Презумпция виновности - Макс Ганин

весит, но в колониальном сообществе эта история имела эффект разорвавшейся бомбы, вызвала множество споров, осуждения и чувства несправедливости – все зэки не понаслышке знают, что простому смертному этот кейс просто невозможен. Хочешь не хочешь, а минимум полгода в колонии просидеть придётся, несмотря на прошедший срок подачи ходатайства на УДО.

Именно вместе с Максимом, Муравьём, Лепехой и Кабаном Тополев был назначен, не без помощи Матрёшки, в рабочие по ремонту крыши.

– Слушай, Гриш! – обратился к нему «Кабан». – Хочешь с нами поработать на крыше барака? Мы будем гудроном её покрывать и потом рубероид стелить. Работа нетяжёлая, весь день на солнышке, позагораем, вся зона, как на ладони, а самое главное – нам за это усиленное питание дадут.

– Ему поощрение важнее, чем твое питание, Кабан! – съязвил Матрёшка, принимавший участие в беседе.

– Я с удовольствием, – обрадованный предложением, согласился Гриша. – И поощрюха, и питание – всё не будет лишним.

– За питание я тебе гарантирую! – сказал Кабан.

– А я за поощрение! – обнадёжил Матрёшка.

Стройматериалы были куплены на средства Будянского как для крыши, так и для ремонта клуба, и два огромных грузовика были разгружены в течение дня на «промке». Для Ильи эти расходы в размере 200 тысяч были незначительными, а преференции давали ему огромные. За это «Батон» выторговал для него у начальника колонии разрешение на беспрепятственное перемещение в своём сопровождении по всей колонии, ношение запрёщенного тренировочного костюма с кроссовками и несколько внеочередных длительных свиданий с женой.

Кандидатура Тополева была не без труда согласована с начальником отдела безопасности. Тут пришлось постараться и «Матрёшке», и «Кабану». Гарантии последнего повлияли на решение Борисыча окончательно. И вот, сразу же после утренней проверки, Максим, Гриша и «Муравей» залезли на крышу их барака, а «Лепеха» вместе с «Кабаном» остались на земле варить на костре битум в огромных металлических ведрах. Ребята ловко смастерили кран из подручных средств для подъёма горячего густого раствора, и работа закипела. Солнце светило ярко, отдавая тёплые лучики последних дней лета. Сняв куртку робы и рубашку, закатав брюки до колена, Гриша принялся за работу. Макс с Андрюхой вообще были в одних шортах, бережливо сохранённых от всех шмонов, как будто именно для этого случая. Вид с крыши действительно был отличным. Просматривалась не только вся зона, но и ближайшие к ней дома посёлка Зелёный, где бегали дети, суетились женщины, развешивая бельё на длинных верёвках во дворах, ходили мужчины в гражданке и сидели бабушки на скамейках. Душа рвалась на свободу, и Гриша догадался, почему опера не очень хотели пускать его на эту работу. Конечно, не каждый только что приехавший в лагерь после долгого заточения в четырёх стенах тюрьмы, сможет спокойно взирать на такую завораживающую картину свободы. Протяни руку, и вот она – мечта всех твоих ночных грёз и дневных мучений. После такого вида, наверное, и решаются на побеги или прочие глупости.

За первый день успели покрыть битумом только половину крыши, и «Кабан» согласовал с Борисычем, что работы продлятся минимум четыре дня. Он посмотрел прогноз погоды, который обещал солнечные дни без осадков в течение недели, после чего должны были начаться дожди. Поэтому бригаде была дана команда особо не торопиться и постараться растянуть работу хотя бы на пять дней. Так и сделали. К приёмке крыши со стороны администрации все были сильно загоревшими и отъевшимися на спецпитании, которое каждый раз приносил дневальный карантина в отдельных контейнерах. Там были и сосиски с картофельным пюре, и курица с гречкой, и даже жареная рыба с рисом. При этом в лагере все эти дни давали щи и варёную капусту в мясном бульоне. Когда ребята окончательно спустились с крыши после государственной приёмки, они ещё долго посматривали с земли наверх, с грустью вспоминая эти прекрасные пять дней.

За это время в отряде случился показательный инцидент. Дима Полетаев – один из дневальных 8-го барака – собрал денег с соотрядников в размере 50 тысяч рублей и по-тихому освободился. Он всем рассказывал, что у него только назначен суд на 31 августа, поэтому спокойно развёл несколько человек на деньги под обещания достать телефоны, сим-карты, выписать поощрения и усиленное питание. Кинул своих же близких и «семейников». Когда он стоял на вахте в вольной одежде, полученной на складе, продолжал всех уверять, что едет на суд и вечером уже будет в бараке, а когда его поймали на вранье, то не сразу, но признался и пообещал, что до полуночи некто из 13-го отряда придёт в 8-ой и принесёт все заказанные пацанами «запреты». Естественно, никто ни в этот день, ни в последующие ничего не принёс. Более того, уже с воли Полетаев зашёл на киви-кошельки своих семейников, пароли к которым он хорошо знал, и вывел оттуда все оставшиеся деньги. Матрёшка, остужая пыл потерпевших, желающих мести и крови, прокомментировал всё это довольно лаконично и просто: «Каждый зарабатывает себе на освобождение как может!»

– А как вы хотели? Он известный в Тамбовской области мошенник. Он старушек разводил на бабло с лёгкостью. А если вы, лохи, ему доверились, то и хлебайте теперь всё это ситечком, – объяснял им Матрёшка.

– Но он был нам как брат! Мы же с ним еду делили и вместе срок коротали?! – возмущались они.

– Забудьте вы о братстве на зоне, о приличиях и благородстве! Нет тут этого! Не было и не будет. Полетаев всё четко рассчитал. Он прекрасно понимал, что ему на свободе понадобятся деньги на первое время. Работы у него нет, родители старенькие и бедные, поэтому он заранее втёрся к вам в доверие, узнал всю нужную ему информацию, собрал с вас бабло и красиво ушёл.

– Он что, не понимает, что мы его найдём и порвём?! Или расскажем всё блатным, и они его сами на ножи поставят за крысятничество.

– Ничего вы не сделаете, – спокойно и цинично заключил Матрёшка. – До свободы вам ещё топтать и топтать зону, поэтому к тому времени всё забудется. А блатные над вами посмеются и ещё денег с вас потребуют в наказание за нарушение установленных ими же порядков – покупать «запреты» только через барыг на чёрной стороне с уплатой 20%-го «налога» на общее. А будете и дальше раскручивать эту тему, Полетаев, не будучи дураком, напишет на вас заявление о вымогательстве. И вас тут затаскают по инстанциям – о восьмом отряде придётся забыть, о работе на «промке» и об УДО – тоже.

Эти слова, как ушат холодной воды, охладили горячие головы попавших на деньги и заставили их отползти в сторону своих шконок, оттуда скрежетать зубами и посыпать бывшего семейника проклятьями.

Одним из самых интересных экспонатов 8-го отряда был осуждённый с погонялом «Заяц». Он был действительно очень похож на серенького ушастого зверька благодаря короткой верхней губе. Да и фамилию имел соответствующую – Зайцев. Молодой, длинный, 19-летний пацан с явными признаками небольшой отсталости в развитии, был осуждён на 10 лет лишения свободы из-за своей глупости и ущербности. Уроженец города Электросталь Московской области, он вместе со своим малолетним другом, которому на момент совершения преступления было всего 13 лет, решил от нечего делать покататься на электричке прицепом – то есть, запрыгнув на подвес заднего вагона, проехать остановку. Накатавшись и подняв себе уровень адреналина, они выпили по бутылке пива, потом заприметили симпатичную взрослую девушку и решили её ограбить в лесочке недалеко от станции. Далее лучше цитировать материалы уголовного дела Владимира Зайцева, потому что красочнее, чем наши российские следователи никто так не напишет: «Подняв с земли П-образную палку, обвиняемый Зайцев стал угрожать потерпевшей расправой и потребовал от неё вынуть из ушей серёжки и снять с шеи цепочку, что она, опасаясь за свою жизнь, и сделала. Но этого оказалось для Зайцева мало, и он потребовал от неё вступить с ним и его товарищем в половую связь, на что потерпевшая попросила о снисхождении и согласилась лишь на минет. После актов сексуального насилия и грабежа потерпевшую отпустили».

Самое интересное, что основной срок из полученной десятки пришёлся именно на статью вовлечение малолетнего в преступления. А поймали этих двух идиотов на следующий же день после того, как они сдали в ближайший к их дому ломбард украденные ценности, да ещё и предоставив свой паспорт. Малолетний сразу же скинул всю вину с себя на «Зайца» и получил условный