М. Жильцовым: «Что такое хороший старпом на подводной лодке, меня научил на Б-64 Анатолий Иванович Павлов (потом первый старпом на ПЛА К-21. — В.Б.). Это, прежде всего, личность, не допускающая возражений и пространных рассуждений. Во-вторых, это реальная исполнительная власть во всех без исключения вопросах службы, быта и решения личных вопросов членов экипажа. Нельзя даже теоретически придумать какой-нибудь вопрос, который бы взялся решать отдельно командир подводной лодки без предварительной реакции старшего помощника.

А.И. Павлов и Л.М. Жильцов «были сделаны по одной колодке». Оба были великолепно эрудированы, прекрасно знали русскую и зарубежную литературу, разбирались в живописи и музыке. Этот культурный багаж не мешал им свирепо наводить уставной порядок на лодке… иногда с применением неформальной лексики и строгих взысканий. Они хорошо понимали, что цель оправдывает средства. Действовали законно, но чрезвычайно жестко».

А.И. Павлов был первым старшим помощником на К-21, где командиром был В.Н. Чернавин. Вызывает восхищение удачное решение кадровых органов в подборе тандема «командир — старший помощник» на ПЛА К-3 и К-21. Впоследствии командиры и старшие помощники этих лодок стали адмиралами и Героями Советского Союза. В этом отношении К-19 не повезло.

В печально известном последнем походе в составе экипажа принимали участие 138 человек.

Офицерский состав:

— командир — капитан 2 ранга Затеев Николай Владимирович;

— старший помощник командира капитан 3 ранга Ваганов Владимир Александрович находился в отпуске. Вместо него дублером старшего помощника в поход пошел капитан 3 ранга Кузнецов Георгий Анатольевич — старший помощник командира 184 экипажа;

— заместитель командира по политической части — капитан 3 ранга Шипов Александр Иванович;

— помощник командира — капитан-лейтенант Енин Владимир Николаевич;

— командир БЧ-1 — капитан-лейтенант Шабанов Валентин Анатольевич;

— командир электро-навигационной группы — старший лейтенант Сергеев Вадим Львович;

— командир БЧ-2 — капитан-лейтенант Мухин Юрий Федорович;

— командир группы систем управления БЧ-2 лейтенант Богацкий Глеб Сергеевич перед походом слег в госпиталь. Вместо него в поход пошел лейтенант Ильин Анатолий Семенович из другого экипажа;

— командир БЧ-4, РТС — старший лейтенант Лермонтов Роберт Алексеевич;

— начальник медицинской службы капитан медицинской службы Вадюнин Иван Степанович по семейным обстоятельствам не смог участвовать в походе. Его заменил врач с ПЛА К-14 майор медицинской службы Косач Виктор Адамович;

— начальник химической службы лейтенант Улищенко Анатолий Николаевич находился в отпуске. Вместо него в поход пошел старший лейтенант Вахромеев Николай Николаевич;

— начальник интендантской службы капитан Иванов Виктор Александрович был в отпуске. Его отсутствие во время похода на боевую готовность лодки не оказало существенного влияния;

— командир БЧ-5 — инженер-капитан 3 ранга Козырев Анатолий Степанович;

— командир дивизиона движения — инженер-капитан-лейтенант Повстьев Юрий Николаевич;

— командиры групп дистанционного управления — КГДУ: старшие инженеры-лейтенанты Ковальков Виталий Аввакумович, Кузьмин Анатолий Константинович, Ковалев Анатолий Прохорович, Ерастов Юрий Васильевич, Герсов Владимир Александрович, инженер-капитан-лейтенант Красичков Михаил Викторович. Дублеры КГДУ — инженеры-лейтенанты Корчилов Борис Александрович и Филин Юрий Павлович со 184-го экипажа. Старшие инженеры-лейтенанты Плющ Владимир Петрович и Кузьмин А.В. находились в отпуске. М.В. Красичков уже был назначен командиром дивизиона живучести К-19, но в поход пошел в должности КГДУ, так как еще не был допущен к исполнению обязанностей командира дивизиона. В походе исполнял обязанности командира реакторного отсека вместо отсутствующего Плюща;

— командиры групп КИПиА: старшие инженеры-лейтенанты Волков Николай Петрович и Михайловский Николай Николаевич. Старший инженер-лейтенант Галюта Андрей Васильевич находился в отпуске. Его заменил старший инженер-лейтенант Зеленцов Игорь Григорьевич с К-40;

— командир турбинной группы — старший инженер-лейтенант Глушанков Геннадий Викторович;

— командир электротехнического дивизиона — инженер-капитан-лейтенант Погорелов Владимир Евгеньевич;

— командиры электротехнических групп: инженер-лейтенант Васильев Александр Михайлович и старший инженер-лейтенант Прокофьев Владимир Петрович со 184 экипажа, старший инженер-лейтенант Макаров Владимир Николаевич находился в отпуске;

— командир дивизиона живучести — инженер-капитан-лейтенант Калинцев Виктор Сергеевич с К-14.

Дублером командира в поход пошел командир К-14 капитан 2 ранга Першин Владимир Федорович.

В походе участвовали прикомандированные офицеры: посредник от штаба флота капитан 2 ранга Архипов Василий Александрович, представитель политуправления капитан 2 ранга Андреев Николай Петрович и представитель ракетного отдела майор технической службы корабельного состава Жамов Владимир Петрович.

Планировалось участие в походе начальника электромеханической службы бригады