Подземный бой - Александр Александрович Тамоников

в состав той группы входили старший офицер военной полиции, дежурный офицер американского миротворческого корпуса и капитан южнокорейского миротворческого корпуса. Американцы и южане тщательно подготовились к съемке.

— Тогда почему наши идиоты бросились защищать тополь, если он не служил естественной маскировкой?

«Да потому, безмозглый осел, что именно из-за тебя пограничники не знали, защищать им дерево или позволить американцам провести несанкционированную обрезку!» Подполковника начала распирать злоба.

Что уж греха таить, «инцидент с топором» случился по вине Ли Инсу. Да-да, можно до икоты винить в случившемся ЦРУ, но правда остается правдой. Тугодуму поручили сравнительно несложное задание: вычитать и дополнить инструкцию пограничникам и кадрам ДГБ об экстренных мерах при ЧП в демилитаризованной зоне. Генерал взялся за дело с присущей ему «изобретательностью». Насочинял уйму лишних, ненужных правил, отнимающих драгоценное время у людей, охраняющих государственную границу. Что-то полезное педантично вычеркнул. Но при этом не исправил ни одного устаревшего правила.

Страшно сказать, но инструкция до сих пор не содержит ни одного пункта, который бы касался провокационных действий противника в ОЗБ. Вдруг завтра американцы заявятся туда копать землю, сажать цветочки, ибо цветы — символ мира? Как, спрашивается, поступить северокорейским спецслужбам в подобном непростом положении? Прогнать америкашек метлой и лопатой? Обстрелять? Разбомбить? Присоединиться к посадке цветов? Полная неопределенность!

Возможна и другая ситуация. Вот сейчас у нас в гостях русские. Что, если среди них затесался диссидент? Он находится совсем близко к границе, его посещает желание пересечь ее, дабы броситься в объятия американцев, которые будут платить ему тысячи долларов за гнусную ложь о родной стране. Как поступить северокорейским пограничникам? Пуститься за перебежчиком в погоню и вторгнуться на южнокорейскую территорию? Или, не двигаясь с места, пристрелить советского гражданина? Как ни поверни, конфликтная ситуация получается. Почему о таких планетарных вещах должен думать лейтенантик на КПП? О таких вещах даже подполковнику Наму думать не положено. Есть Высокая Комиссия, пусть она и решает, а решения свои записывает в инструкцию.

Да мало ли какие еще происшествия происходят на границе? Их все необходимо предвидеть, заранее учесть и записать в официальных актах. Не должно возникать ситуации, в которой пограничник не знает, как правильно поступить! Просто не должно!

Ли Инсу этого не понимает и понимать не собирается, а ему, похоже, стесняются сказать, что он круглый дурак.

А вот чего не понимает и никогда не поймет подполковник Нам, так это того, зачем понадобилось задавать вопросы о событиях недельной давности в тот момент, когда Нам Чонхо поглощен поисками вражеского объекта на территории КНДР.

— Получится ли обстрелять высоту номер три? Например, из снайперской винтовки или из зенитки? — спросил у него Ли Инсу.

«С ума сошел?!» Внутри Нама все сжалось при мысли, что произойдет, если предоставить генералу карт-бланш. Начнется третья мировая война! Он поспешил заверить, что это технически невозможно, вдобавок будет расценено как нападение на Южную Корею и послужит поводом к началу войны.

Приняв позу Наполеона, генерал задумчиво сделал несколько шагов взад-вперед по кабинету.

— В таком случае мы обязаны свернуть операцию по поиску тоннеля. Американцы с высоты номер три увидят, как мы раскапываем тоннель, и поймут, что их тайная лаборатория скоро будет раскрыта. Тогда они захотят форсировать события и выпустят из нее микробов. Чтобы не допустить распространения опасной эпидемии по территории моей страны, я требую немедленно свернуть все работы… где, вы сказали, находится вход в тот тоннель?

— За горным массивом Хребет Великого Дракона! — выпалил Нам, сочиняя на ходу несусветную чушь.

Если начать препираться с Ли, то недолго распроститься со званием и со службой в ДГБ в целом. Объяснять, что окрестности деревни Саши не просматриваются с такого расстояния, хоть никакими горами с юга не заслонены, тоже не имеет смысла. Ли Инсу все равно не поверит. Лучше соврать и сыграть в дурачка, чтобы генерал почувствовал себя мудрым, прозорливым и важным.

Ли о чем-то задумался.

— По вашему приказу мы сегодня же под прикрытием Хребта Великого Дракона свернем все земельные работы и отправим русских домой в Россию, — вытянувшись в струнку, пообещал Нам.

— Русских надо выслать… — задумчиво произнес генерал. — Говоришь, хребет прикрывает вас от южан?

— Так точно! Хребет Великого Дракона — надежное прикрытие от глаз наших противников.

— Так зачем же сворачивать работы? Ты идиот?! — накинулся Ли на подполковника. — Если вы заслонены горами, то обязаны завершить начатое.

— Виноват, товарищ генерал! Не подумал.

— Остолопы! Почему вокруг меня сплошные остолопы?! — принялся возмущаться генерал. Он еще некоторое время ругался, но его мат становился все мягче и терял изощренность. Наконец Ли Инсу поостыл и распорядился: — Не мешкая возвращайтесь к работам! Тоннель должен быть расчищен в ближайшее время. О завершении работ тотчас доложить мне. Русских выслать обратно. Незачем было вообще их приглашать. Кто их позвал?

— У меня нет доступа к этой информации, товарищ генерал, — соврал Нам.

— Ладно, сам выясню, у меня есть доступ, — с важностью произнес Ли. Ему понравилось говорить с глупым маленьким подполковником. — Есть еще в наших рядах недалекие товарищи, которые не внемлют словам высшего руководства. Не понимают того, что изрек великий Ким Ир Сен об интернациональной помощи СССР. Наш вождь провозгласил курсом народа и партии опору на собственные силы. Опираться на собственные силы — вот источник национальной самостоятельности Кореи. Только дурак может выступать против национальной самостоятельности — так сказал в своей бесконечной мудрости товарищ Ким.

Генерал-лейтенант Ли еще несколько минут произносил громкие фразы, на разные лады интерпретируя речи генерального секретаря, из которых, похоже, не понял ни слова, кроме самых общих смыслов.

— Как прикажете достать из тоннеля вражеские документы и запасы — до того, как запустить туда газ, или после того, как газ выветрится? — продолжал корчить дурака Нам.

Ли раздраженно закатил глаза и чуть ли не прорычал:

— Ты разве не понимаешь, что газ будет выветриваться слишком долго? Сначала спуститесь в тоннель и заберите все что можно, а потом накачивайте туда газ…

Подполковник в разговоре четко придерживался тактики не перечить генералу и сделать вид, будто исполняет его приказы. В дальнейшем Нам свяжется со своим непосредственным начальником, который отменит приказ о закачке газа. Но это потом. А здесь и сейчас нужно подтолкнуть генерала Ли к тем указаниям, которые не сильно повредят делу. Он даже не сообразил, какой вздор несет, отвечая на вопросы подполковника. Газ из тоннеля не выветрится и за сотню лет, потому что катакомбы — не грот, в них не гуляет ветер.

Когда Нам Чонхо вырвался-таки из генеральского кабинета, было слишком поздно отправляться вслед за своими людьми в Чжубон. Придется