Русская фея и Лев настороже - Илона Волынская

– Не могу я разговаривать с полицией, у меня шок и стресс, оба сразу, – с удовольствием заявила Танька, – вон даже руки дрожат, – она предъявила всеобщему вниманию руку с чашкой кофе. Темная жидкость действительно выплясывала в чашке.

– Не волнуйтесь, мисс, это просто тяжелый грузовик, – радостно заявила миссис Симпс. Сегодня она глядела на гостий много доброжелательней. – Вообще-то им запрещено проезжать по нашей улице, чтобы не вызывать вибрацию и не вредить старинным домам, но иногда, если требует груз, они получают специальное разрешение, – подхватив вазу с привядшими цветами, экономка удалилась.

Танька и Джейн переглянулись.

– Как думаешь, она так пошутила? – неуверенно поинтересовалась Танька.

– Черт их, островитян, разберет. Пошли переоденемся, все же первый визит к свекрови.

Танька лениво поднялась.

– Чего надевать-то? Наверно, посолиднее надо, все-таки буду в обществе целых двух ледей Чедуик.

– Леди Чедуик – я одна, свекровь – «миссис», папаша Чарли не был лордом, – Джейн старалась говорить равнодушно, но в голосе все же проскальзывали нотки скрытого удовлетворения.

– Ну, для леди Куринцовой и джинсов с футболкой хватит, – уловив эти нотки, Танька мгновенно выдала гадость.

– Давай, – согласилась Джейн, – Представлю тебя как родственницу из диких уссурийских степей.

– Темень необразованная, уссурийская может быть тайга, а не степи, и еще там водятся тигры.

– Страшные и злобные, как ты, – закончила Джейн.

Продолжая обмениваться любезностями, дамы выбрались за дверь. Чарльз вслушался в удаляющийся гул голосов и взялся за телефон. Предстоял еще один неприятный разговор.

Через час серый ягуар Чарльза уже летел к выезду из города. Чарльз искоса поглядывал на строгий профиль жены, страдал и терзался сомнениями. Сомнения сплелись в плотный ком, и уже сам Чарльз не мог разобрать, где начинается одно и кончается другое. Звонок к миссис Чедуик показал Чарльзу, что их визит не будет ни простым, ни приятным. Известие о приезде с женой было воспринято, мягко говоря… неодобрительно. Если быть точным, то любезная матушка сперва задохнулась, а потом… Каких только эпитетов не удостоилась бедная Джейн! Счастье, что она не присутствовала при знаменательной беседе, маменька так кричала в трубку, что «русские заброды», «бесчестные мошенницы» и «побродяжки без манер и воспитания» гремели на всю комнату. И в довершение преподнесла: раз он, не считаясь с ее чувствами, осмеливается появиться со своей… гм, да… то она немедленно приглашает Пат и Дотти, чтобы он мог понять и осознать, чем настоящая леди отличается от… гм, да!

Почему, ну почему маме всегда нужно создавать для него проблемы!? Мало ему секретов Джейн, мало того, что придется постоянно стоять стеной между женой и матерью, так она еще и потенциальных невест натравила! Теперь ему предстоят как минимум три неприятных разговора с женщинами. Пат, Дотти и их ехидные ухмылочки! О, они не упустят случая запустить ему под шкуру тысячу шпилек! Приезжаешь усталый, замученный, задерганный, уработавшийся до полусмерти, а тут еще отбивайся от булавочных уколов! Черт побери, насколько все-таки проще с Джейн! Любезная супруга дама откровенная, к недомолвкам и намекам не склонная, она прямо выскажет, что думает по поводу нарушения контракта и обилия баб вокруг него. И все, прости прощай, у него не останется ни малейшего шанса попасть в постель собственной законной жены!

А ведь Пат и Дотти, да и мама, они могут взяться не только за него, они наверняка накинутся на Джейн. Мило, вежливо, с любезной улыбочкой, как они умеют, примутся втаптывать ее в грязь. Конечно, Джейн не первый раз в обществе, но ведь матушкины гости – это не финансисты и не министры, это много хуже – люди Света! Профессионалы раутов, пикников и театральных премьер! Они не простят маленькой русской даже крохотного промаха, малейшей слабости, все превратят в страшный грех против их божества – Светского Воспитания! Ох не поблагодарит его Джейн за сегодняшний визит, ох не поблагодарит!

Чарльз снова искоса глянул на жену. Может, ей стоило одеться поскромнее? Нет, костюм безупречен и полностью соответствует случаю, но… Чарльз окинул придирчивым взглядом коротенький жакетик с вышитыми лацканами, широкую юбку, крохотную шляпку-пилотку на каштановых локонах. Странно, но этот светло-зеленый костюмчик вполне европейского кроя вдруг придал облику Джейн нечто неуловимо восточное. Она совершенно не соответствовала привычному имиджу английской леди. Появления экзотичного создания мгновенно заставит всю мамину компанию ощетиниться против чужака. Даже специально нельзя было придумать ничего более вызывающего, более подчеркивающего отличие Джейн от людей, поджидающих ее в поместье! А если… Если она и вправду специально?

Ни в коем случае нельзя недооценивать Джейн, она умная женщина и вполне способна догадаться, что ее ждет. Это в ее характере – сразу начать дразнить гусей! И ведь как идеально подобрала костюм – абсолютно безупречный по форме, и в то же время совершенно непохожий на то, что обычно одевают англичанки на гарден-парти. Ее соперницы просто лопнут от злости: захотят раскритиковать и не смогут сказать ничего конкретного! Вот хитрюга, вот чертовка! Кажется, в поместье развернется гигантская баталия! Ладно, если станет слишком жарко он отсидится на ферме.

Чарльз звучно откашлялся:

– Мне будет дозволено заговорить или я предан анафеме до конца дней моих?

– Дозволено, – благосклонно кивнула Джейн, – Можете сказать долгую прочувственную речь, исполненную глубочайшего раскаяния и завершить ее трепетным цветистым комплементом продолжительностью в пятнадцать минут. Но не более! – Джейн строго подняла пальчик, – Я предпочитаю немногословных мужчин.

– А если я ограничусь похвалой вашему костюму, вы не сотрете меня в порошок? – рассеяно поинтересовался Чарльз, поглядывая в зеркало заднего вида. Уже довольно давно вплотную за ними двигалось такси. Но тут, словно заметив беспокойство Чарльза, машина стала отставать, а там и вовсе свернула. Чарльз облегченно вздохнул и вернулся к разговору, – Мне ваш наряд действительно очень нравится, и вам идет. Вы выглядите одновременно и элегантно, и броско.

– Мне тоже нравится, – с заднего сидения подала голос Танька, – Видок классный, и хотела бы охаять, да не получится.

– У вас великолепный стиль, дорогая. Вы сами его создали или у вас есть дизайнер?

– Вы, парочка, прекратите меня умасливать, а то я себя чувствую Ивасиком-Телесиком: сейчас на лопату посадят и в печку засунут, – пробурчала Джейн, но видно было, что довольна. – Стилистов у меня было два: любимая школа и любимая мама. Любимая мама предпочитала очень дорогие тряпки, причем такие, чтобы сияли. Ее бы воля, так меня можно было вместо фонаря темной ночью использовать. Дражайшие учителя отстаивали скромность, скромность и еще раз скромность. В наших школьных формах хорошо было на свежевспаханных полях прятаться, полное слияние с фоном. И мама, и