Полное собрание рассказов - Майкл Коннелли

Вестибюль и зона регистрации этого бутик-отеля когда-то были гостиной знаменитого писателя, жившего на острове. За стойкой стоял Джерри Дэниелс, коренной островитянин, которого Сирси знал с тех пор, как пять лет назад прибыл сюда единственным детективом участка.

— Ник, — улыбнулся он. — Как дела?

— Всё хорошо, — ответил Сирси.

Он подошел ближе к стойке. Она была высотой по грудь, и он наклонился над ней, чтобы говорить конфиденциально.

— У тебя только что кто-то заселился? — спросил он. — Человек в зеленой ветровке?

— А, да, — сказал Дэниелс. — Мистер Христов.

— Христов? А имя?

— Максвелл.

— Можно взглянуть на регистрационную форму, которую он заполнил?

Сирси не ожидал сопротивления со стороны Дэниелса. Никаких разговоров об ордерах на обыск или защите гражданских свобод. Авалон был маленьким городком на маленьком острове. Всего час пути на пароме от материка, но целый мир разницы в плане формальностей. Местные жили по принципу «ладить со всеми». Это означало сотрудничество с единственным следователем участка департамента шерифа округа Лос-Анджелес.

Дэниелс протянул Сирси распечатку формы. Сирси изучил её и увидел, что Христов заплатил наличными. Данных кредитной карты не было, но он указал адрес на Фэйрфакс-авеню в Лос-Анджелесе.

— Ты проверял его документы? — спросил Сирси.

— Он показал их мне, это обязательно, — сказал Дэниелс. — Но я не помню, что там...

— Ты сверял адрес с тем, что он здесь написал?

— Да, сверял.

— Ладно, и он остается на две ночи? Его багаж прибыл отдельно?

— Нет, багажа не было. И первая ночь была вчерашней. Ему пришлось оплатить вчерашние сутки, чтобы попасть в номер так рано. Так что технически он остается только на одну ночь.

— Это была бронь или он просто пришел?

— Брони не было, но, кажется, он звонил с лодки — кто-то звонил — и спрашивал, есть ли свободные номера.

— Он говорил что-нибудь о цели визита?

— Нет. Я и не спрашивал. Многие приезжают сюда, знаешь, чтобы просто залечь на дно. Я не лезу не в свое дело.

Сирси услышал свое имя по рации.

— Секунду, — сказал он Дэниелсу.

Он отошел от стойки и ответил:

— Слушаю.

Это была Эммет. Она сообщила, что заместитель Эхёрн просит прислать следователя в магазин «Трейдинг Пост» на Метрополь-авеню. Сирси сказал, что будет через пятнадцать минут. Он пристегнул рацию к поясу и вернулся к стойке.

— В каком номере Христов? — спросил он Дэниелса.

— Он взял люкс «Пурпурный шалфей», — ответил Дэниелс. — С видом на гавань. Это всё, что у нас оставалось.

— Ладно, мой номер мобильного у тебя есть?

— В телефоне, да.

— Если он выйдет, напиши или позвони мне, хорошо?

— Конечно. Ты скажешь мне, что происходит?

— Надеюсь, ничего.

Сирси отвернулся. Дэниелс крикнул ему вдогонку:

— Эй, я думал, суд над Галлахером уже начался. Разве ты не должен быть на материке?

— На этой неделе только отбор присяжных. Поеду в воскресенье, буду давать показания в понедельник, может, во вторник.

— Должно быть, это волнующе. Большое дело и всё такое.

— Ну, для наших мест — большое, полагаю.

— Единственное убийство на моей памяти. Если не считать Натали Вуд.

— Официально — нет. В общем, мне пора. Я нужен в «Трейдинг Посте».

— Ладно, я позвоню, если увижу, что он выходит.

— Спасибо.

Сирси поехал на гольф-карте обратно в низину. По дороге он попросил Эммет по рации проверить имя Максвелла Христова по базе розыска. Результат был отрицательным. Сирси знал, что позже, вернувшись в участок, проверит его глубже. Он свернул на Метрополь, и через полквартала показался «Трейдинг Пост». Один из картoв шерифа уже стоял снаружи.

«Трейдинг Пост» был магазином, где впереди продавали туристические безделушки и футболки, а сзади — обычные товары первой необходимости. Внутри Сирси нашел Эхёрна вместе с менеджером магазина Тоддом Хелвином. Они молча ждали. Эхёрн работал на острове всего восемь месяцев и еще не успел обзавестись связями.

В Департаменте шерифа Каталина всегда считалась местом для «отдыха и восстановления» (О и В) — причем под восстановлением понималось искупление вины или реабилитация после скандала. Назначение в участок Авалона обычно следовало за травмой на службе, скандалом или внутренним политическим промахом. Сирси попал сюда пять лет назад, восстанавливаясь после травм, полученных при аресте в ходе бытового конфликта: пока он боролся с мужем, жена подошла сзади и ударила его ножом в спину.

Сирси знал, что Эхёрн пришел из тюремного отдела, где скандалы — обычное дело, чаще всего из-за жалоб на превышение силы. За те пять лет, что Сирси провел здесь, несколько тюремных заместителей сменяли друг друга в Авалоне по причинам «восстановления». Но историю Эхёрна он еще не слышал, потому что все эти истории были на одно лицо и его не особо заботили.

Его заботило другое: Эхёрн привез с собой на остров свои тюремные замашки. В тюрьме каждый в чем-то обвиняется, и большинство действительно виновны. Тюремным охранникам приходится ходить с видом «не связывайся со мной» и угрожающей осанкой. Сирси не раз видел, как Эхёрн вел себя так с местными жителями и туристами. Это выглядело скверно и не нравилось людям. Сирси знал, что многие островитяне называли заместителя Эхёрна «заместителем Задницей» .

— Что у нас тут? — спросил Сирси, подходя к ним.

— Кража, — ответил Эхёрн.