Дальше живут драконы. Том 1-2 - Александр Афанасьев

Выход нашли следующий — специалисты по радиосвязи создали несколько секретных пунктов связи — старые, высокие деревья на вершинах, и к ним цепляли, замаскировав антенну. Внизу был разъем для стандартной армейской рации, а так же небольшой терминал, на который надежды сейчас не было — батареи давно сели. Любой, кто воевал в этих местах — помнил координаты «гор чудес» наизусть, потому что от этого часто зависела жизнь, твоя и группы.

Вопрос в том слушает ли еще кто-то эфир. Поймет ли передачу — старым шифром, нового у него не было.

Единственный плюс — японцы прекратили активную радиоработу в этом регионе и вряд ли обратят внимание на отдельную передачу.

Когда идешь по джунглям, важно не отвлекаться. Как их учили: вы — здесь и сейчас. Все остальное — потом. Еще опаснее ходить по джунглям в одиночку, сломаешь ногу — только и останется что застрелиться. Хотя он видал людей, которые по неделе выполняли задачи со сломанной лодыжкой — перетягивали потуже и…

Да, были люди в наше время.

И все же. Мысль все время возвращалась к тому же…

Дети…

Маленькие фигурки на рисовом поле

Такие операции не проходят просто так. Были задействованы значительные силы они потеряли летающую лодку… хотя конечно не хотели. А могли потерять подводную лодку.

Такое нельзя было провернуть нелегально.

Генерал Исии занимался бактериологическим оружием, контролем сознания и подсознания, опытами над людьми…

Может, те пацаны — уже заражены?

Нет, тогда бы японцы не подходили к ним так близко.

Тогда что там происходит? Что там за гражданские?

В чем смысл работы на полях?

Может они воду отравили?

Русские — почему именно русские. Генералу Исии явно нужны были именно русские.

Вспоминай!

Правила проведения научного эксперимента — повторяемость, то есть результат должен повторяться. Понятно, почему много…

Но в чем все-таки суть?

И как вытаскивать их оттуда.

Парень молодец… вряд ли его сверстники могли бы повторить такое. Один прошел такое… да мало кто из разведки флота…

Если бы был один, два… даже несколько пленных — было бы проще. Но тут… дети. Хотя… какие к черту дети.

Коммандер Морган… при всей его пробивной силе и отвязности — вряд ли он сможет достать самолет. Им ведь военные действия в этом районе запрещены Конгрессом. Да и как его тут сажать?

Скорее всего, решать вопрос придется им.

Что если сделать снимки и выйти на японские военные власти. Показать снимки. Подобное — явно тянет на casus belli, повод к войне. И если сказать что шума не будет, но детей надо немедленно вернуть, японцы, скорее всего не захотят рисковать. Но это — если бы не было в деле генерала Исии. Он связан с милитаристскими кругами, настоящими психопатами и с японской мафией. Если то, что здесь происходит — вне ведения японских властей и даже милитаристских клик, и самому генералу за содеянное будет грозить серьезное наказание — он предпочтет замести следы.

Нет, нельзя рисковать…

Долго ли, коротко ли — но путь капитана подошел к концу. С трудом поднявшись по осклизкому, глиняному склону он стоял на вершине одного из самых высоких холмов в этих местах и обозревал местность.

Больше всего — его в этих местах поражала живучесть местной природы. Всего несколько лет назад здесь гремели бои. Американские самолеты АС-130 и АС-119 патрулировали тропу. Их вечные спутники, С123 «Провайдер» использовались для транспортных миссий и были основным самолетом программы дефолиации. Агент Оранж — боевой гербицид, уничтожающий растительность — тут его распыляли десятками и сотнями тонн. Сами американцы ведь тогда не знали, что он был ядовит, вот почему у четверти из тех спецназовцев, что воевали в этих местах — сейчас рак. Они то воевали под этими ядовитыми дождями. Но — прошло всего несколько лет, и глядя сверху даже не подумаешь, что тут была война. Тем более — такая война…

Дерево он узнал сразу — его и узнавать то нужды не было, самое высокое в этих краях. Взяв направление по компасу, он потоптался вокруг дерева, считая шаги, потом — взялся за саперную лопатку.

Через час система была собрана и подключена — антенна находилась на вершине древесной кроны, замаскированная, терминал внизу. Осталось с тех времен. Батареи давно сели, нужное для работы электричество он добыл ручной крутилкой.

Голосом или Морзе?

Это сейчас все привыкли голосом. Когда учебку оканчивал он — на первом курсе им по три часа в день давали азбуку Морзе. Преподаватель работал на ключе — звук выводился на наушники — а они писали всем классом сочинение на тему. Это для того чтобы они могли воспринимать азбуку морзе как человеческую речь, на слух.

Морзянка добивает дальше — но будет ли кто-то с этим разбираться? И запросить подтверждение он не может, сеанс «инициативный» и односторонний.

В конце концов, он решил передать сообщение шесть раз — дважды в день в разное время. Три дня ему нужно будет чтобы завершить дела с винтовкой и отдохнуть. Больше рискованно — могут запеленговать и послать патруль.

Индийский океан. Ударный авианосец «Цесаревич Николай». 29 июня 1979 года

Цесаревич Николай был систершипом Энтерпрайза, головного корабля серии крупнейшего авианосца мира. После проигрыша войны, отставки Макнамары и сокращения оборонного бюджета — на американских стапелях остались заложенными еще два корабля этой серии, причем один имел почти щестидесятипроцентную готовность. Российская казна выкупила оба остова авианосцев по цене металла с финансированием полной достройки. Таким образом, русский императорский флот получил два крупнейших в мире ударных авианосца и впервые вышел на третье место в мире по совокупному тоннажу.

Сейчас — Цесаревич Николай, флагман Тихоокеанского флота — шел в направлении Филиппин, намереваясь нанести дружественный визит в Субик-Бей. Еще десяток лет назад это была вторая по значимости стоянка Русского императорского флота, аналог Нагасаки[189]. Но тогда шла война. Сейчас войны не было и отношения портились медленно, но верно, потому что у победы сто отцов, а поражение всегда сирота. Но традиции пока сохранялись, и русские корабли заходили в Субик-Бей с визитами.

Поскольку воды эти считались условно-враждебными, штаб летных операций держал в воздухе самолет ДРЛО и в пятиминутной готовности — дежурную пару истребителей. Самолет ДРЛО помимо прочего выполнял роль самолета-ретранслятора. И именно он — уловил передачу, усилил сигнал и передал его на авианосец.

Второй раз — повезло, что в штабе летных операций сообщение попало на