Колыбель Марбаса - Лидия Милеш

поиск завершился, Борис замер, чувствуя, что все время знал ответ. Серый… Его цвет — серый. Такой же, как у Док. Никаких признаков жизни. Последний сигнал поступил из леса, почти в пяти километрах от станции.

Борис медленно закрыл глаза и шумно выдохнул. Боль постепенно уходила, уступая место чему-то гораздо более нужному. Злости. Холодной, тяжелой, лишенной всякой горячности. Она медленно расползалась внутри, становясь единственным, что еще имело значение. Он отомстит. За Док. За Семь. За каждого, кого эта проклятая планета решила оставить себе. А когда с Марбасом и его детьми будет покончено, придет очередь Межгалактического Совета.

С этой мыслью Борис подошел к гермодвери.

Когда он заходил в лабораторию, в лесу еще было светло. И их самих было пятеро. Теперь там ночь. И всего трое против Марбаса.

Глава 13

Ари как заведенная молотила по прутьям клетки. Проклятые дети умудрились запихнуть ее туда несколько часов назад. Да и не просто запихнуть, а пронести километров десять, а то и больше, на своих плечах, только несколько раз остановившись. Она не сомневалась, вес клетки составлял три ее, и все равно они дотащили. А потом бросили здесь и теперь даже не вспоминают, словно весь этот путь не имел никакого значения. Ей же все казалось, что достаточно найти единственное точное место для сильного удара, как ветки, собранные в квадрат метр на метр, развалятся на части. И пусть ее руки и ноги были связаны, но никто не мешал ей разгибать колени и ударять снова и снова, и снова, пока новые удары не начали отзываться разрядами, проходящими по всему телу.

— Проклятая клетка! Проклятый лес! Проклятый Марбас! — Лютая ненависть сопровождала каждое ее движение.

А в голове сидела только одна мысль: почему капитан ничего не делает? Рэма запихнули в такую же крохотную тюрьму, которая больше подходила для отлова диких зверей. Как и ей связали руки и ноги, заставили трястись от ледяной воды, которой их окатили, чтобы привести в чувства, и кривиться от тычков палками. Но Рэму словно не было до этого никакого дела. Только один раз он попробовал сломать прутья и сразу же сдался.

Бесхребетный идиот, смирившийся со своей судьбой, только это и могла думать Ари, ненавидя себя за подобные мысли. Но что еще думать, когда капитан, лидер, человек, за которым она готова была отправиться на край вселенной и отдать там жизнь, теперь уставился стеклянным взглядом на огромный костер в центре поляны и детей, прыгающих вокруг него. Их было человек сорок, и их игры не представляли никакого интереса. Что там вообще можно было высматривать?

Не выдержав, она развернулась, едва не сломав себе ребро.

— Какого хрена, Рэм, сделай хоть что-нибудь. Кажется, мы достаточно дерьма прошли вместе, чтобы сейчас ты хоть немного принял участие. Почему ты молчишь?!

— Что я должен сказать?

— Да плевать! Скажи, что у тебя есть план. Что ты знаешь, что делать. Хоть что-нибудь. Какие-то проклятые дети смогли нас связать и засунуть в эти…эти… Ты понимаешь вообще, что произошло? Дети, Рэм, нас поимела толпа ДЕТЕЙ!

— Их намного больше, — пожал плечами капитан, — они знают это место, как свои пять пальцев, изучили лабораторию и благодаря своим размерам способны залезть туда, куда нам путь закрыт. Да и дротики с транквилизаторами делают свое дело в разы лучше открытого нападения. Поправь, если я в чем-то не прав.

— Ненавижу! — вскипела Ари и сильнее ударила прутья. — Если ты ничего не сделаешь, то мы сдохнем здесь под замком, как какое-то зверье.

— Что-то мне подсказывает, что именно зверьем они нас и считают, — невозмутимо ответил капитан.

Словно подтверждая его слова Ари зарычала и в очередной раз ударила по прутьям. Ничего не произошло. Это взбесило ее еще больше.

— Побереги силы.

— Нас поимела толпа детей, а ты говоришь "побереги силы"? Кто они вообще такие?

— Не знаю, но они они не с "Новой звезды". За то время, пока ты бессмысленно билась с деревьями, я смог их изучить. Они здесь… Несколько лет точно. А может и десятков лет.

Ари уставилась на него, ничего не понимая. Несколько лет — еще куда ни шло, хотя мысль о том, что куча детей несколько лет бродила по дикому лесу неизвестной планеты без присмотра взрослых кажется абсурдной. Но десятков? Это никак не вязалось с тем, что Арханиара видела перед собой. Самому старшему из этой своры было не больше двенадцати, самому младшему — года четыре. О каких десятках лет говорит капитан?

Словно услышав ее мысли, Рэм добавил:

— Они вспоминали падение лайнера. Сперва мне казалось, что они говорят о корабле Совета и строительстве лаборатории, но потом я понял, что это не про новую звезду. Огромный красный колодец тебе ни о чем не говорит?

Ари помотала головой. У нее не было никаких ассоциаций. Да и откуда? Весь флот строится по принципу горизонтального размещения: удобно при посадке, удобно на орбите, удобно для стыковки, да и вместительность выстроить проще и гравитацию.

— Ладно, а если к этому красному колодцу добавить перечеркнутые квадраты по обшивке, а внутрь — людей, у которых на момент приземления были связаны руки и ноги, вот прямо как у нас сейчас, только не самодельными веревками, а цепями?

— Паноптикон! — осенило ее.

— Он самый, — подтвердил капитан. — Идеальная тюрьма для самых отшибленных преступников. Она пропала двадцать три года назад, а эти дети видели ее падение. И как по-твоему это могло произойти?

— Затерялись в космосе…

— Да, двадцать лет бороздили неизученное пространство без связи, без сигнала бедствия, но тут неожиданно свернули к планетке Марбас. Так получается?

Размышления капитана были логичны и Ари это крайне не нравилось. Вообще любая логика, которая выводила на невозможное или неизученное, заставляла ее чувствовать свою беспомощность. Хватит. Беспомощной она уже была, больше не собирается. И новый удар по прутьям заставил клетку пошатнуться.

— Ты зря стараешься. Этим деревьям не повредил шаттл, ты думаешь, их сможет разломать твой удар? Выбраться из клеток мы не сможем, Арханиара, прими это.

— Это приказ? Ничего не делать? Ждать? Пытаться понять, как эти дети смогли увидеть падение Паноптикона и не вырасти ни на год? Хоть дети, хоть преступники, хоть сам Дьявол с толпой призраков, я не собираюсь ничего ждать и уж тем более своей смерти, — сказала она и ударила снова.

— Это рекомендация друга, — ответил Рэм и кивнул в сторону детей, — мы не сможем разбить клетки, но и они не смогут держать нас здесь вечно. Надо просто выждать