Терминатор Пепельный фронт - Джон Сан

Маркус не опускал головы. Янтарные визоры сузились, фокусируя оптику на тысячекратное увеличение.

— Акустическая аномалия. Верхние слои атмосферы. Вектор ноль-ноль-пять, — монотонно доложил киборг. В его механическом голосе не было страха, лишь холодная констатация факта. — Направленное электромагнитное сканирование. Они ищут нас.

Эш прислушался. Сначала он слышал только свое тяжелое, лихорадочное дыхание и вой ветра. Но затем, сквозь этот фоновый шум, пробился другой звук.

Он не был похож на глухой, сейсмический дум… дум… наземных Центурионов. Это была вибрация совершенно иного рода. Высокочастотный, пронзительный визг, который не столько слышался ушами, сколько ощущался спинным мозгом. Звук, от которого начинали ныть корни зубов, а внутренности сжимались в липкий, холодный узел.

Вой плазменных турбин.

— Воздух! — прохрипел Эш, чувствуя, как адреналин на мгновение выжигает лихорадку из крови. — Укрытие! Под корпус, быстро!

Они не успели сделать и пяти шагов.

Серые, густые облака над ущельем из мертвых кораблей внезапно разорвались. Свинцовое небо буквально вскипело, озарившись невыносимо ярким, пульсирующим электрическим синим светом.

Из стратосферы, подобно копьям мстительных богов, опустились три гигантских Летающих Охотника (HK-Aerials).

Они не летели. Они падали с небес с контролируемой, грациозной неотвратимостью, тормозя лишь за несколько сотен метров до уровня земли. Рев их двигателей обрушился на отряд как физический удар огромной кувалды. Звук был настолько плотным, что казалось, он способен раздавить человеческие кости. Элоди закричала, зажав уши обеими руками, но ее крик потонул в этом апокалиптическом реве.

Эш вжался в грязь под огромным, ржавым гребным винтом сухогруза, увлекая за собой Элоди. Берг и Оксана забились в глубокую щель между корпусом корабля и соляной коркой. Маркус шагнул в тень, прислонившись спиной к металлу, и мгновенно перешел в пассивный режим, отключая оптику и активируя электромагнитное глушение своего ядра.

Из своего укрытия, сквозь щель между лопастями винта, Эш мог видеть их. И это зрелище парализовало волю.

Летающий Охотник Скайнета был вершиной анатомии техногенного бога. Это не был самолет или вертолет в человеческом понимании. Машина нарушала законы аэродинамики, удерживаясь в воздухе исключительно за счет грубой, хтонической мощи спаренных плазменных турбовентиляторов.

Его фюзеляж, длиной в десятки метров, был отлит из гладкого, иссиня-черного гиперсплава, не подверженного ни ржавчине, ни коррозии. Форма Охотника напоминала распластанное тело хищного доисторического насекомого, лишенного головы. Сзади расходилось массивное V-образное хвостовое оперение, необходимое для стабилизации чудовищной тяги. По бокам, на коротких, тяжелых пилонах, бешено вращались турбины. Внутри них, в магнитных ловушках, горело маленькое искусственное солнце — плазма, вырывающаяся вниз ослепительными, фиолетово-белыми столбами тяги. Жар от этих двигателей был таким сильным, что воздух под Охотниками искажался, плавился, превращая всё вокруг в размытое, дрожащее марево.

Под массивным брюхом каждой машины располагалась турель со спаренными тяжелыми фазированными плазменными орудиями, способными испарить танк одним залпом.

Но самым страшным оружием были не пушки. Самым страшным были «глаза».

Из-под днища каждого Охотника били колоссальные, сверхмощные прожекторы. Три ослепительно-синих луча, разрезающих густой туман Ла-Манша до самого дна. Эти лучи не просто освещали местность. Это были многоспектральные оптические и тепловые радары. Они сканировали каждый дюйм мертвого флота, просвечивая тонкий металл, фиксируя малейшие колебания температуры, анализируя химический состав выдыхаемого воздуха.

Эскадрилья из трех машин двигалась идеальным, математически выверенным клином. Они сканировали сектор по методу перекрывающейся сетки — ни один квадратный метр пустоши не оставался без их синего, ледяного внимания.

Один из Охотников замедлил ход, зависнув с оглушительным ревом прямо над тем каньоном, где прятался отряд «Вангард».

Ударная волна сжатого раскаленного воздуха от его турбин ударила в дно. Ржавые листы обшивки весом в тонну отрывало от мертвых кораблей и швыряло в стороны, как сухие осенние листья. Соляная корка трескалась и разлеталась в пыль. Туман мгновенно испарился, выжженный чудовищной температурой.

Эш вжал лицо в зловонную грязь. Жар, исходящий сверху, проникал сквозь щели гребного винта, обжигая спину сквозь куртку. Пахло озоном, расплавленным свинцом и смертью.

Гигантский синий луч прожектора начал медленно, методично скользить по ржавому борту сухогруза, спускаясь всё ниже, к тому месту, где они прятались.

— Не дышать… — выдохнул Эш одними губами, хотя знал, что за воем турбин его никто не услышит. Он вцепился раненой рукой в плечо Элоди так сильно, что швы разошлись, и свежая кровь потекла по пальцам. Девушка билась в крупной, неконтролируемой дрожи, ее глаза были зажмурены до белых кругов.

Луч света опустился на ил.

Он был настолько ярким, что даже с закрытыми глазами Эш видел всё в пронзительно-синем цвете. Свет проник под гребной винт.

В этот момент логика Скайнета показала свое пугающее совершенство. Охотник не просто светил. Его тепловизоры искали разницу температур. Ржавое железо кораблей было холодным. Грязь была холодной. Но тела четырех измученных, истекающих потом людей, чьи сердца бились в панике, излучали тепло.

Маркус, скрытый в тени в нескольких метрах от них, находился в пассивном режиме. Его гиперсплав был охлажден, а электромагнитное поле рассеивало сигнал. Для радара он был просто куском мертвой обшивки.

Но люди светились для Охотника, как бенгальские огни в темной комнате.

Луч прожектора остановился. Прямо на них.

Эш почувствовал, как сердце ухнуло куда-то в живот и остановилось. Конец. Всё было зря. Лондон, гибель Хэйса, проход по канализации. Скайнет нашел их.

Над их головами, в днище парящего левиафана, с тяжелым, металлическим щелчком провернулась турель спаренных плазменных орудий. Дульные срезы нацелились прямо в щель под гребным винтом. Раздался высокий, нарастающий визг магнитных конденсаторов, перекачивающих энергию из реактора в стволы.

Скайнет не собирался проверять, кто там прячется. Протокол зачистки предписывал испарение любой биологической аномалии.

Берг, лежавший чуть поодаль, издал нечеловеческий, яростный рык. Понимая, что их обнаружили, гигант решил умереть как солдат, а не как раздавленная гусеница. Он начал медленно подниматься из грязи, наводя свой станковый плазмомет в синее око прожектора.

— Берг, стой! — прохрипел Эш, пытаясь дотянуться до него, но было слишком далеко.

В этот момент, когда фиолетовое свечение в пушках Охотника достигло критической точки перед залпом, произошло нечто, не укладывающееся в алгоритмы Системы.

Из тени, слившись с ржавчиной, метнулась фигура.