Петля Сергея Нестерова - Руслан Григорьев

Думаю, с тех пор, как ты начал работать в Управлении, сумел прочувствовать и понять, что за обстановка в стране и в Москве, в частности. Город сейчас забит чеченцами, эти джигиты все под себя подмяли: гостиницы, рынки, плодоовощные базы, крупные магазины, рестораны. Нет такого места, где крутятся деньги, и не было бы чеченцев. Ведут себя нагло, развязано – хозяева жизни. И попробуй, тронь!? Что мы, что милиция – в одном положении. Они тут же бросаются жаловаться к своим высокопоставленным землякам, и в итоге: дело закрыто, а задержанные отпущены.

Раздался звонок аппарата правительственной связи, Моренов резко встал, быстро подошел к телефону и снял трубку. Услышав голос на том конце провода, заулыбался, напряжение спало, звонил кто-то из своих, поздравлял с праздником. Пообещав зайти через полчасика, Владимир Андреевич вернулся на место и продолжил разговор, как будто не прерывался.

– На Даниловском рынке сейчас азербайджанцы работают, цветами торгуют. Они уже где-то с год там обретаются. Создали у себя кооператив: в пригороде Баку построили теплицы, выращивают цветы, в основном, гвоздику, она лучше всего идет. Процесс у них отлажен: цветы собрали, на самолет и в Москву, на Даниловский. Цветы продали – выручку в Баку. И опять цветы в Москву, деньги в Баку – эдакий круговорот гвоздик в природе. Дело цветет и пахнет. Сначала один азербайджанец торговал, потом двое, потом трое, и попали эти ребята в поле зрения чеченцев. Те им объявили, что половину выручки они должны отдавать им. Азербайджанцы возмутились: «С какой стати?». Особенно один из них возник, молодой такой, горячий, Мурад. Этот пришел к нам в приемную на Кузнецком, рассказал все и попросил защиты. Мы, конечно, пообещали и взяли этих чеченцев в разработку. Джигиты оказались серьезными ребятами, данью обложили не только азербайджанцев на Даниловском, еще пять точек. У них и оружие было, четыре ствола Макарова. Но пока мы все это выясняли, они опять наехали на этих азербайджанцев. Лица всем набили, цветы поломали, а Мурада заложником взяли, как самого активного. Держали на квартире в Капотне, били нещадно, до потери сознания. Но он все-таки исхитрился и позвонил нам, сообщил, что взяли его чеченцы, только адреса, где держат, не знает. Но мы квартиру установили и с группой захвата взяли чеченцев. Работали жестко, мордой в пол и в отработку этих гадов по полной. – Моренов, вспоминая, безрадостно вздохнул. – А Мурада отделали здорово: три ребра сломали, закрытая черепно-мозговая травма, пришлось парня в наш госпиталь везти. Но ничего, подштопали его…

– А чеченцы? – перебил Нестеров.

– Отпустили, по звонку из Верховного Совета. Но, может, и к лучшему. Они всем разнесли, что азербайджанцев на Даниловском крышует КГБ и те стали спокойно цветочками заниматься. К чему я тебе, как Андерсен, все это рассказываю?

– Пока не догадываюсь. Тем более что Андерсен не рассказывал, а все больше писал.

– Ехидное замечание оставляю без внимания, как придирку, и открываю тебе несведущему: пока ты на демонстрации ножками топал, я тут накоротке встретился с Мурадом, который рассказал мне вот какую вещь. – Моренову надоело сидеть, он встал и стал расхаживать по кабинету, благо площадь позволяла. Нестеров остался на стуле и крутил головой, следя за передвижением своего друга и начальника. – На него вышли дагестанцы, джигиты серьезные, злые. Ищут, у кого бы партию оружия купить? А эта тема, как ты понимаешь, наша.

Владимир Андреевич достал из сейфа тонкую папку.

– Это, друг мой, типовой план агентурно-оперативных мероприятий «Капкан», утвержденный заместителем Председателя. Читать тебе необязательно, даже вредно: зачем отягощать память дополнительной секретной информацией? А вот раскрыть тебе главный замысел операции я попросту обязан, и немного позже поймешь, почему. – Он вернул папку на место. – План «Капкан» обобщает пока небольшой, но ценный опыт по пресечению незаконного приобретения оружия преступными формированиями, в том числе представителями отдельных союзных республик, и утверждает схему проведения подобных операций с привлечением сил и средств территориальных и оперативно-технических подразделений Комитета. Сей документ, плод нашей коллективной оперативной мысли, предполагает, что при получении сигналов о появлении лиц, имеющих намерение приобрести партию огнестрельного армейского оружия, отдел по борьбе с террором в качестве «продавца» подставляет своего оперработника. Подчеркиваю: именно наш отдел и наш работник. Товарищи на местах, конечно, поддерживают, но только в деталях, а первая, вторая и десятая скрипки – все наши, как и вся ответственность, если что сорвется, тоже наша. По такой схеме мы без замечаний сработали в Ростовской и Владимирской областях: в первом случае прибалтов взяли, а во втором – чеченцев. Так вот, Серега. – Моренов прежде чем приступить к самому главному сделал паузу. – Сейчас на нашем горизонте появились потенциальные покупатели – дагестанцы, а «продавца» у меня нет. Семенов перешел в другое управление, а второй, кто работал на «Капкане», улетел в Сочи, подлечиться после игрушек с чеченцами. Поэтому есть предложение: назначить торговцем оружием тебя. Работаешь у нас без году неделя, не засвечен, актер хороший, я твои выступления еще по Высшей школе помню, сыграть прапора, заведующего складом оружия, тебе, как нечего делать. Так что все за тебя. Правда, дагестанцы народ горячий, наверняка, вооружены, могут и жизни лишить, если что не так пойдет. В общем, решать тебе. Ты как, Сергей Владимирович?

– И не надейся, Владимир Андреевич, не откажусь! – Задетый за живое обиженный Нестеров даже привстал.

– Да я и не сомневался. Сиди, чего вскочил. Знал, что согласишься, а вопросик задал так, на всякий пожарный, для подстраховочки. – Чертики, как всегда, прыгали в глазах. – Времени на подготовку у нас неделя – они Мураду сказали, что после Дня Победы приедут. Тебе надо съездить на Даниловский, познакомиться с нашим другом и помощником – привет от меня передашь – отработать условия связи на случай появления дагестанцев и легенду: как познакомились, в каких отношениях находитесь. Телефон дашь свой. Мы за оставшееся время должны подготовить все бумаги, чтобы, как только закрутится, получить санкции руководства на проведение операции. Да! – вспомнил он. – Место? Нужно же еще место подобрать, где будет проходить все это славное действо. – Моренов подошел к столу, стал перебирать бумаги, бормоча при этом: – Есть у меня, правда, один уголок. Куда ж ты родимый запропастился? Вот! – В руке был лист с напечатанным текстом. – Для прошлой операции подбирали, но не пригодился, а сейчас точно подойдет. Клинская область, Охтинск. Тут и адресок, где оружейные склады, и еще есть плюсик, начальник Управления – мой знакомый, так что все в масть, как говорят. – Владимир Андреевич с трудом скрывал удовлетворение. – Тогда так и порешим. А сейчас, извини, каждый из нас займется своим делом: ты – к себе, дежурить, а мне