Колыбель Марбаса - Лидия Милеш

не могут взяться из ниоткуда. Они не могут просто появиться из воздуха. Кто-то, в конце концов, должен был их родить. А значит, здесь должна быть хотя бы коммуна, но есть только дети. Достаточно образованные, чтобы знать язык Межгалактического Союза. Достаточно умные, чтобы понимать, как охотиться на прилетевших сюда людей, пробраться в лабораторию, работать с системами станции, хотя бы открывать и закрывать двери, когда им заблагорассудится. Но как дети, которые даже подростками не успели стать, вдруг смогли самостоятельно всему этому обучиться?

Ари категорически не хотелось верить, что эти дети могли видеть падение Паноптикума. Но им нужно было откуда-то все это узнать…

— Если ты прав, и они прожили здесь минимум два десятка лет, то как у них получается оставаться детьми? Я сейчас даже не про физическое вечное детство. Пусть они не выросли, но как они могут продолжать вести себя как дети?

— Не знаю, — честно признался Рэм.

В какой-то момент белый парень с палкой слишком сильно ударил щуплого мальчишку в юбке из листьев, что сломал тому руку. Белая кость вырвалась наружу. Кровь ручьем потекла на землю, заставляя того взвыть от боли. Крик разнесся по поляне. Тварь поднялась со своего места. Ари и Рэм, как по команде, придвинулись к прутьям, чтобы лучше видеть. Младшие на секунду с ужасом уставились на кость и сразу зарыдали. Они ревели настолько отчаянно, что у Ари едва не заложило уши. Их рыдания ушли дальше в лес, и этот вопль сразу подхватили остальные.

Плач на поляне оказался во много раз заразнее самой заразной инфекции: он моментально цеплял в свои сети все новых и новых детей, и совсем скоро не плакали разве что самые старшие. В ужасе от происходящего, они не нашли ничего лучше, чем начать кричать, требуя немедленно заткнуться. Их крик не возымел успеха. Даже больше, новая волна плача с удвоенной силой разнеслась по поляне.

Ари казалось, что его уже ничего не сможет остановить. Хуже злобных детей могут быть только рыдающие дети.

Глава 14

— Это когда-нибудь закончится? — взвыла Ари, не имея ни малейшей возможности уйти или хотя бы заткнуть уши. — Я убью себя раньше, чем они прекратят, это же просто невыносимо.

Рэм напрягся.

— Мне всегда казалось, что женщины терпимы к детскому плачу.

— Не надо так, — процедила Ари сквозь зубы, — я терпима к одному, двум, да пусть их будет хоть пять, но когда рядом с тобой рыдает полсотни детей, любая женщина выйдет из себя. Мне удивительно, почему тебе до этого нет никакого дела?

— Потому что плач — это что-то новое, — ответил капитан. — Не думай об их криках, посмотри на тех, кто не кричит.

Ари обвела взглядом нескольких оставшихся невозмутимыми детей. Хотя "невозмутимые" — это громко сказано. Они не плакали, но выглядели невероятно испуганными, словно ожидали чего-то.

— Заметила? — спросил Рэм.

— Такое впечатление… — начала Ари, пытаясь подобрать нужные слова, нашлись они не сразу, но когда получилось, она быстро добавила, — такое впечатление, словно они боятся, что их услышат.

— Именно, — подтвердил капитан. — Либо они боятся своих врагов, тогда у нас есть шанс выбраться во время драки. Либо они боятся своего лидера. И первое, и второе нам на руку.

На лице Рэма мелькнула нездоровая ухмылка, отчего Ари пробрало до костей. Оставалось надеяться, что он прав, и один только детский плач сможет изменить расстановку сил. Придет ли Пан, Хозяин леса, единственный взрослый на этой планете или толпа таких же детишек, в любом случае, это было хоть что-то. Потому что единственная перспектива, которая у них была до этого момента — сгнить в клетках.

— Не надо, не надо, — раздался пронзительный крик мальчишки со сломанной рукой. — Отойдите, не надо! Я не хочу!

Он пятился от двух старших ребят, приближающихся по короткой дуге. Один высокий, белобрысый, другой такой же блондин но низкий и полный. Это была довольно странная парочка, которую объединял разве что возраст и небольшие мечи в их руках. Но действовали они слажено, будто читали мысли друг друга. Остальные вмешиваться не стали: одни продолжали упиваться слезами, другие, придя в себя, расступились.

— Не надо, говорю! Я сам, — снова заорал мальчик с переломом.

В отличие от Ари и Рэма он прекрасно знал, что будет дальше и ни капли не удивился, когда толстый поднял свой меч, готовясь к удару. Для Ари же все это было более чем странным.

— Стой ровно, — со сталью в голосе произнес толстый, и это не сулило ничего хорошего. — Стой, тебе говорят, или по шее нормально не попаду, ломать придется. Помнишь, что было с Мори? Ты так хочешь?

— Да подожди, говорю! — завопил тот, что с переломом. — Я же сказал, что сам все сделаю! Я назад ее всуну! Я всуну, всуну, сейчас!

— Всовывай, — разрешил толстый.

Длинный тем временем продолжал медленно подходить.

Стиснув зубы, трясущейся рукой мальчишка несколько раз попытался вправить кость, но каждый раз кривился от боли, вскрикивал и опускал руку. Неудивительно, подумала Ари, какими бы беспринципными ни были эти дети, они точно не роботы, и сколько бы они ни пытались бороться с болью, та была неизбежна.

Она бросила взгляд на Рэма. Тот молчал, выжидая.

У мальчишки на лбу появилась испарина, короткие волосы взмокли, а лицо покраснело, но как бы он ни старался, ничего не выходило. И довольно быстро это поняла парочка.

— Ничего не выйдет, — сказал толстый.

— Да выйдет же! Говорю! Мне только время надо.

— Ты ревешь, — возмутился длинный.

— Да, реву! — закричал мальчишка, окончательно осознав, что не сможет ничего сделать без помощи других.

Его взгляд бегал по поляне, метаясь от одного старшего к другому, к твари, к Звездочке. С каждой секундой он все больше бледнел и все сильнее впадал в истерику. В какой-то момент показалось, что он обезумел, настолько отчаянными были его движения. Еще несколько минут и он перестанет чувствовать боль и бросится на детей как берсерк. Ари надеялась, что именно так и произойдет. Это хоть как-то могло оправдать в ее глазах бездействие капитана.

Толстый замахнулся.

— Стой! — крикнула Звездочка.

Внутри Ари все оборвалось. Надо было не слушать Рэма и не ждать пока они все перессорятся друг с другом, а действовать, как она и собиралась. Мальчик ранен? Мальчику нужна помощь? Они могут ее оказать, только для этого придется развязать пленников. Но мелкая дрянь вклинилась в их единственную возможность быть нужными этим детям, а теперь они не получат ровным счетом ничего. Больше она так не ошибется, больше она