Тайный ликвидатор - Валерий Георгиевич Шарапов

Я вам скажу даже больше – их обоих прикончил один человек. Таинственный незнакомец вошел бесшумно – гражданин Шилов спал. В первом случае – стилет, в этом же… постараюсь описать, что вижу: какой-то свет проникал в помещение. К окну придвинут стол, на котором убиенный вечером ужинал – потреблял хлеб, консервы и луковицу. Нож, полагаю, лежал на столе, им убийца и нанес удар. Лезвие сломалось – сталь дешевая, зацепила позвоночник. Шило был еще жив, трепыхался. Убийца достал свой стилет – им и завершил дело, нанеся второй разящий удар по самую рукоять. Тот же крестовой отпечаток гарды на коже. Полагаю, это его любимое оружие. Это все, Андрюша. Оружие злодей забрал с собой, рукоятка от сломанного ножа валялась под столом – отпечатки пальцев с нее стерли. Придал ли убийца телу столь зловещую позу, или Шило так и лежал, не знаю. Может, он выдумщик? Решил вас попугать?

– Подождите, Борис Михайлович, – озабоченно помотал головой Андрей. – Вы уверены, что работал один человек? Получается, убийца блуждал по городу, убил одного, затем другого…

– А то и третьего, – пожал плечами эксперт. – Мы просто об этом пока не знаем. Думаю, именно так, молодой человек. При этом убийца – мастер оставаться незамеченным. Либо это разные люди, но оба – мастера владения холодным оружием и работали одним инструментом. В последнем я уверен.

Добираться до работы опять пришлось своим ходом. Долго не было трамвая, стояли, ждали, погружаясь в оцепенение.

– Черт, не поверишь, командир, Шило жалко… – пробормотал Сиротин. – Пройдоха был отменный, фраер тот еще… Но в целом безобидный, божился, что завязал с криминалом. Пронырливый, черт, информацию добывал, как семечки лузгал… Есть версии?

– Ровно то, что ты и сам понял, – вздохнул Некрасов. – Некто знает, где базируется Буба со своими головорезами. Хочет от них избавиться – не знаю, по какой причине, но что-то подсказывает, что это не желание избавить город от преступности. В милицию сообщать не хочет, выходит на Шило, просит передать милиционерам адрес – при этом просит не называть операм его имя. Ведь Шило не назвал тебе имя первоначального источника? Он как бы сам все пронюхал, вы его за это поощряли. Затем налет на бандитскую «малину», Буба уходит. А потом этот некто завершает за нас нашу работу, выслеживая и приканчивая Бубу. При этом понимает, что Шило может расколоться и назвать его имя – да хотя бы приметы, и поступает, с его точки зрения, благоразумно, отправляя Шило на тот свет… Примерно так?

Слежку за самим собой вчера вечером Андрей решил не упоминать. Звено из той же цепочки, но больно уж мудреное. Он сам не был ни в чем уверен.

– Ну, так, – пожал плечами Сиротин. – Остается жирный вопрос: зачем все это?

– Предположение только одно – Буба перешел дорогу нашему незнакомцу, стал для него опасен. А из этого следует что?

– Позвольте догадаться, – пробормотал Вадим. – Из этого следует, что все только начинается…

Глава четвертая

Вернувшихся в отдел оперативников уже поджидал срочный вызов к Броницкому.

Подполковник сидел за столом и еле сдерживался.

– Объяснитесь. – Он не предлагал сесть и даже толком не смотрел в глаза своим сотрудникам. – Вчера с вашего попустительства уходит главарь опасной банды, успев при этом зарезать нашего сотрудника. Сегодня этого главаря находят мертвым на путях. Сейчас вы возвращаетесь с очередного трупа – причем возвращаетесь долго. В кинотеатр завернули на сеанс? Я знаю, что это ваш осведомитель – ведь я не дурак, верно? Либо твой, Сиротин, либо твой, Некрасов, либо общий на двоих, но мне на это глубоко плевать. Что происходит, товарищи офицеры? К нам приехал цирк? Завелся таинственный мститель, сокращающий поголовье преступников? Но зачем таинственному мстителю убивать вашего осведомителя? Согласен, он был не подарок, но ведь и не закоренелый преступник? Он приносил нам пользу или я что-то неправильно понимаю?

Сиротин молчал, смотря куда-то в угол. Скулы у него напряглись: ему было что сказать, но он не говорил.

– Соизволишь, Некрасов? Есть предположения? Только без твоих дурацких шуточек и клоунады!

– Пока сказать особо нечего, товарищ подполковник, – неохотно выдавил из себя Андрей. – Но мы размотаем этот клубок, все выясним. Похоже на то, что у Бубы имелись недоброжелатели не только среди органов охраны правопорядка. Не вижу трагедии, товарищ подполковник. Правосудие какое-никакое свершилось.

– А я не люблю, – Броницкий побагровел, – когда какие-то недоброжелатели начинают вершить правосудие за нас! Это не помощь, капитан! Это жирный намек на вашу некомпетентность и беспомощность!

– Так точно, товарищ подполковник! – ответил Андрей. Будем работать над тем, что вы сейчас перечислили. Обещаю, результаты будут в самое ближайшее время.

– Я кому сейчас сказал – без дурацких шуточек? – тяжело, даже со злобой посмотрел на него подполковник. Потом перевел взгляд на Сиротина: – А ты почему такой молчаливый? Того и гляди уснешь. Тебе с нами неинтересно?

– Никак нет, товарищ подполковник, – вздрогнул Вадим. – Мне с вами интересно.

– Найдут они, ишь ты, убийцу… – проворчал Броницкий. – Сиротин, ты уверен, что это один и тот же человек?

– Похоже, что так, товарищ подполковник. Один стиль, один почерк. И орудие преступления фигурирует одно – это утверждение нашего эксперта.

– Ладно, работайте. – Подполковник начал остывать. – И больше без сюрпризов. И чтобы я был в курсе каждого вашего шага и каждого чиха. Не разберетесь – пеняйте на себя.

В коридоре Сиротин стер со лба испарину и сказал:

– Фу, чуть не нагнули нас, командир… Броницкий в таком виде – это хуже, чем десяток Буб.

– Он начальник, ты дурак, – буркнул Некрасов, спускаясь по скрипучей лестнице в отдел. – Да и прав он. Полная хрень в наших делах. И он еще не про все знает…

В голове гудело как в улье. Призрак. Это что-то новенькое. Тень со стилетом. Немудрено, что он вчера не выявил следящего за ним человека – хотя чувствовал его. Кто он? Таинственный мститель? Добровольный палач, не очень разборчивый в выборе жертв? Или часть чего-то большего, что только назревает? Буба и Шило, в принципе, связаны. Один – бандит, другой – стукач. Что у них общего, что их может связывать?..

День летел бестолково. Он высказывал свои мысли сотрудникам, собравшимся в отделе. Светлана смотрела с каким-то ужасом, округлив глаза. Пантелей слушал с открытым ртом, словно страшную сказку на ночь. Кашлял Луговец. Савелий Петрович Ветлужный украдкой грыз семечки из кулька, сокрушенно покачивал головой: эх, да будь он помоложе, то расщелкал бы это дело, как эту самую семечку!

– Благословлять не буду, – сообщил в