Между пулей и любовью - Владимир Григорьевич Колычев

Рэм не стал обмывать победу над новгородскими, всего лишь отменил на сегодня все занятия. И по чесноку разделил все деньги между пацанами. Между всеми, кто числился в команде, — получили свое даже те, кто по уважительной причине сегодня не смог встать под ружье. Вышло по пять штук на брата.

Лапоть не подвел, принес волыны — два пистолета «ТТ» и одну гранату, несколько пачек патронов. А спустя полчаса Весельчак принес еще четыре ствола, три пистолета и один автомат Калашникова. Вскрыл квартиру, комнату в коммуналке, где хранилось оружие, все вынес.

— А я уже собирался тебя похвалить. — Одним глазом Рэм смотрел на пистолет в своей руке, другим на Лаптя.

Ствол с длительного хранения, очищен от пушечного сала, расконсервирован, смазан оружейным маслом, все как положено. И патрон в патроннике. Но вдруг не выстрелит. Может, проверить? Лапоть внутренне сжался в дурном предчувствии.

— Ну я подумал, что нам тоже нужно, — вздохнул незадачливый бригадир.

— Не знаю.

Рэм поднял руки, принимая боевую стойку, подал знак Лаптю, чтобы защищался или атаковал, на свой выбор. Лапоть и не хотел бодаться с ним, но делать нечего, раскинул руки, смешно запрыгал как боксер, собираясь уклоняться от ударов. А ведь шустрый, быстрый, пространство для маневра есть, будет отскакивать от Рэма, избегая контакта, попробуй достань его. Но вызов брошен, пути назад нет.

Рэм ударил рукой, Лапоть ушел, добавил, снова мимо, но при этом расстояние до противника уменьшилось до минимума. Рэм сгреб Лаптя в охапку, оторвал от пола, швырнул через себя. Лежачего бить не стал, но только Лапоть поднялся, врубил ему ногой, затем рукой, еще, еще. Лапоть отлетел к стене, но Рэм добивать его не спешил.

— Еще?

Лапоть мотнул головой, с ужасом глядя на Рэма.

— Ты прав, чувак, без волын твоя не пляшет. Но если ты такой дохлый, зачем в бандиты пошел?

— Да это не я дохлый, это тебя из чугуна отливали.

— Сколько всего стволов на хате было?

— Все теперь у тебя!

— Ничего не пропало? Может, Артамон заходил, пару стволов взял?

— Да у него свой ствол, он его в машине держал, с ним уехал.

— «Тэтэха»?

— Да.

— С глушителем? — спросил Рэм, глядя на автомат.

Обычный «АКМ» семь шестьдесят два, официально с вооружения не снят, но большая часть из прежнего арсенала уже пылится на складах, откуда и расходится по бывшему Союзу. Этот ствол зачем-то оснащен насадкой для стрельбы холостыми патронами. Лучше глушитель на ствол накрутить. Да где ж его взять?

— Да нет… Мы на все собирались нарезы сделать, — с досадой махнул рукой Лапоть.

Столько планов на светлое будущее было, а все коту под хвост. А все потому что по течению шли, а не против, лень было плавниками шевелить, вот и приплыли. И лень, и страшно, а вдруг менты со стволами повяжут, это же реальный срок. Словом, Артамон со своей шарагой — идеальный образец бандитской бригады, с которой ни в коем случае нельзя брать пример. Но самого Артамона Рэм не стал бы сбрасывать со счетов.

— У нас есть мастера, — сказал Рэм, с издевкой глядя на Лаптя. — Сделаем тебе нарезы. В одном месте. И вкрутим глушитель. С винтом. Если будешь себя хорошо вести. Если плохо, будешь без глушителя.

— Да нет, я все понял, — повинно буркнул Лапоть.

— Ну тогда найди мне Артамона, хочу с ним поговорить.

— Э-э…

— Может, мне Жилу попросить? Поставлю его старшим у вас, пусть работает.

— Да Жила не хочет, — скривился Лапоть.

— Не понял! — Рэм смотрел на него как на последнего чмошника.

Как ни крути, а Лапоть сдал ему своего прямого конкурента на вассальный трон. Не хочет Жила ходить под «тепляками», значит, смуту готовит, а если нет, все равно нельзя его ставить на бригаду. Трус Лапоть, слабак, лентяй, да еще и стукач. Но именно такой бригадир ему сейчас и нужен.

— Жила с Артамоном хочет.

— Может, он уже с ним?

— Не знаю.

— И Артамона мне приведешь, и Жилу. Нет — пеняй на себя.

Выставляя Лаптя за дверь, Рэм едва удержался от искушения влепить ему пендаля.

— Таких чуханов поискать, — сказал он вслед. — Даже обидно, всерьез к ним относились.

— Жила не такой, Жила круче, — пожал плечами Весельчак.

— Почему он тогда за Артамона не вписался, когда мы его в кафе гасили? Почему после не подтянулся?

— Ну, может, и не такой крутой. Но резче Лаптя. И опасней.

— А ты что здесь делаешь? Хвоста за Лаптем давай, он сам нас к Артамону выведет.

— Да я уже зарядил Гиблого.

— Нормально, — кивнул Рэм.

Гиблый получил кличку за свою внешность, неказистый, хиловатый, в «стенку» вставал, дрался неплохо, но толку в реальной схватке от него мало. Зато под Весельчаком себя нашел, выследить кого-то, просчитать — тут ему равных нет. Команда у него своя, Салават, Шнурок, работают пацаны четко, стволы вот из-под носа у новгородских увели, Лаптя на сопровождение взяли.

— Видал, как Лапоть Жилу отстучал? — спросил Рэм.

— Сучонок, — кивнул Весельчак.

— Может, там все такие, не проверял?

— Да и так видно.

— А не надо смотреть, надо копать, ты своего стукачка под Лаптем должен иметь.

— Ну, так я Баюна прикармливаю.

— Баюн твой уже должен стучать как барабан. Чтобы я все слышал.

— Будет стучать!

— И не только он… Мы должны знать все, что творится у новгородских.

— Да все под контролем!

— А гольяновские? О чем там Митя с Вовой думают, может, завтра навалятся всей толпой, передушат как слепых котят.

— Я поговорю с Вовой.

— Давай, Миша, давай! Ты сейчас главное звено в нашей теме, без разведки мы как руки без глаз. Это я тебе как замкомвзвода разведки говорю, сечешь?

— Да я понимаю, мне бы еще трех-четырех пацанов посмышленей.

— Да хоть сотню, в твоем распоряжении весь район.

— Мне бы еще бабла в мое распоряжение. Кисло без бабла.

— Будет бабло, Миша. Будет. Если менты не разгонят. И префектура может на рога встать. И асфальт наш на дыбы поставить. Нагонят бульдозеров, понять ничего не успеем… Короче, и за ментами нужно посматривать, и к администрации клинья подбивать. Кто там земельными вопросами занимается?

— Да Кореньков какой-то, надо будет глубже пробить.

Рэм кивнул, глядя на Весельчака, нехило пацан развернулся, далеко пойдет. Как бы за границы дозволенного не выскочил, как бы свою игру не начал. Впрочем, пока рано об этом думать…

Рэм сам лично занялся тайником, нашли сухое проветриваемое помещение на втором