Приятного аппетита - Владимир Ефимович Комов

задумался и закурил. — Молодой человек с первого слова все преотлично понял. Зачем же его так травмировать? Чего доброго вовсе выбьется из колеи… Но почему все-таки он так безобразно относится к учебе и упорно отмалчивается, когда спрашиваю о родословной шести «хвостов»?.. И все же пора кончать — можно перегнуть палку».

— Итак, какие вы сделали выводы? Когда думаете ликвидировать академическую задолженность?

— Даю честное слово, — второкурсник привстал, взмахнул ресницами гимназистки-недотроги и тихо, словно с превеликим трудом выталкивал каждое слово, продолжил: — Вот приедет папа из весьма важной командировки и во всем разберется…

Декан снял очки, не спеша протер их и устремил на молодого человека взор, полный удивления и юношеского любопытства.

Впечатлительный человек

Человек я впечатлительный — с ходу поддаюсь самовнушению, подсказанному письменными и устными советами, предостережениями, рекомендациями. Но последнее время меня стали настораживать взаимоисключающие, как выражаются специалисты, выводы. Разве это нормально? Такой разнобой и, я бы сказал, подобная резкая дезориентация порой выбивают из равновесия и даже мешают целенаправленным действиям.

В самом деле. В свое время, например, писали, что голуби полезны — и я стал их разводить, а также подкармливать в близлежащих дворах. Затем сообщили, что эта птица причиняет разнообразный вред. Конечно, я незамедлительно принялся за сокращение их поголовья.

Помню статьи и беседы, очень даже горячо призывавшие истреблять волков серых и других мастей. Купил ружье, научился стрелять, с соблюдением личной безопасности, и включился в ряды охотников. Обо мне и моих коллегах даже заметку напечатали: мы добыли три выводка хищников. А вскоре началась активная пропаганда в печатных органах, по радио и телевидению: «Надо беречь волков. Они нужны для баланса, равновесия. А то-де этих животных со временем увидим только в зверинцах»…

Тут же горячо откликнулся — сдал охотничий билет, забросил ружье и взял на воспитание волчонка. Вырастил, выходил. Правда, вчера отвез в зоопарк: соседи пожаловались в милицию — дескать, пугает и может нанести опасные для жизни укусы.

Хочется подчеркнуть очень решительно, что еще больше шараханий-поворотов в научно обоснованных рекомендациях по режиму питания и оздоровительным тренировкам. К примеру, всех нас, в том числе пенсионеров, уговаривали бегать трусцой. Купил спортивный костюм и затрусил. И вдруг предостережение: «Не увлекайтесь, не забывайтесь»…

А про помидоры так писали, что даже озноб пробирал — дескать, сколько от них серьезных болезней самоутверждается. Однажды открываю научный журнал — и уже вижу успокоение: «Ешьте, мол, на здоровье помидоры. Они нужны и полезны организму в любом возрасте».

Ну, а про чай, сахар, масло и другие продукты — и высказываться не приходится…

Повторяю: человек я впечатлительный и не могу мириться с такими нервирующими скачками. Да и психология плюс организм просто не управляются перестраиваться!

…Кстати, вы не слыхали о самых последних медицинских рекомендациях по отношению к окружающему животному миру?

В трех соснах

Учетчик из колхоза «Красная дубрава» Тихон Павлушкин опоздал на совещание: мотоцикл подвел. В райисполком прибыл, когда в коридорах уже стояла тишина, густо пропитанная табачным дымом.

Докурив папиросу, пошел по длинному коридору. Из маленькой комнатки вышла уборщица с ведром. Павлушкин тихо спросил:

— Где заседают?

— В главном зале, сынок.

Учетчик осторожно открыл дверь, незаметно проскользнул в зал и пристроился в самом последнем ряду. Затем огляделся и стал слушать докладчика.

«Что-то не пойму, — спустя некоторое время подумал Тихон, — вызывали на совещание по учету, а с трибуны говорят про сапожников и химчистку. Видно, не туда попал». И, согнувшись, он шмыгнул в коридор.

Поднялся на второй этаж. Тут же встретил какого-то мужчину с папками под мышкой.

— Скажите, пожалуйста, где совещаются?

— Вон, в крайнем кабинете.

Не скрипнув дверью, Павлушкин на цыпочках вошел в большую комнату, набитую людьми. Примостился на подоконнике, вынул блокнот и приготовился записывать…

«Почему же они о качестве гончарных изделий, табуреток и телогреек рассуждают? Опять, видать, ошибся…»

Вышел на цыпочках и устало побрел искать свое совещание. Навстречу — снова уборщица.

— А ты, сердечный, все маешься?

— Никак учетчиков не найду.

— Погляди-ка на первом этаже, в кабинете у самой лестницы.

Открыл двери — не протолкнуться. Но все же кое-как втиснулся. А с трибуны несется:

— Пора, товарищи, поднять на высший уровень противопожарные мероприятия и принципиально взяться за дороги и мосты…

«А здесь не то пожарники, не то дорожники совещаются. Выходит, заблудился в трех соснах, — вздохнул Тихон и с трудом выбрался из кабинета. — Полдня потратил и все же не попал на место. Что председателю скажу? Все равно не поверит…»

Вышел Павлушкин на крыльцо, и вдруг удача: увидел знакомого учетчика из соседнего колхоза.

— Здравствуй. Будь другом, выручи: уж третий час ищу совещание. Все кабинеты обошел — впустую.

— Э, брат, я сам с утра плутаю. На трех мероприятиях побывал и все никак в мишень не попаду.

На крыльце, гремя ведрами, появилась уборщица.

— Что же вы, граждане солидные, прохлаждаетесь, не заседаете?

— Да все никак не найдем своей пристани.

— А в сельскохозяйственное управление заглядывали? — уборщица присела на скамейку. — Спозаранку оттуда шофер приезжал. Рассказывал, что у них сегодня чуть ли не с полдюжины совещаний. Так что не мешкайте, может, еще разыщете и отсидите свое. А то прогул зачтут вам, и неприятности могут случиться. — Сердобольная женщина поднялась и вздохнула. — Ох и порядки, не могут для ясности вроде бы кабинетные дорожные знаки на дверях повесить. Чтобы люди не блукали и различали, кто и где заседает…

Коллеги поблагодарили и, усевшись на мотоциклы, помчались искать свое совещание.

Горчица в чернильнице

— Выручи, Петр Кузьмич, — сказал в конце рабочего дня директор совхоза, — подшей трестовские приказы. Секретарь не скоро из отпуска прибудет, а бумаги в беспорядке.

— Пустяковое дело. За полчаса управлюсь, — учетчик закурил и стал убирать со стола.

— Поглядим, — чуть улыбнулся директор и осторожно прикрыл дверь.

…В конторе тихо — все разошлись, только тетя Паша шуршит в соседней комнате веником.

Петр Кузьмич снял пиджак, придвинул гору бумаг, приготовил скоросшиватель и приступил к делу. Постепенно заинтересовался — стал вслух читать приказы управляющего трестом Сечкина.

Крепко досталось соседям: два строгих и один простой… А вот дюжина специалистов в один замах попала под разгневанную руку. Учетчик наколол на скоросшиватель листки, а затем с опаской погладил их.

Хлопнула дверь. Заглянула тетя Паша:

— Ты бы, полуночник, домой шел. И электричество зря переводишь.

— На три копейки, может, нагорит — невелик расход. Тут дела похлеще. — Петр Кузьмич вынул из ящика стола счеты и снова закурил. — Тетя Паша, ты к моей забеги — скажи, по спецзаданию задержусь.

Уборщица поворчала про себя и