Право на жизнь - Анна Денисова

— Они, — выдохнул Соколов, и в его голосе прозвучало торжество. — Трейлер. Прошёл здесь не больше часа или двух назад. Снег ещё не успел запорошить.

Викинг выпрямился. Его лицо в свете фонаря было холодным и сосредоточенным. В глазах горел мрачный огонь удовлетворения.

— Значит, мы были правы, — произнёс он. — Они едут к бункеру. К Беловой. Ну что ж, тем лучше. Там мы их и возьмём. Поехали. Жми на газ.

Они вернулись в кабину. Грузовики взревели и рванули с места, набирая скорость. Викинг снова уставился в темноту за лобовым стеклом, но теперь в его молчании было что-то другое. Не просто сосредоточенность, а какая-то мрачная, внутренняя работа мысли.

— Знаешь, Соколов, — заговорил он наконец, не поворачивая головы. Его голос звучал глухо, почти задумчиво. — Я ведь всё для них делал. Для всех. Для этих людей. Я построил этот лагерь из ничего. Из руин и дерьма. Я дал им стены, крышу над головой, еду, тепло, защиту. Я дал им порядок в этом обезумевшем мире. Я дал им шанс выжить, когда вокруг все умирали. А они… они этого не оценили.

Соколов молчал, глядя на дорогу. Он знал, что Викингу сейчас не нужен собеседник. Ему нужен был слушатель.

— Этот Дмитрий, — продолжил Викинг, и в его голосе прорезалась горечь. — Я ведь его предупреждал. Я говорил ему: не лезь, это не твоё дело. Я объяснял ему правила. Но нет, он решил, что он умнее. Что его мораль, его принципы важнее выживания. Он пришёл в мой кабинет и потребовал ответа, словно мы были на равных. Глупец. В этом мире нет равных. Есть сильные и слабые. Есть те, кто принимает решения, и те, кто их выполняет. Или умирает.

Он замолчал, глядя на мелькающие за окном деревья. Соколов молча крутил руль, не произнося ни слова.

— Я не злодей, Соколов, — снова заговорил Викинг, и в его голосе прозвучала странная, почти усталая интонация. — Я реалист. Я вижу мир таким, какой он есть, а не таким, каким его хотелось бы видеть. В этом мире нет места слабости, сантиментам, жалости. Всё это пережитки прошлого, которые тянут нас на дно. Я пытался объяснить им это. Пытался показать им путь. Но они предпочли остаться слепыми. Они выбрали свою правду, а не мою. И теперь они заплатят за это.

Он повернулся к Соколову, и в его глазах, освещённых тусклым светом приборной панели, горел холодный, непоколебимый огонь убеждённости.

— Я прав, Соколов. Я всегда прав. Потому что я делаю то, что необходимо. То, что никто другой не осмелится сделать. Я — порядок в этом хаосе. Я — закон. И те, кто идёт против меня, идут против самого порядка. Они сеют хаос. А хаос нужно уничтожать. Без жалости. Без сомнений.

Он снова отвернулся к окну. В кабине воцарилась тишина, нарушаемая только рёвом мотора и шумом ветра за бортом. Соколов молчал. Он слышал эти речи не в первый раз. Он знал, что Викинг искренне верит в каждое своё слово. Верит в свою миссию, в свою правоту, в свою исключительность. И эта вера делала его опаснее любого оружия.

Грузовики мчались сквозь ночь, приближаясь к бункеру. Впереди, в серой предрассветной мгле, уже угадывались очертания трёх сухих сосен на пригорке, тех самых, о которых говорил Илья. Викинг заметил их и хищно улыбнулся.

— Почти на месте, — сказал он. — Готовь людей, Соколов. Скоро мы встретим наших беглецов. И я лично посмотрю в глаза Дмитрию, когда он поймёт, что проиграл. Снова. И на этот раз окончательно.

* * *

Белова отступила в сторону, пропуская их внутрь. Её глаза за толстыми линзами очков скользнули по избитому лицу Дмитрия, по его окровавленной одежде, по Денису, стоявшему рядом с каменным лицом. Она не задавала лишних вопросов, люди Викинга редко отличались опрятностью и хорошими манерами.

— Заносите материал, — сухо сказала она. — В блок «С». И побыстрее, у меня нет времени на…

Договорить она не успела. Денис сделал неуловимое движение, и в его руке блеснул пистолет. Холодное дуло упёрлось Беловой прямо в лоб. Она замерла, её глаза расширились за стёклами очков, но она не вскрикнула, не отшатнулась. Только побледнела ещё больше, став похожей на восковую фигуру.

— Тихо, — процедил Денис. — Без глупостей. Веди нас к Ане. И к детям. Паше и Яне. Живо.

— Вы… вы не от Викинга, — прошептала Белова, и в её голосе прозвучало не столько обвинение, сколько холодная констатация факта. — Кто вы? Что вам нужно?

— Нам нужны наши люди, — прохрипел Дмитрий, опираясь на плечо Дениса. Его здоровый глаз горел мрачным огнём. — Веди. Или ты труп.

Белова несколько секунд смотрела на них, словно изучая под микроскопом. Затем медленно кивнула.

— Хорошо, — сказала она. — Идите за мной. Но вы совершаете ошибку. Вы не понимаете, что я здесь делаю. Я не враг вам. Я пытаюсь спасти человечество.

— Заткнись и иди, — оборвал её Денис, подталкивая стволом в спину.

Они двинулись по длинному, гулкому коридору бункера. Стены из серого бетона, испещрённые трещинами и пятнами сырости, давили на сознание. Под потолком мерно гудели лампы дневного света, заливая всё вокруг безжизненным, стерильным сиянием.

Белова подвела их к массивной стальной двери с надписью «Блок С». Она набрала код на панели, и дверь с тихим шипением отъехала в сторону. Они вошли в просторное помещение, уставленное стеклянными боксами. Внутри, в этих прозрачных клетках, находились люди. Вернее, то, что от них осталось.

Аня была там. Она стояла у одного из боксов, с планшетом в руках, и что-то записывала. Услышав шаги, она обернулась. Её взгляд упал на Дмитрия, избитого, окровавленного, едва стоящего на ногах, опирающегося на плечо Дениса. Её лицо в один миг побелело, как полотно. Глаза расширились от ужаса и боли. Планшет выпал из её ослабевших пальцев и с глухим стуком упал на бетонный пол.

— Дима… — прошептала она, и её голос дрогнул. — Господи… что они с тобой сделали?

Она бросилась к нему, но Денис остановил её жестом.

— Потом, Аня. Сейчас не время. Где Паша и Яна?

— Они здесь, — Аня указала дрожащей рукой на соседние боксы. — Они ещё не заражены. Я уговорила Белову пока не трогать их. А вот… вот он.

Она кивнула в сторону третьего бокса. Дмитрий перевёл взгляд и увидел его. Пожилой мужчина, дядя Дианы. Он стоял, вцепившись побелевшими пальцами в решётку, но это был уже не человек. Его кожа приобрела