Право на жизнь - Анна Денисова

Дмитрий присел на корточки у стены, положив автомат на колени. Солнце слегка грело спину, но внутри всё равно было холодно от тревожного ожидания. Он машинально провёл рукой по потертому прикладу оружия, за эти месяцы оно стало почти частью его самого.

Они ждали недолго. Минут через десять с другой стороны города показалась группа людей. Четверо. Они двигались уверенно, держась на расстоянии друг от друга, готовые к любой неожиданности. Впереди шёл Илья, его Дмитрий узнал сразу. Рядом с ним шагал незнакомый мужчина, которого Дмитрий видел впервые.

Мужчина был высок, широкоплеч, с густой светлой бородой, аккуратно подстриженной, и холодными, пронзительными глазами, которые, казалось, видели насквозь. Одет он был в добротную куртку из плотной ткани, под которой угадывался бронежилет, а на поясе висел нож в потёртых ножнах. На плече у него висел автомат, ремень которого он время от времени поправлял привычным жестом. Держался он с властной уверенностью человека, привыкшего командовать, каждое его движение было экономно, без лишней суеты.

Группы сблизились. Илья остановился в двух шагах и, кивнув Дмитрию, сказал:

— Дмитрий, это Владимир. Можно просто Викинг. Он у нас руководит.

Дмитрий почувствовал, как внутри что-то неприятно сжалось. Он ожидал, что главным будет Илья, с ним уже был какой-то контакт, он казался понятным, предсказуемым. А этот… Этот Викинг смотрел так, будто уже знал о Дмитрии всё и теперь просто проверял, соответствуют ли факты его ожиданиям.

— Дмитрий, — представился он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Рядом с ним напряжённо замерли Сергей и Никита, тоже почувствовали перемену. Сергей незаметно передвинул автомат в более удобное положение, а Никита чуть сжал рукоять ножа на поясе.

Викинг слегка склонил голову, разглядывая Дмитрия. Взгляд его скользнул по лицу, по одежде, по оружию, оценивая, взвешивая, запоминая. Он словно составлял мысленный портрет, отмечая каждую деталь: потертую куртку Дмитрия, следы грязи на ботинках, усталые глаза.

— Илья много о тебе рассказывал, — наконец произнёс он. Голос был низким, спокойным, но в нём чувствовалась сталь. — Говорит, дерёшься хорошо. Людей за собой вести умеешь.

— Хмм, пытаюсь, — коротко ответил Дмитрий, стараясь не выдать внутреннего напряжения.

Викинг усмехнулся одними уголками губ.

— Скромность — это хорошо. Но сейчас не до скромности. Я предлагаю тебе и твоим людям перебраться в мой лагерь. У нас есть всё: стены, еда, вода, оружие. Вместе мы станем силой, с которой придётся считаться.

Дмитрий ожидал чего-то подобного, но прямота Викинга его насторожила. Слишком быстро, слишком уверенно. Словно он уже всё решил, а Дмитрию остаётся только согласиться.

— А если мы не хотим перебираться? — спросил он, глядя Викингу прямо в глаза. — Если нас устраивает только сотрудничество? Обмен ресурсами, информацией, совместные рейды?

Викинг чуть прищурился. На мгновение в его глазах мелькнуло что-то похожее на раздражение, но он тут же взял себя в руки. Пальцы его правой руки легонько постукивали по рукояти ножа.

— Сотрудничество — это компромисс, — сказал он. — А компромиссы в нашем мире — это всегда риск. Вы где-то там, как на пороховой бочке. Позволь спросить… Забор у вас высокий, прочный? Людей много?..Зима близко. Что будете делать, когда придёт большая толпа?

— До сих пор справлялись, — ответил Дмитрий, хотя внутри понимал, что Викинг во многом прав. Он бросил быстрый взгляд на Сергея и Никиту, те стояли молча, но в их глазах читалось напряжение.

— До сих пор, — повторил Викинг с лёгкой усмешкой. — А завтра? Послезавтра? Я предлагаю вам безопасность. Гарантированную. Место под солнцем.

Дмитрий покачал головой.

— Мы подумаем. Но сейчас я говорю только о сотрудничестве. На равных.

Викинг помолчал. Он сделал шаг вперёд, сокращая дистанцию, и теперь стоял так близко, что Дмитрий мог разглядеть седые волоски в его бороде и тонкие морщинки у глаз — следы пережитых испытаний.

— Хорошо, — наконец произнёс он. — Пусть будет сотрудничество. Пока. Но запомни, Дмитрий: в этом мире маленькие групки долго не живут. Рано или поздно вам придётся сделать выбор. И лучше сделать его раньше, чем потом жалеть.

— Я запомню, — кивнул Дмитрий, стараясь сохранить спокойствие.

Они обсудили детали: как будут обмениваться информацией, где оставлять вести, как опознавать своих. Говорили недолго, минут десять. Викинг был краток, деловит, но Дмитрий чувствовал: этот человек не привык, чтобы ему отказывали. И его согласие на сотрудничество лишь временная уступка.

Когда группа Викинга ушла, Дмитрий посмотрел им вслед. Солнце начало клониться к западу, отбрасывая длинные тени от зданий.

— Ну и тип, — тихо сказал Сергей. — Глаза как у удава. Не по себе как-то.

— Да, — согласился Никита. — Илья рядом с ним как-то теряется. Молчит в основном.

— Ладно, — Дмитрий тряхнул головой, отгоняя тревожные мысли. — Пошли. Надо своим рассказать.

Они двинулись обратно, но Дмитрий то и дело оглядывался. Ему не давала покоя мысль: кто же этот Викинг на самом деле? И чего он добивается? В голове крутились слова Викинга о зиме, о безопасности, о выборе. И чем дальше они шли, тем сильнее становилось ощущение, что этот разговор — только начало чего-то большего.

* * *

Викинг убедился, что Дмитрий и его люди ушли достаточно далеко, их фигуры уже превратились в едва заметные силуэты на фоне городских зданий, и только тогда повернулся к Илье.

— Забирай людей и возвращайтесь в лагерь. У меня ещё дела, — произнёс он ровным, не допускающим возражений тоном.

— Шеф, может, я с вами? — предложил Илья, невольно бросая взгляд по сторонам. — Одному небезопасно.

— Со мной всё будет в порядке, — отрезал Викинг. — Выполняй.

Илья, поколебавшись, кивнул, и махнув рукой своим, направился к машине. Викинг подождал, пока грузовик скроется за поворотом, пока затихнет гул мотора и пыль, поднятая колёсами, осядет на асфальт. Только тогда он двинулся обратно — к парку за супермаркетом.

Он шёл быстро, но осторожно, держась теней и избегая открытых пространств. Его шаги были почти бесшумны, привычка, выработанная за месяцы выживания. Время от времени он останавливался, прислушивался, осматривался. Город вокруг замер в зловещей тишине: ни звука, ни движения, только ветер шелестел обрывками рекламных баннеров, цеплявшихся за фасады зданий, и гонял по тротуару сухие листья.

* * *

Семён добрался до парка другим путём. Свой грузовичок он оставил за домами, в переулке, где старые гаражи плотно прижимались друг к другу, создавая надёжное укрытие. Место было выбрано удачно: с дороги машину не видно, а рядом узкий проход между строениями, по которому можно незаметно пробраться к парку.

Заглушив мотор, Семён проверил, надёжно ли закрыта дверь, оглядел окрестности. Всё тихо. Он достал из кабины рюкзак, закинул его на плечо, поправил куртку и быстрым