Терминатор Пепельный фронт - Джон Сан

Когда Эш наконец вполз в этот темный, прямоугольный зев, он почувствовал, как воздух вокруг мгновенно изменился.

Рев ветра стих, отрезанный многометровой толщей металла. Внутри опоры царил густой, наэлектризованный полумрак. Пахло озоном, горячей медью и застоявшимся конденсатом.

Эш перекатился на перфорированный стальной пол технического мостика и тяжело замер, втягивая воздух. Его грудная клетка ходила ходуном. Он протянул здоровую руку в проем, ухватив Элоди за лямку разгрузки, и одним резким, болезненным рывком втащил ее внутрь. Секундой позже, с глухим лязгом тяжелых ботинок, на мостик шагнул Берг.

Они оказались внутри кровеносной системы стального левиафана.

В тусклом, пульсирующем свете аварийных фиолетовых ламп, встроенных в стены, открывалось сюрреалистическое, тошнотворное зрелище симбиоза двух эпох.

Оригинальная конструкция Гюстава Эйфеля — изящные, перекрещивающиеся фермы из клепаного пудлингового железа, покрытые вековой ржавчиной — была безжалостно поглощена архитектурой Скайнета. Толстые, гладкие трубы, по которым текли неизвестные химикаты, обвивали старые балки, как гигантские техногенные удавы. Бесчисленные пучки оптических кабелей, толщиной в человеческую руку, пульсировали синим светом, передавая терабайты данных. Скайнет не просто укрепил башню. Он пожрал ее изнутри, превратив мертвый памятник архитектуры в живой, дышащий механизм.

Весь этот металл издавал непрерывный, низкочастотный инфразвуковой гул. Он не слышался ушами — он ощущался внутренностями. Вибрация передавалась через пол, заставляя жидкость в глазных яблоках дрожать.

— Мы внутри, — прохрипел Эш, медленно поднимаясь на ноги. Он привалился здоровым плечом к холодной стальной стене, пытаясь унять головокружение. — Берг. Проверь периметр. Тихо.

Гигант молча кивнул. Он обнажил свой огромный тесак-мачете и бесшумно растворился в фиолетовом полумраке технической галереи, слившись с тенями труб.

Элоди с трудом села на корточки, прислонившись к ржавой эйфелевой балке. Она сняла рюкзак, ее руки дрожали так сильно, что она не сразу смогла расстегнуть пластиковую защелку-фастекс. Пальцы девушки побелели от обморожения, под ногтями запеклась кровь.

— С-система охлаждения… — заикаясь, произнесла она, глядя на огромную трубу, по которой они только что ползли. Труба уходила куда-то вверх, в непроглядную темноту башни. — Она работает на пиковой мощности. Если они так охлаждают верхние ярусы, значит, реакторы ретранслятора генерируют тепло, сопоставимое с небольшим вулканом.

— Элоди, слушай меня, — Эш подошел к ней, тяжело опустившись рядом. Лихорадочный пот катился по его серому лицу. Он заставил себя говорить максимально четко, чтобы его голос пробился сквозь инфразвуковой гул башни. — Мы на месте. Ты говорила, что сможешь поймать сигнал Коннора. Что нам нужна высота и экранирование от нижних генераторов. Сделай это. Мне нужно знать, жива ли Америка. Мне нужно знать, есть ли вообще смысл в том, что мы сейчас делаем.

Девушка подняла на него глаза. В них плескался тот же экзистенциальный страх, что преследовал их с момента расшифровки диска. Если Джон Коннор потерпел поражение в Лос-Анджелесе, если Ядро Скайнета устояло — тогда их миссия в Альпах теряла смысл. Машины просто уничтожат Европу физически. Но если Коннор победил… тогда всё зависело от того, успеют ли они обрушить эту чертову глушилку и передать ему координаты Хроносферы до того, как Скайнет запустит Машину Времени.

— Я… я попробую, — кивнула Элоди. — Здесь, внутри опоры, гиперсплав Скайнета работает как клетка Фарадея. Он должен частично экранировать нас от локальных помех нижних цехов. Если я смогу подключиться к их собственной магистрали телеметрии и использовать её как антенну…

Она извлекла из рюкзака свой кустарный портативный терминал. Корпус старого «Тафбука» был ледяным. Элоди развернула антенный блок, сделанный из медной проволоки и кусков старых раций, и начала быстро, профессионально скручивать провода.

Из темноты галереи бесшумно вынырнул Берг.

— Чисто, командир, — доложил он басом, от которого слегка завибрировал металл стен. — Мы в техническом кармане обслуживания хладагента. Дальше по коридору — лестничные пролеты, ведущие наверх. Следов патрулей нет. Видимо, Инквизитор и его свора еще ищут нас внизу, или пытаются понять, как мы проскользнули под турелями.

— Отлично. Держи лестницу на прицеле, — Эш кивнул на темный зев прохода. У них не было огнестрельного оружия, способного остановить бронированную машину, только термо-нож и мачете. Если сюда спустится хотя бы один Т-600, это будет бойня в телефонной будке.

Элоди включила терминал. Тусклый, зеленоватый фосфорный свет залил ее напряженное лицо.

Воздух в техническом кармане был пропитан электромагнитным напряжением. Когда Элоди надела массивные, потрепанные наушники, она тут же сморщилась и стянула их на шею.

— Гул… он сводит с ума, — прошептала она, быстро стуча по клавиатуре замерзшими пальцами. Экран покрылся рябью статических помех. — Скайнет не просто глушит радиочастоты. Он буквально ионизирует атмосферу над Европой. Это как непрерывный электромагнитный шторм.

Она достала длинный, оголенный медный кабель с зажимом-«крокодилом» на конце. Осторожно, стараясь не задеть высоковольтные линии, она прикрепила зажим к толстому оптоволоконному узлу, впаянному в стену башни.

— Я пытаюсь использовать их внешнюю обшивку как пассивный ретранслятор, — бормотала связистка, скорее для себя, чем для Эша. — Обхожу фаерволы локальной сети… Ищу прорехи в спектре. Коннор транслирует на сверхдлинных волнах. Они могут огибать земную поверхность. Если есть хотя бы малейшая трещина в этом куполе помех… мы его услышим.

Она снова надела наушники, прижав один динамик к уху, а второй вывернув наружу, чтобы Эш и Берг тоже могли слышать.

Из динамика полился звук.

Это не был привычный радиошум или шипение статики. Это был звук, от которого кровь стыла в жилах. Сплошная, плотная, физически давящая стена акустического хаоса. Визг сотен переплетающихся цифровых частот, скрежет машинного кода, похожий на крик миллионов разрываемых на части модемов. Это был голос самого Скайнета, заполняющий весь эфир, не оставляющий ни единого пустого герца.

— Ничего… — отчаяние в голосе Элоди нарастало. Она лихорадочно крутила тумблеры настройки частот на своем самодельном блоке дешифратора. Зеленые графики на экране терминала метались безумными зигзагами. — Сплошная стена. Белый шум. Вернее… фиолетовый шум.

— Продолжай искать, — Эш тяжело оперся о стену, его глаза полуприкрылись. Лихорадочный бред рисовал в темноте перед ним лицо жены. Он сжал челюсти так сильно, что во рту появился вкус крови. — Должен быть канал синхронизации. Скайнет в Альпах должен получать команды от Центрального Ядра в Америке. Если Ядро еще живо. Они не могут полностью изолировать континент от самих себя.

— Они не используют радиоволны для синхронизации