Терминатор Пепельный фронт - Джон Сан

Его глаза расширились, фиксируя маленькое, сломанное тело девочки, которая всего несколько часов назад искала защиты у его огромной руки. Девочки, которая заполнила пустоту после смерти Оксаны.

Вселенная для Берга остановилась.

Гигант не закричал. Его лицо, грязное, покрытое шрамами, вдруг стало абсолютно спокойным. Леденяще спокойным. Рассудок тяжелого пехотинца, измученный потерями, окончательно отключил инстинкт самосохранения. Осталась только одна, сжигающая всё внутри директива.

Берг медленно поднялся в полный рост.

Он не стал искать свой бесполезный тесак. В его руках оказался тяжелый, стальной рельсовый костыль — кусок арматуры, который он подобрал в тоннелях.

— Эй, жестянка, — бас Берга прозвучал в тишине костниц так низко, что завибрировали камни.

Инквизитор медленно перевел свои красные визоры с Эша на гиганта. Машина анализировала новую угрозу. Вероятность причинения вреда куском арматуры — 0.001 %.

Но Берг не собирался бить по броне.

Он с нечеловеческим ревом бросился вперед. Т-800 плавно довернул винтовку, стреляя в упор. Плазменный заряд ударил Бергу в левое плечо, мгновенно испарив кусок мяса и ключицу.

Гигант даже не дрогнул. Болевой шок был заблокирован яростью. Инерция его двухсоткилограммового тела, разогнанного до предела, обрушилась на инфильтратора.

Берг врезался в Т-800, обхватив его стальной торс своими огромными руками.

Удар сбил машину с ног. Человек и терминатор покатились по полу, сминая штабеля черепов и поднимая тучи костяной пыли. Инквизитор попытался поднять винтовку для второго выстрела, но Берг вцепился зубами — буквально зубами — в тефлоновые кабели на шее киборга, а своей здоровой правой рукой вогнал ржавый рельсовый костыль прямо в стык плечевого сустава машины.

Металл заскрежетал, полетели синие искры. Т-800 отбросил бесполезную винтовку и сомкнул свои хромированные пальцы на горле Берга.

— Бегите! — прохрипел Берг сквозь стиснутые зубы, харкая кровью прямо в красные глаза машины. Гидравлика терминатора безжалостно сдавливала его трахею. — Уводи их, командир! Я задержу эту тварь!

Эш, всё еще не пришедший в себя от удара, с трудом поднялся на ноги. Он посмотрел на Берга, который голыми руками боролся с Идеальным Охотником, выигрывая для них секунды ценой своей жизни.

Затем он перевел взгляд на Элоди. Девушка застыла в кататонии, не в силах оторвать взгляд от мертвого тела Хлои.

И, наконец, Эш посмотрел на Маркуса. Искалеченный киборг лежал на полу, его янтарный глаз мигал.

— Анализ ситуации: критический, — проскрежетал Маркус. — Биологическая единица «Берг» будет дезинтегрирована через двенадцать секунд. Выживание отряда требует немедленного отхода по вектору ноль-пять-ноль.

— Я не брошу его! — заорал Эш, выхватывая термо-нож левой, здоровой рукой.

— Директива «Омега» запрещает вам вступать в бой, — Маркус, используя остатки энергии, рывком поднялся на уцелевшей руке и единственной рабочей ноге. Терминатор преградил Эшу путь. — Если вы погибнете, проект «Хронос» не будет уничтожен. Скайнет победит в прошлом. Я выполню перехват объекта Т-800. Вы обязаны эвакуировать носитель информации.

Эш замер. Логика машины была безупречна. Она била по больному, она требовала жертв, но это была правда войны 2029 года. Если он умрет здесь из-за благородства, миллиарды людей перестанут существовать в прошлом.

— Берг… — Эш сглотнул кровь, его голос дрогнул.

Гигант, чье лицо уже посинело от удушья, а глаза налились кровью, встретился взглядом с командиром. В его глазах не было просьбы о помощи. В них было абсолютное, ледяное требование уйти. Он выполнил свою задачу. Он нашел свой конец.

— Пошел вон, командир! — просипел Берг, ломая пальцы Т-800. — Сожги эту гору! За Ксюшу!

Эш резко отвернулся. Он схватил оцепеневшую Элоди за шиворот и потащил ее во тьму тоннеля, прочь от перекрестка.

— Нет! Хлоя! Берг! — кричала девушка, вырываясь, но Эш тащил ее неумолимо, как машина.

Позади них, в облаке пыли, развернулась битва титанов.

Маркус, хромая, бросился на Т-800. Т-720 против совершенного Инквизитора. Устаревшая, искалеченная модель против абсолютного венца эволюции Скайнета.

Инквизитор отшвырнул задыхающегося Берга в сторону, как тряпичную куклу, и развернулся к новой угрозе. Два эндоскелета столкнулись с оглушительным, лязгающим грохотом, высекая снопы искр, которые осветили костницы.

Красные визоры встретились с янтарным глазом.

Эш не оглядывался. Он бежал, таща за собой рыдающую связистку. Эхо ударов металла о металл, рев гидравлики и тяжелые, предсмертные хрипы Берга затихали позади, поглощаемые миллионами черепов.

Они бежали всё дальше и дальше в кромешную тьму Империи Костей, оставляя позади своих товарищей. Цена победы над временем становилась всё выше. И Эш знал, что это еще не конец. Инквизитор разберет Маркуса на запчасти. Он убьет Берга. И он снова выйдет на их след.

Потому что от Смерти в Городе Костей убежать невозможно.

Глава 25

АКТ II: ГОРОД КОСТЕЙГЛАВА 25: ЭХО ПРОШЛОГО

Европейский Театр Военных Действий

Париж, подземный некрополь (Костницы), Нижний ярус

2029 год

Тьма была живой.

Она не просто заполняла пространство между стенами из человеческих останков. Она имела консистенцию, вес и температуру. Она вливалась в легкие с каждым судорожным, хрипящим вдохом, оседала на потном лице густой костяной пылью и давила на барабанные перепонки свинцовой тяжестью.

Эш бежал, не чувствуя ног. Его правая рука намертво, словно сведенная трупным окоченением, сжимала воротник куртки Элоди. Он волок девушку за собой, как тряпичную куклу, рывками перетаскивая ее через осыпи из древних берцовых костей и кусков известняка.

Левой руки у Эша больше не существовало. По крайней мере, в системе координат его рассудка. После удара молотом Мясника и последующих падений она превратилась в пульсирующий комок агонии, который мозг, спасаясь от болевого шока, просто «отключил». Рука висела плетью, тяжелая, горячая от бушующего сепсиса, и каждый раз, когда она ударялась о бедро при беге, Эш терял зрение на доли секунды.

Позади них, в той бездне тоннелей, откуда они пришли, всё давно стихло.

Больше не было слышно ни скрежета гиперсплава, ни рева перегруженной гидравлики, ни яростных, предсмертных криков Берга. Тишина поглотила звуки битвы титанов с пугающей, окончательной жадностью.

Эш знал, что это означает. Математика войны