Терминатор Пепельный фронт - Джон Сан

Рывок был таким сильным, что у нее потемнело в глазах. Ее болтнуло на веревке, ноги ударились о гладкую стену шахты ниже уровня лопастей.

Вууух. Лезвие со свистом пронеслось прямо над ее головой, едва не задев капюшон куртки.

Она висела в пустоте под вентилятором, тяжело, прерывисто дыша. Сердце готово было разорвать ребра. Она проскочила. Математика была побеждена безрассудством.

Девушка посмотрела вниз.

До дна колодца оставалось около двадцати метров. Там, внизу, шахта делала изгиб под углом в девяносто градусов, уходя в горизонтальный технический коридор.

Она возобновила спуск, плавно травя веревку.

Когда ее ботинки наконец коснулись твердого, металлического пола, она отстегнула карабин и тяжело осела на гиперсплав.

Тишина здесь была иной. Не было рева бури, не было свиста вентилятора. Был только низкий, пробирающий до костей инфразвуковой гул, от которого вибрировали даже внутренности. Гул работающей на пределах возможностей Хроносферы.

Элоди поднялась на ноги. Она включила свой фонарь, прикрывая луч рукой, чтобы светить только под ноги.

Она находилась в техническом коллекторе. Это и было то самое «Слепое пятно», о котором говорил старик Дитрих.

В отличие от стерильных, сияющих хирургической белизной главных коридоров базы Скайнета, которые Элоди видела на чертежах, этот тоннель был грязным.

Здесь не было гладких, хромированных стен. Всё пространство было опутано невероятным, хаотичным сплетением толстых труб, покрытых толстым слоем желтого и белого налета — минеральных солей, осевших от геотермального пара. С потолка свисали сталактиты из застывшей серы. На полу в стоках бурлила горячая вода.

Скайнет был совершенным искусственным интеллектом, но он не был всемогущим уборщиком. Ему не было дела до эстетики технических магистралей сброса. Для машин этот тоннель был просто кишкой, выводящей отходы реактора. Здесь не было красных лазерных сеток, не было камер наблюдения или патрулирующих дронов. Органика не могла выжить в этих трубах при рабочей температуре в девяносто градусов.

Но сейчас реакторы не сбрасывали тепло. Они его копили. Температура упала до сорока, сделав проход смертельно опасным, но проходимым.

Элоди закинула рюкзак за спину и двинулась по коридору.

Идти было тяжело. Влажный жар выматывал сильнее, чем мороз на поверхности. Одежда прилипла к телу, кровь из открывшейся раны медленно стекала по бедру, пропитывая штаны.

Тоннель петлял, огибая массивные бетонные блоки — остатки инфраструктуры старого адронного коллайдера, которые Скайнет не стал демонтировать, а просто встроил в свою базу.

С каждым шагом гул становился всё сильнее. Фиолетовое свечение начало пробиваться сквозь щели в трубах и решетках на полу.

Вскоре коридор уперся в массивную, забранную толстой стальной сеткой нишу.

Элоди подошла к решетке и выглянула наружу.

То, что она увидела, заставило ее забыть о боли, о жаре и о страхе. Она застыла, завороженная и подавленная абсолютно нечеловеческим масштабом открывшейся перед ней картины.

Она находилась на узком техническом мостике, нависающем под самым потолком гигантского, циклопического зала.

Зал был сферической формы, диаметром не менее двухсот метров. Он был вырезан прямо в монолитном граните горы Юнгфрау.

Но это была не просто пещера. Скайнет превратил внутренности горы в идеальный, сверкающий механизм.

Стены сферы были выложены отполированным до зеркального блеска иссиня-черным гиперсплавом. Вдоль экватора сферы, один над другим, вращались три колоссальных кольца магнитных ускорителей. Каждое кольцо было толщиной с многоэтажный дом, усеянное тысячами сияющих синим светом охлаждающих контуров.

Кольца вращались в разных направлениях с огромной, немыслимой скоростью, смазываясь в сплошные полосы света. От их вращения воздух внутри сферы искрился и дрожал.

В самом центре зала, там, где пересекались магнитные поля, висело в пустоте оно.

Темпоральное ядро. Хроносфера.

Это была сфера чистого, слепящего фиолетового света. Свет не рассеивался — он был заключен в невидимую, пульсирующую оболочку, словно плазма в магнитной ловушке. Энергия, сконцентрированная внутри этой сферы, была такой силы, что гравитация вокруг нее искажалась. Мелкие куски металлической стружки и строительного мусора летали вокруг ядра по странным, ломаным орбитам.

Но Скайнет не просто построил Машину Времени. Он подготовил армию для вторжения в прошлое.

Под сферой, на идеально ровном, сверкающем полу нижнего яруса, располагались ровные, уходящие вдаль ряды прямоугольных капсул.

Капсулы были прозрачными. Элоди, достав из кармана старый бинокль Эша, прильнула к окулярам.

Ее затошнило.

Внутри капсул стояли они. Инфильтраторы.

Сотни идеальных, созданных по образу и подобию человека боевых машин серии Т-800. Они не были похожи на изуродованного Инквизитора. Это были совершенные модели. На их хромированные эндоскелеты была наращена живая, искусственно выращенная плоть. Мышцы, кожа, волосы. Они выглядели как спящие, крепко сложенные мужчины и женщины разных возрастов. Они стояли абсолютно неподвижно, плавая в бледно-желтом питательном растворе, подключенные к сотням трубок жизнеобеспечения.

Машины, одетые в мясо убитого человечества, готовые шагнуть сквозь время, чтобы убить его будущее.

Скайнет не отправлял одного убийцу. Он готовился отправить взвод.

На мостиках вокруг капсул суетились дроны-обслуживатели и несколько белых Т-600, контролирующих процесс финальной загрузки данных.

— Вы все сгорите… — прошептала Элоди, опуская бинокль. Ее голос не дрожал.

В ней больше не было слез. Островок покоя остался в прошлом, похороненный вместе с ее друзьями. Смерть Эша, оставшегося замерзать на ступенях Врат, чтобы она могла пройти сюда, выжгла в ней последнюю слабость.

Она стала единственным носителем воли всего европейского Сопротивления. Маленьким, незаметным вирусом внутри совершенного организма Скайнета.

Она огляделась.

Ей нужно было найти способ обрушить эту систему. Технический коллектор, в котором она стояла, шел вдоль всей верхней полусферы зала.

Взгляд хакера зацепился за одну деталь, которая выбивалась из идеальной геометрии Скайнета.

От трех вращающихся колец магнитных ускорителей вверх, прямо к потолку сферы, уходили колоссальные, в два метра толщиной, матовые черные трубы. Магистрали охлаждения. Те самые трубы, о которых Эш говорил снаружи.

Темпоральное ядро выделяло столько тепла, что без постоянного отвода реакторы просто расплавили бы гору изнутри. Скайнет перекачивал жидкий азот под чудовищным давлением.

Трубы уходили прямо в скалу, проходя всего в десятке метров